«Трудно быть сценаристом Стругацких»: как новый сериал превратил Румату в стажера

К новому сериалу по одной из моих самых любимых книг братьев Стругацких я относился с огромным скепсисом. Просто потому, что братьям вечно не везло с экранизациями. Смешно сказать, но лучшей попыткой перенести их книги на экран до сих пор, пожалуй, остаются «Чародеи». Дурацкий новогодний мюзикл имел к «Понедельнику начинается в субботу» довольно условное отношение, но на общем фоне уже неплохо. По крайней мере, его можно досмотреть до конца, а для экранизации Стругацких это, как выяснилось, серьёзное достижение.

«Трудно быть богом» — одна из самых известных и любимых повестей Стругацких. И легко понять почему. Это прекрасное приключение вроде «Трёх мушкетёров», только в декорациях альтернативного Средневековья на далёкой планете. Главный герой в этом мире практически бог. Ну или Супермен, кому как ближе. Он сильнее, умнее и образованнее любого местного жителя, но не имеет права напрямую вмешиваться в историю. Повесть наполнена дворцовыми интригами, драками на мечах, весёлыми попойками, приятной иронией над средневековым мракобесием и, конечно, всякой философией, которая особенно хорошо заходит лет в семнадцать.

Я перечитывал «Трудно быть богом» совсем недавно. Повесть всё ещё прекрасно держит интригу, радует персонажами и диалогами. Некоторые душевные терзания Руматы Эсторского уже не трогают так же сильно, как в юности, но книга всё ещё хороша. Не каждая любимая книга из детства проходит проверку временем.

Учитывая популярность повести, она обзавелась двумя экранизациями. Первая, международная картина 1989 года с советским участием, получилась максимально всратой. Я с трудом досмотрел её ещё в детстве, исключительно на волне невероятной любви к первоисточнику. Вторая сама заслуживает отдельного документального фильма. Алексей Герман снимал её много лет и в итоге создал почти трёхчасовое, чёрно-белое и совершенно несмотрибельное для меня кино. Я выдержал чуть больше тридцати минут. На этом погружение в грязь, кишки и великий авторский замысел пришлось прекратить.

За новым проектом я почти не следил, видел только новости со съёмок и первый трейлер. Уже первые кадры предвещали недоброе. Арканар опять, по заветам экранизации 1989 года, зачем-то перенесли в пустыню. Хотя у Стругацких вполне узнаваемая условная Средняя Европа с густыми лесами, болотами и дождями. Конечно, авторы имеют полное право снимать собственное художественное произведение так, как считают нужным. Но я всё-таки включаю экранизацию Стругацких, чтобы увидеть в ней то, что мне нравилось у Стругацких. Каким бы странным ни показалось это требование.

На уровне идеи скрестить «Игру престолов» с «Трудно быть богом» звучит очень круто. Особенно если сценарий пишут сами Стругацкие совместно с Джорджем Мартином. Но случилось небольшое производственное затруднение: Стругацкие давно умерли, Мартин занят чем угодно, кроме дописывания собственных книг, поэтому сценарий написал Андрей Золотарёв. Судя по результату, главной проблемой оригинала он считал отсутствие пропавшего папы и сюжетной линии из старого полицейского боевика.

Завязка очень простая. Молодой и пока не особенно благородный дон Румата прибывает в Арканар, чтобы найти своего отца, почтенного доктора Будаха, а заодно как будто выполнять задания Института экспериментальной истории. Помогать и наставлять его будет дон Кондор. Похоже, сценаристы нашли старую голливудскую методичку по написанию дешёвых полицейских боевиков, потому что отношения Кондора и Руматы больше всего напоминают отношения старого копа, только что потерявшего любимого напарника, и зелёного новобранца. Им просто выдали мечи, нарядили в плащи и отправили работать на другую планету.

Можно понять сценарную задачу. Внутренний конфликт книжного Руматы сложно перенести на экран, поэтому его как будто разделили на двух героев. Идеализм и неопытность достались молодому Румате, а усталость, цинизм и слишком долгое пребывание в Арканаре — Кондору. Только интереснее от этого не стало. Вместо одного сложного героя получились два очень знакомых персонажа из сериала, который мы уже много раз смотрели, просто без мечей и космической станции.

В таком духе сняты все первые четыре серии. От Стругацких здесь остались имена персонажей, названия нескольких мест и общий запрет вмешиваться в ход истории. Всё остальное напоминает дешёвый косплей «Игры престолов» и «Дюны». Чем авторам не угодила оригинальная, прекрасно написанная сюжетная линия, я не знаю. Но то, что они придумали взамен, вызывает интерес в основном как очередной способ поиздеваться над Стругацкими.

В книге буквально с первых страниц начинает нарастать интрига. Грамотеи исчезают, серые штурмовики расправляются со всеми, кто умеет читать чуть лучше вывески над кабаком, а привычная земная теория исторического прогресса внезапно перестаёт работать. Все чего-то ждут, и Румата пытается понять, что именно готовит дон Рэба. В сериале я ждал в основном конца серии.

Книжный Румата — взрослый, специально подготовленный человек из почти идеального будущего. Он уже давно живёт среди грязи, жестокости и мракобесия и постепенно сам начинает превращаться в того, кого должен изучать. При этом он лучший фехтовальщик империи и действительно может перебить почти всех окружающих. Весь смысл запрета именно в том, что Румата способен вмешаться, но не должен.

Сериальный Румата пока напоминает деревенского дурачка, который прилетел спасать папу. В книге он первый меч империи, здесь его может избить практически любой бездомный. Вместе с этим исчезает главный конфликт. Книжному Румате трудно быть богом, потому что он должен оставаться человеком, обладая почти безграничной властью. Сериальному пока трудно быть стажёром.

В сухом остатке от Стругацких в сериале осталось примерно ничего. И проблема даже не в пустыне, новых героях или желании авторов рассказать собственную историю. Собственная история оказалась намного беднее той, которую она должна была расширить. Я с трудом осилил три с половиной серии из четырёх и вряд ли буду продолжать. Третья экранизация снова доказала: Стругацким очень трудно быть экранизированными.