Заброшенный караван-сарай, водопад и древние деревни Ирана: как я съездил к Персидскому заливу на мотоцикле

Меня зовут Дмитрий Яшаяев. Я работаю системным аналитиком, а ещё путешествую по миру на мотоцикле.

…дорога уводила меня дальше, в небольшой горный городок Ниасар, расположенный примерно в тридцати километрах от города Кашан в Иране.

После жарких равнин попасть сюда было настоящим удовольствием. Ниасар лежит на склонах горного хребта Каркас, поэтому здесь заметно прохладнее. Неудивительно, что жители окрестностей приезжают сюда спасаться от летнего зноя.

Главная достопримечательность города — живописный водопад, питаемый древним источником Талар. Его воды уже многие сотни лет стекают по известняковым уступам, постепенно создавая удивительные природные террасы. Затем ручьи расходятся по окрестным садам, где выращивают знаменитые дамасские розы.

Именно здесь производят знаменитую розовую воду — голаб, один из самых известных иранских продуктов. Весной в Ниасаре проходит большой праздник сбора роз, когда весь город буквально утопает в их аромате.

Когда я подъезжал к водопаду, стало понятно, что сегодня здесь очень многолюдно. Я как раз попал на выходные, а в Иране это пятница и суббота.

Узкая дорога оказалась забита автомобилями. Машины медленно ползли вперёд в поисках свободного места, а по обе стороны расположились десятки торговцев.

Здесь продавали всё, чем славится этот край: бутылочки с розовой водой, душистые эфирные масла, сушёные лепестки роз, ароматные травы, специи, местный мёд, орехи, сладости, фруктовую пастилу, разнообразные шербеты и прохладительные напитки на основе цветов. Многие лавки украшали венки из свежих цветов, отчего вся улица выглядела необычайно празднично.

Мне повезло. Один из торговцев предложил поставить мотоцикл возле своего прилавка.

– Не переживай, присмотрю.

Жестами дал понять продавец. А затем протянул мне стакан прохладного напитка собственного приготовления.

Напиток был удивительно приятным освежающий, с тонким цветочным ароматом. Похоже, в основе была та самая знаменитая розовая вода. После нескольких часов под солнцем в полной мотоэкипировке это было наслаждение.

У подножия водопада было шумно.

Дети с венками из цветов на головах с визгом бегали под прохладными струями воды, забирались по мокрым камням всё выше и выше, пока родители пытались их окликнуть. Повсюду слышался смех, плеск воды и оживлённые разговоры.

В воздухе смешались запах влажного камня, горной прохлады и цветов.

Несмотря на большое количество людей, в общем атмосфера здесь была приятной. Я несколько часов гулял по тропинкам, поднимался всё выше вдоль водопада, наблюдал за людьми, фотографировал окрестности и просто наслаждался этим местом.

В двух часах езды от водопада Ниасар находится интересная горная деревушка Абьяни, именно она стала следующей точкой моего маршрута. Абьяни расположена у подножия горного хребта Каркас, считается одним из самых древних населенных пунктов Ирана и существует со времен последней персидской династии Сассанидов около 2000 лет. После арабского завоевания жители деревни ещё несколько столетий сохраняли зороастрийские традиции и лишь позже приняли ислам. Возможно, поэтому женщины до сих пор покрывают голову яркими красивыми разноцветными платками, напоминающими наши русские платочки с яркой вышивкой. Мужчины же носят черные, расширяющиеся книзу, как у матросов, брюки.

В Абьяни все дома красного цвета, сделанные из глины и кирпича с добавлением оксида железа, что придает им характерный терракотовый цвет. И даже язык здесь особенный, местные жители до сих пор разговаривают на древнем диалекте персидского языка, сохранившем множество старинных слов.

Проезжая по улицам я наблюдал эту интересную архитектуру: крыши некоторых домов служат основой для других домов или двориков, создавая впечатление трех- или четырехэтажной застройки. Они расположены ярусами, отделены узкими проходами и ступеньками. Могу порекомендовать это место для долгих прогулок по лабиринтам улочек, любуясь красноглиняными домами с резными окошками, замысловатыми деревянными дверями с ручками-колотушками.

Оставив позади красные дома Абьяни, я заметил грунтовую дорогу, уходящую в сторону гор, и свернул на неё. Такие дороги для меня притягательны, они ничего не обещают, но всегда рождают надежду на маленькое открытие.

Я долго ехал, наслаждаясь прохладой и тишиной, которую нарушал лишь звук двигателя моего мотоцикла. Дорога всё тянулась вперёд, но так и не привела ни к деревне, ни к древним развалинам, ни к красивой смотровой площадке. Пришлось развернуться и вновь вернуться на трассу, ведущую в город Исфахан. Впрочем, я никогда не считал такие небольшие отклонения потерянным временем, путешествие тем и прекрасно, что никогда не знаешь, какая неприметная дорога однажды приведёт тебя к месту, которое останется в памяти гораздо ярче, чем самые популярные достопримечательности.

Время неумолимо приближалось к закату. До Исфахана оставалось около восьмидесяти километров, и было понятно, что до темноты я уже не успеваю. А значит, пора искать место для ночёвки.

Я остановился на обочине и открыл спутниковую карту. Обычно в таких случаях я стараюсь найти какое-нибудь тихое место подальше от трассы. Взгляд зацепился за странный объект посреди совершенно безжизненной равнины. На снимке было трудно разобрать, что это такое, то ли развалины старого здания, то ли нагромождение камней.

Любопытство взяло верх. Я свернул с асфальта на едва заметную грунтовую дорогу и поехал навстречу заходящему солнцу. Чем ближе подъезжал, тем отчётливее проступали очертания древних стен. Это был караван-сарай. Заброшенный и полуразрушенный.

Наверное, за всё путешествие по Ирану мне не доводилось находить более удивительного места для ночёвки.

Я въехал через полуразрушенную арку во внутренний двор. Когда-то здесь кипела жизнь, сходились караванные пути, отдыхали купцы, поили верблюдов, торговались, обсуждали новости, пришедшие с разных концов Персии. Теперь же здесь царила тишина, что слышно было лишь, как ветер гуляет между каменными стенами.

Местами ещё сохранились своды помещений, где когда-то располагались комнаты для путников. В одной из них я поставил палатку, а мотоцикл загнал внутрь, под защиту древних стен.

С наступлением темноты это место стало ещё интереснее. Над головой раскинулось невероятное звёздное небо, какого уже почти не увидишь в больших городах, а древние стены, освещённые лунным светом, создавали ощущение, будто я оказался в другой эпохе.

Я долго не мог уснуть. Лёжа в палатке, я представлял, как сотни лет назад сюда после долгого пути приходили караваны. Верблюды отдыхали во внутреннем дворе, купцы разводили огонь, готовили ужин, делились новостями, рассказывали истории о далёких землях, а завтра с первыми лучами солнца снова отправлялись в путь. Я думаю, что путешествие почти не изменилось за сотни лет, изменились лишь средства передвижения. Когда-то здесь останавливались караваны с шёлком и пряностями, а сегодня одинокий мотоциклист, который, так же как и они, ищет ночлег, смотрит на те же звёзды и мечтает о дороге, которая ждёт его утром.

Утром меня разбудили первые лучи солнца. Они медленно проникали сквозь проломы в древних кирпичных сводах, окрашивая стены в тёплый золотистый цвет. Караван-сарай постепенно просыпался вместе со мной.

Я сварил кофе, ещё раз прошёлся среди древних стен, словно прощаясь с этим местом. Затем собрал палатку, закрепил вещи на мотоцикле и выехал через старую арку обратно на грунтовку. Впереди ждал Исфахан. А позади осталось место, которое я никогда не планировал увидеть, но которое навсегда осталось одним из самых ярких воспоминаний об Иране.

Грунтовая дорога быстро вывела меня к шоссе, и уже через час впереди появился Исфахан. Чем ближе я подъезжал к городу, тем оживлённее становилась дорога. Всё чаще попадались туристические автобусы, автомобили с семьями, груженые фуры. После тихих горных деревушек и пустынных дорог курдской части Ирана, казалось, будто я снова возвращаюсь в большой городской мир.

О Исфахане в Иране говорят с особым уважением. Персы уже несколько столетий повторяют старую поговорку «Исфахан — половина мира».

Когда-то Исфахан был столицей могущественной Персидской империи. Именно здесь шах Аббас превратил город в один из красивейших центров Востока. До сих пор сюда приезжают не только ради древних мечетей и дворцов, но и ради особой атмосферы.

Первым делом я отправился в достаточно известный у туристов Heritage Hostel, так как он выгодно находится в историческом центре города.

Мне разрешили закатить мотоцикл прямо во внутренний дворик. Двор оказался небольшим, но очень уютным, цветы в глиняных горшках, небольшой фонтан, который приятно освежал в дневной зной.

В хостеле было многолюдно, в основном молодежь, туристы из разных стран. Кто-то пил чай во дворе, кто-то обсуждал дальнейшие маршруты, кто-то показывал фотографии после прогулки по городу. Такие места мне нравятся, в них легко завязываются разговоры, можно обменяться впечатлениями, узнать что-то новое или просто провести вечер в компании людей, объединённых страстью к путешествиям.

Разгрузив мотоцикл, приняв душ и немного отдохнув после дороги, я отправился на знаменитую площадь Накш-э Джахан, которую сегодня официально называют площадью Имама.

Площадь поражает своими размерами, более 500 метров в длину и 150 метров в ширину. Кажется, что пространство площади не имеет конца. Она была построена в начале 16 века шахом Аббасом и сегодня входит в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Это одна из крупнейших площадей мира, вокруг которой сосредоточены самые выдающиеся памятники персидской архитектуры.

По одну сторону возвышается грандиозная мечеть Имама с огромным бирюзовым куполом. Напротив неё — утончённая мечеть шейха Лотфоллы, построенная специально для шахской семьи. С другой стороны площади дворец Али-Капу с высоким деревянным балконом, а арка напротив ведёт в лабиринт Императорского базара.

Но сильнее архитектуры мне запомнилась сама площадь. На газонах сидели семьями, дети бегали с мячом, кто-то пил чай. Туристы переходили от одной мечети к другой, местные никуда не спешили. Площадь как бы жила своей повседневной жизнью, поэтому она не выглядела как декорация для фотографий.

Лишь после этого я отправился в базар. Здесь становится понятно, почему Исфахан на протяжении веков считался одним из важнейших торговых городов Востока. Лавки тянулись бесконечными рядами. Здесь продавали ковры ручной работы, расписную керамику, украшения, инкрустированные шкатулки, чеканную медную посуду, знаменитую исфаханскую эмаль минакари и десятки других вещей, которые хотелось рассматривать бесконечно. Пожалуй, здесь самый богатый выбор сувениров для туристов во всем Иране.

Особенно долго я задержался у мастерских медников. Под звон молотков обычный лист меди постепенно превращался в настоящее произведение искусства.

Конечно, больше всего взгляд притягивали знаменитые персидские ковры. Но путешествуя на мотоцикле я привык к тому, что далеко не всё красивое можно увезти с собой.

Поэтому мой выбор оказался гораздо скромнее, в одной из лавок я купил совсем небольшой керамический магнит с видом на площадь. А вообще, лучший сувенир не тот, что занимает много места в багаже, а тот, что потом возвращает тебя в нужный момент времени и освежает приятные воспоминания о путешествии.

Следующая точка, которую я хотел посмотреть, находилась довольно далеко от центра города. В городах я редко передвигаюсь на мотоцикле или такси. После многих часов в седле пройтись пешком уже удовольствие. Да и город открывается совсем по-другому. Пока идёшь, успеваешь заглянуть туда, куда специально никогда не поедешь, во всяческие дворики, маленькие лавки, тихие улочки.

Моей целью были знаменитые качающиеся минареты Минар Джомбан, которые находятся немного в стороне от привычных туристических маршрутов. Когда я подошёл, возле мавзолея уже собралась довольно большая группа людей. Все ждали последнюю демонстрацию на сегодня.

Повезло, что я пришёл буквально за несколько минут до последней демонстрации. Сейчас минареты раскачивают всего несколько раз в день, каждый час с одиннадцати утра до четырёх часов вечера.

Сам мавзолей, частью которого они являются, построили ещё в 16 веке над могилой Аму Абдуллы Карлда, суфийского отшельника. Позже по обе стороны здания возвели два стройных минарета высотой около семнадцати метров. Именно они и прославили это место.

Когда служитель поднялся наверх, зрители притихли. Он упёрся руками в стену одного из минаретов и начал раскачивать его из стороны в сторону. Через несколько секунд в движение пришёл и второй минарет, хотя к нему никто даже не прикасался.

Конечно, если смотреть снизу, это не сильно впечатляет, так как амплитуда колебаний очень уж небольшая. Честно говоря, я ожидал увидеть что-то более заметное.

Почему это происходит, до сих пор окончательно не известно. Одни считают, что секрет в необычной конструкции здания и деревянных балках, скрытых внутри кладки. Другие говорят о свойствах самого кирпича и известкового раствора. Какой бы ни была разгадка, инженеры 16 века явно понимали о строительстве гораздо больше, чем можно было бы предположить.

После «представления» я решил не возвращаться тем же маршрутом. На карте вдоль реки тянулась большая зелёная зона, и я решил пройти именно там.

Правда, прогулка быстро перестала быть легкой. Вместо парка меня встретили заросли, какие-то поля, тропинки, которые неожиданно заканчивались, и несколько раз пришлось возвращаться назад. Впрочем, подобные небольшие отклонения, как я уже говорил, меня никогда не расстраивали, а наоборот делали день интереснее.

В конце концов, я вышел к одному из символов Исфахана — мосту Аллахверди-хана, который чаще называют Си-о-се-поль, или мост тридцати трёх арок.

Его построили в самом начале 17 века по приказу шаха Аббаса. Почти триста метров длиной, тридцать три одинаковые арки, два яруса проходов, что для своего времени это было выдающееся инженерное сооружение.

К мосту я подошёл на закате. В реке Заянде-Руд ещё оставалась вода, а в последние годы это бывает далеко не всегда, и арки отражались в спокойной глади, словно продолжались где-то под землёй.

Для жителей Исфахана это место вечерних встреч и прогулок. На мосту было и правда многолюдно. Молодёжь сидела прямо на каменных парапетах, дети бегали между арками. Кто-то играл на гитаре, небольшие компании пили чай, курили кальян, разговаривали и смеялись. Под сводами моста мужчины пели, а каменные арки создавали удивительную акустику.

Когда окончательно стемнело, включилась подсветка. Тридцать три арки одна за другой загорелись тёплым светом, а их отражение растянулось по воде почти на всю ширину реки. Я ещё долго не уходил, просто стоял на мосту и молча смотрел, как живёт вечерний Исфахан…

Продолжение следует.

В следующей части расскажу о посещении заброшенной глинобитной деревни-призраке, ночёвки в палатке в русле высохшей реки, побываю в древнем городе, расположенном в оазисе между двумя пустынями, новых знакомствах и персидской музыке.

Дорогие читатели!

Спасибо, что нашли время прочитать эту историю до конца. Для меня, как для автора нет большей награды, чем понимать, что мои рассказы находят отклик. Поэтому буду рад любым вашим комментариям, нескольким словам, мыслям или просто впечатлениям после прочтения.

Ну и, конечно, если публикация вам понравилась, поддержите её лайком.