Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
Многие, кто меня знает, в курсе, что уже длительное время я занимаюсь спортом. Если быть точным — со школы, где-то с 6-7 класса.
С детства я буквально болел лёгкой атлетикой. Тогда были очень популярны звёзды российского спорта. Мне очень нравился Юрий Михайлович Борзаковский — легкоатлет, гениальный бегун, олимпийский чемпион. Когда я смотрел его забеги, у меня стояли слезы на глазах. Это было такое сильное чувство — видеть, знать что наш парень ничем не уступает африканским бегунам, которые всегда побеждали в беге! Проносится, как молния, финиширует, обгоняя всех!
Так я влюбился в бег. Долгое время занимался им, хотя звёзд с неба не хватал. Травмы, отсутствие нормальных тренировок, питания и отдыха остановили меня от серьезных свершений. Я продолжил бегать и в университете. Состоял в сборной МГСУ (бывший МИСИ имени Куйбышева). У нас были очень сильные команды.
Из бега я плавно перешёл в технический спорт — прыжки в высоту. Мне казалось, что когда-нибудь я стану олимпийским чемпионом в беге или прыжках, и нужно беречь руки и ноги. Но когда беречь стало уже нечего — я работал на двух работах, появилась семья, маленький сын, я решил, что нужно воплотить мечту как-то по-другому. И решил попробовать единоборства.
Пришёл в секцию по дзюдо и самбо. Это была подвальная секция — клуб «Сандрс», один из старейших в Москве. Там проходили подготовку к своим боям Хабиб Нурмагомедов (когда он был уже на пути к титулу UFC), Ислам Махачев, Александр Волков и многие другие.
Тренер посмотрел на меня — я был не особо выдающимся по физическим данным — тоненький, поджарый. И предложил мне боевое самбо. Я отказался. Мне была важна именно бросковая техника, история баланса, гибкой силы, использования силы соперника против него самого. И, конечно, философская составляющая: дисциплина, характер, ритуальные поклоны.
Как сейчас помню, тренер сказал, что в группе по дзюдо и самбо обучаются крупные, мастеровитые ребята, там нет новичков. Но я продолжал настаивать на своем.
Первые недели он проверял мой характер, наверное, думал, что я сломаюсь. Ставил меня с ребятами, которые переезжали меня, как катком.
Самое обидное было, когда меня ставили с женщиной. Преподаватель и репетитор по математике в обычной жизни, а на ковре — призёр чемпионатов по грэпплингу. То, что она со мной делала в первые месяцы, стыдно даже описать. Меня завязывали узлом. А еще она была на полторы головы ниже меня.
Но я не сдавался. Каждый раз я приходил и уходил битый и ломаный. Появились первые серьёзные травмы — переломы, частичные разрывы связок. Но ничего не могло меня остановить. Я считал, что пока я не буду со всеми на равных — не позволю себе сдаться.
Время шло, я обрастал навыками, становился опытным борцом, стал побеждать тех, кто раньше даже не оставлял мне шансов. Как-то я пришёл на «открытый ковёр» — турнир без призов, где собираются бойцы из разных клубов. Думал, что у меня уже появились какие-то навыки. Но как сейчас помню, только один раз я смог более-менее серьезно противостоять сопернику.
Так я познакомился с бразильским джиу-джитсу.
Я понял, что мне хочется постичь это искусство, и перешел в секцию бразильского джиу-джитсу, где нахожусь и по сей день. Со временем я дослужился до коричневого пояса
Сейчас я нахожусь на предпоследней ступени перед чёрным поясом. Помимо того, что я хожу в тренажерный зал, осваиваю техники бокса и тайского бокса, на этом этапе есть еще одна важная практика — преподавание.
Когда человек становится мастером, он должен уметь не только делать, но и объяснять. Это обязательная часть пути к чёрному поясу. Через преподавание ты начинаешь видеть приёмы и технические действия по-другому. Когда ты объясняешь — ты лучше понимаешь. А когда объясняешь разным людям, разных возрастов, с разной длиной конечностей, гибкостью, скоростью и выносливостью, ты учишься адаптировать одну и ту же технику под конкретного человека. Смотреть на неё под разными углами, с разной степенью давления, с разным таймингом и расстоянием.
Кстати, такой же «разноформатный» подход я переложил на работу. Мой отдел состоит из абсолютно непохожих друг на друга людей. На планёрках мы, исходя из индивидуальных особенностей каждого, подбираем стиль общения и взаимодействия с такими же разными клиентами, с которыми работаем.
Я пробовал тренировать и детей, и взрослых — мне нравится. Всегда стараюсь разбавлять серьёзность юмором, приводить жизненные примеры. Такой подход комфортен и для меня, и для тех, кто со мной взаимодействует.
Кстати, мне самому всегда везло с тренерами, с наставниками. Жизнь сводила меня не просто с ведущими учителями в спорте — это были, и есть, хорошие люди, к которым можно обращаться по любому вопросу, посмеяться, рассказать о проблемах. Мой первый тренер — Валентина Владимировна Гиндлер — по сей день мой наставник по жизни. Она знает мою семью, была на свадьбе, обожает моих детей.
Так, через преподавание в спорте, я пришёл к обучению и в работе.
В единоборствах я научился терпению. Так и в работе — ты тоже тратишь время на изучение оппонента, проводишь разведку, ищешь слабые стороны, играешь сильными, прикрываешь новеньких. И ты должен уметь терпеть, выжидать и знать, когда сделать финальный рывок.
В жизни и в работе — нет места агрессии. Здесь работает только самодисциплина: работаешь через «не могу», через «не хочу», даже когда устал.
Особенно это касается продаж в премиальном сегменте. Такие процессы всегда длительные, утомляющие. Здесь не работает система «позвонил — продал — получил оплату». Здесь игра в долгую, и иногда она бывает по-настоящему изнуряющая. Бывает, что теряется интерес — поэтому важно проявлять выдержку и характер. Нельзя расслабляться, нельзя нервничать, нельзя давать страху себя обуять.
Когда выходишь на турнир или даже на тренировку — напротив тебя соперник. Вы выходите для того, чтобы благородно выяснить, кто сильнее. Переложим это на рабочую ситуацию: сложные переговоры, где на тебя давят. Ты переживаешь, мандражируешь. В последний момент не хочется вступать в противостояние. Но ты это делаешь, потому что это твоя работа, твое ремесло. И ты готовился, чтобы выйти и показать, насколько ты крут.
Многие воспринимают единоборства как драку, агрессию, негатив. Но те, кто длительное время занимается спортом и осознаёт свою силу, знают: единоборства — это возможность выяснить, кто сильнее, в легальных условиях. Никто в здравом уме не учится бить мешок, чтобы делать то же самое на улице. Это негуманно, это опасно.
На самом деле, единоборства — это больше про характер. Когда ты спокоен, когда даже взглядом показываешь, что тебе не страшно — конфликт улетучивается. Либо оппонент не хочет продолжать, либо вы становитесь друзьями. Единоборства учат тому, что на словах можно решить гораздо больше, чем кулаками.
Кроме того, помимо физических аспектов спортсмен получает крепкое сердце, иммунитет, долголетие — мы тренируем ментальное благополучие. Тренировки — это место, где можно выпустить негатив, отключиться от забот. Как бонус, зачастую после тренировки ты выходишь с правильным решением по бизнесу или личной жизни.
Еще тренировки дают личностный рост: все спортсмены целеустремлённые, амбициозные люди. Задирают планку не в ущерб психике. Здесь воспитывают способность двигаться через достижение маленьких целей к большой победе.
И, конечно, тайм-менеджмент и социализация: приходится учиться, как совмещать работу, тренировки, семью, друзей. Создаются связи на годы: спортсмены дружны, помогают друг другу.
Я знаю, есть такой стереотип, что единоборства — это грубо, некультурно, неприлично. Но я считаю иначе. Связь единоборств и продаж на высоком уровне — это идеальный баланс.
Премиальный продажи — это зона колоссального психологического напряжения. Здесь нельзя ошибаться, срываться, проявлять малодушие. Нужно быть безупречным. Нужно уметь терпеть и выжидать, сжать зубы и идти вперёд. И при этом оставаться настоящим, потому что клиенты чувствуют неискренность.
Поэтому спорт стал моим главным инструментом для сброса стресса. В единоборстве невозможно думать о работе или о каких-то проблемах — есть только ты и твой соперник. И хочешь не хочешь, но ты оставляешь в этой борьбе всю агрессию, кортизол, негатив. А потом приходишь домой спокойный, обновленный, пусть даже и с синяками — это мелочи, все заживет.
Меня часто спрашивают: зачем ты себя истязаешь? Но для меня нет другого пути. Единоборства, да и в целом спорт, для меня про характер и истинное наслаждение своими навыками, силой, контролем.
В спорте я воспитываю не только свое тело, но и дух. И когда я противостою кому-то на татами или на ринге, то понимаю, что для меня ничего более сложного и страшного быть уже не может. И это чувство уверенности пребывает со мной и в работе, и на переговорах, и в жизни.
