Я получил более 1 млн рублей после ДТП, но для этого пришлось судиться дважды

Через десять дней ответа на претензию не было, поэтому я подал иск и ответчиками указал виновника и компанию, где он работал.

Интересы в суде согласилась представлять та же юрист, к которой я обратился изначально. Она подготовила исковое заявление и ходила на заседания — их было пять. Иск подали по местоположению компании, а не месту жительства водителя, так как он был зарегистрирован в регионе, а компания — в Москве.

Мы просили суд взыскать ту же сумму, которую указали в претензии: 1 666 924, 25 ₽. За рассмотрение дела я заплатил госпошлину — 16 534 ₽. За весь процесс отдал юристу 100 000 ₽. Кроме этих трат указал также в иске:

• 9 500 ₽ — стоимость проведения оценки ущерба;
• 2 510,48 ₽ — почтовые расходы;
• 2 000 ₽ — плата за оформление доверенности.

Всего вышло: 1 797 468,73 ₽.

За время процесса два судебных заседания отменились из-за неявки ответчика, потом одно отложилось, потому что сделали запросы в ГИБДД, на следующем удовлетворили ходатайство о проведении судебной экспертизы по инициативе ответчика и, наконец, на пятом вынесли решение в нашу пользу.

Благодаря тому, что я сфотографировал путевой лист в момент ДТП, мы смогли предъявить иск не только водителю, но и собственнику авто — компании, где виновник работал. В документе были отметки о пройденном предрейсовом медицинском осмотре, указаны задание, время прибытия на адрес и отметка о выезде из гаража.

Суд пришел к выводу, что между водителем и этой компанией трудовые отношения, а значит, за вред они отвечают солидарно. Я мог получить всю сумму с кого-то из них или с каждого в разных пропорциях.

Представитель ответчика настаивал на автотехнической экспертизе, чтобы определить стоимость восстановительного ремонта. Его сумма оказалась даже больше той, которую назвала независимая оценка перед судебным разбирательством. Тогда мне посчитали 2 066 924 ₽, а по экспертизе по инициативе ответчика вышло 2 571 143 ₽. Рыночная стоимость автомобиля на тот момент составляла 2 204 600 ₽. Остатки от машины, которые можно использовать, оценили в 617 000 ₽.

Из рыночной стоимости машины — 2 204 600 ₽ — судья вычел сумму, которую мне выплатила страховая по ОСАГО — 400 000 ₽, и стоимость остатков от машины — 617 000 ₽, которые я мог продать. Ущерб составил 1 187 600 ₽, и его взыскали в нашу пользу.

Кроме ущерба нам должны были вернуть уплаченную госпошлину — 16 534 ₽, компенсировать расходы на юриста — 50 000 ₽, оплатить независимую оценку — 9 500 ₽, судебные расходы — 2 510 ₽ и доверенность — 2 000 ₽. Всего суд взыскал в мою пользу 1 268 144 ₽.

За автотехническую экспертизу ответчик заплатил 72 100 ₽. Так как наши требования удовлетворили не полностью и по решению суда сумма была 1 268 144 ₽, часть стоимости экспертизы мы должны были компенсировать ответчику — 20 300 ₽.

Позже стало понятно, что просьба о судебной экспертизе нужна была той стороне, чтобы выиграть время, закрыть фирму и таким образом избежать выплаты ущерба.

После того как решение вступило в силу, я зашел в единый государственный реестр юридических лиц, ЕГРЮЛ, на сайте налоговой и запросил выписку об ответчике. Так узнал, что компания прекратила свое существование. Из реестра юридических лиц ее исключили из-за недостоверных сведений. Подробностей не было. На практике такое происходит, когда у фирмы сменился генеральный директор или поменялся адрес, а сведения об этом в реестр не внесли.

Когда налоговая находит несоответствие, то направляет уведомление об этом и просит предоставить актуальную информацию. У компании есть месяц, чтобы внести изменения в ЕГРЮЛ. Если этого не происходит, то в реестре появляется отметка о том, что сведения недостоверные и у фирмы есть еще полгода, чтобы их исправить. Иначе налоговая вправе ее закрыть  .

У компании-ответчика отметка появилась в декабре 2021 года, а в июле 2022 налоговая ее исключила из реестра. Так как компании юридически больше не существовало, приставы не могли взыскать с нее деньги. У меня был год, чтобы обжаловать решение налоговой через суд и доказать, что исключение фирмы из ЕГРЮЛ нарушает мои права  .

Приставы начали взыскивать деньги с водителя. Как можно догадаться, получал я в лучшем случае две-три тысячи рублей раз в несколько месяцев.

Весь следующий год я был занят ремонтом и переездом, поэтому ни времени, ни денег на новый суд не было. На прошлое разбирательство я потратил около 150 000 ₽. Но я бы корил себя, если бы не попробовал, поэтому нанял нового юриста для подачи иска в арбитражный суд. Прежний юрист вести дело отказалась и предупредила меня, что шансы маленькие, а успешных кейсов мало.

В арбитражном суде я хотел привлечь директора компании и учредителя к субсидиарной ответственности  . Если мы выиграем дело, то они будут обязаны выплатить мне ущерб по судебному решению.

В этом случае оспаривать решение налоговой об исключении фирмы из реестра не надо, и сроки обращения уже вышли.

Нам надо было доказать, что фирму закрыли специально, чтобы не платить долг. В суд директор и учредитель не явились и своих представителей не отправили. По этой причине суд два раза откладывал рассмотрение. На третьем судебном заседании вынесли решение в нашу пользу. На четвертом решали вопрос о взыскании судебных расходов.

С водителя по решению суда общей юрисдикции за два года удержали 103 453 ₽ из 1 268 144 ₽. С компании не удалось получить ничего, так как на момент вступления решения суда в силу она была уже закрыта. Поэтому в арбитражный суд мы заявили требование выплатить 1 164 692 ₽.

Так как суд общей юрисдикции удовлетворил мои требования, компания знала, что должна исполнить судебное решение. В курсе были и руководитель фирмы, и ее учредитель. Но своим бездействием они способствовали закрытию компании, когда не предоставили актуальную информацию, и в ЕГРЮЛ появилась отметка о недостоверных сведениях. По этой причине фирму исключили из реестра, и получить деньги с нее стало невозможно.

К такому выводу пришел суд и взыскал с директора и учредителя всю сумму, которую определил районный суд, за исключением тех денег, которые удержали с водителя — 1 164 692 ₽. И госпошлину — 24 647 ₽ за рассмотрение дела в арбитражном суде. Еще нам компенсировали судебные расходы и затраты на юриста — это 145 000 ₽ за три заседания и подготовку искового.

До декабря 2025 года по исполнительному производству, которое возбудили в отношении бывшего директора и учредителя компании, мне не приходило ничего. С водителя деньги продолжали удерживать по чуть-чуть, и в итоге он за все время выплатил около 200 000 ₽.

25 декабря 2025 года мне пришли деньги, которые взыскали с учредителя компании — 1 125 826 ₽. Это остаток от непогашенной задолженности. Подозреваю, что человек столкнулся с ограничениями от федеральной службы судебных приставов, ФССП, возможно, не смог выехать за границу и поэтому решил оплатить долг.

Если бы я не обратился в арбитражный суд, чтобы привлечь директора фирмы и ее учредителя к субсидиарной ответственности, то денег, скорее всего, так бы и не увидел.

Машину БМВ в итоге продал на запчасти. После пандемии и событий 2022 года ее детали оказались востребованы.

Купил взамен другую машину — Хавал Дарго в комплектации премиум. За нее просили 3,5 млн рублей, мне удалось договориться на скидку в 400 000 ₽. Повезло с автокредитом, взял 40% от стоимости машины — 1 240 000 ₽ под 1,4% на три года в Т⁠-⁠Банке.

ОСАГО обошлось в 10 000 ₽, а каско без франшизы — в 80 000 ₽. На его покупку я как раз решился после этого ДТП. Пусть лучше страховые компании судятся между собой и с виновником, чем я на это буду тратить время и деньги. К тому же всегда есть риск не получить ничего, даже если выиграешь суд.