«История про горе стала историей о жизни боль­шой семьи»: как я несколько лет искала сведения о пред­ках

Загсы. Из документов у меня на руках были мой паспорт, мое и мамино свидетельства о рождении, ее свидетельство о браке, которое подтверждало смену фамилии, и свидетельство о рождении бабушки. Это называется «цепочка родства». Она позволяет запросить в загсах справки с иными сведениями на искомых родственников — такие документы напоминают свидетельства о рождении, но обычно в них указано больше информации о человеке и его родных. Например, там могут быть сведения о возрасте родителей, их профессии.

Что именно будет в документе, зависит от года, в котором произошло событие, и множества факторов, в том числе профессионализма работников загса.

В интернете я купила шпаргалку юриста и генеалога о том, как запрашивать такие справки. Для этого надо знать, где и в какое примерно время происходило событие, которое могло быть зафиксировано в записях актов гражданского состояния: рождение, брак, смерть.

Сейчас справки с иными сведениями можно получить через МФЦ. Ответ приходит через месяц. Я обращалась напрямую в загсы, приезжала туда лично. О том, как обращаться с запросами в загсы и архивы, в Т⁠—⁠Ж есть отдельный гайд.

Со слов бабушки я знала, что ее родители, Мария и Александр, поженились после эвакуации из Петербурга в Москву, когда жили в районе Измайлово. Тогда у них было уже пятеро детей. Через два года там же отец бабушки умер.

Бабушка так и осталась жить в Москве, там живу и я. В Измайловском отделе загса нам предоставили справку о смерти Александра. В ней были указаны последний адрес проживания, место работы и причина, по которой он умер. Упоминается, что о смерти заявила жена.

В справке о браке Марии и Александра содержалась информация о средствах, на которые жили супруги, местах их работы и должностях, а еще особая отметка — о том, что фактически они давно жили как муж и жена. То есть слова бабушки о браке родителей подтвердились документом.

Также мы заехали в Гагаринский отдел загса и получили справку о смерти прабабушки. В документе значились примерно такие же сведения, как и в справке о смерти прадедушки.

Поясню, почему я решила ехать еще и туда. Бабушка Антонина помнила только названия улиц, где она жила с родителями. Я гуглила, к какому району относятся эти улицы, и направлялась в соответствующий отдел загса.

Областные архивы. Туда я обратилась с информацией про родителей бабушки, которая была мне известна из ответа архивов Санкт-Петербурга. Напомню, что так я узнала, откуда они родом: мой прадед был из Костромской губернии, а прабабушка — из Саратовской.

Я составила запросы в архивы этих областей. Как подать запрос, всегда указано в инструкции на сайтах. Это не везде автоматизировано, в некоторые архивы нужно до сих пор обращаться лично. Но на сайте архива Саратовской области, в разделе «Архивные услуги», на вкладке «Исполнение запросов» есть готовый бланк для обращений. Благодаря обращению в архив я нашла метрические книги, в которых указаны сведения о родственниках, присутствующих при тех или иных событиях. Так я смогла подтвердить факт рождения прабабушки Марии и ее сестры Зои.

У архива Костромской области есть электронный читальный зал. Если там зарегистрироваться и оплатить время пребывания, можно просматривать доступные оцифрованные документы, в том числе метрические книги.

Искать по метрическим книгам непросто. Чтобы облегчить поиски, нужно знать название деревни, где родились предки, а затем, например, по карте или на форуме ВГД посмотреть, какая рядом была церковь. Также можно указать примерный год рождения родственника или какой-то временной интервал, когда он мог родиться.

Название деревни, где родился отец бабушки Александр, я знала из первого ответа архива Санкт-Петербурга. Оттуда же получила данные о его матери: это Розова Марфа Елизаровна, уроженка Костромской губернии, Галического уезда, деревни Лошниково. Она переехала в Ленинград вместе с сыном, а о ее муже — моем прапрадеде — мне тогда ничего не было известно.

В итоге по метрическим книгам, связанным с деревней Лошниково, я смогла продолжить поиски по линии отца бабушки Александра Розова. Подробнее расскажу об этом в другом разделе.

Однажды благодаря «Советам начинающим» на форуме ВГД я открыла для себя сайт «Память народа», портал «Память героев Великой войны 1914—1918 годов» и базу данных репрессированных. С их помощью можно проверить, служил ли кто-то из родных в Первую или Вторую мировую, а еще — затронули ли семью аресты и ссылки.

На сайте «Память народа» я вбила фамилию прабабушки Марии «Костюкова», предполагая, что другие родственники тоже ее носили, а также воспользовалась дополнительной возможностью — кнопкой с расширенным поиском. Вписала туда место рождения: Романовка. Во время поисков стоит учитывать, что часто в топонимах допущены ошибки или же они могут быть написаны на старый манер вроде «Рязанская губерния» вместо «Рязанская область».

Среди выданных системой результатов я нашла несколько человек из Романовки и карточку девушки с фамилией Костюкова. Отчество у нее тоже было такое же, как у прабабушки, — Михайловна.

В документах на служившего я увидела, по какому адресу и кому отправили похоронку. Письмо о гибели Костюковой Александры Михайловны получила Варвара Михайловна. Из рассказов своей бабушки я знала, что так звали мою прапрабабушку.

Чтобы убедиться, что Александра тоже наша родственница, я написала в архив Саратовской области. Почему именно туда? В раннем ответе архива Санкт-Петербурга местом рождения прабабушки Марии была указана АССР Немцев Поволжья. С 1934 по 1936 год она входила в состав Саратовского края РСФСР. Я спросила, есть ли в метрических книгах информация о рождении Александры, — и получила подтверждение. Ее родителями значились те же люди, что и у Марии, моей прабабушки.

Это стало для меня серьезным открытием: я не подозревала о существовании Александры. У нас никто и никогда не говорил о ней. Бабушка Антонина всегда рассказывала только о своей матери Марии и ее сестре Зое.

Почему так вышло, не знаю. Но теперь я понимала, что в Петербург, предположительно спасаясь от голода в Поволжье, с родителями приехали три дочери: моя прабабушка Мария, ее сестра Зоя и младшая Александра. Старшие сестры в последние месяцы блокады были эвакуированы, а Александру призвали для обороны города. Спустя два года она погибла — и только сейчас заняла место в истории нашей семьи.

Искать сведения по линии прабабушки было легче: больше информации, документов, понимания, куда с ними обратиться. Историю жизни отца бабушки Александра Алексеевича я собирала по крупицам. Через проект «Памяти героев Великой войны 1914—1918»  ​нашла его папу. Алексей Алексеевич Розов, отец Александра, был пленен во время Первой мировой войны, а затем пропал без вести.

Поиск здесь устроен по стандартной схеме: указываешь фамилию, имя, дату рождения, место жительства или призыва. Дальше просматриваешь карточки, выданные поиском. Важно экспериментировать с возможными ошибками. В моем случае фамилия Розов была записана как «Росов». Данных, указанных в карточке, было достаточно, чтобы убедиться, что это тот, кого я искала.

Форум ВГД, про который я уже упоминала, помог мне в очередной раз. Там очень много полезной информации — например, есть инструкции, куда обращаться за теми или иными сведениями, какие документы при этом понадобятся.

Также можно открыть уже созданные темы по населенным пунктам и областям. Условно, тема — Ивановская область, деревня Мартыново. Те люди, кто уже собирал данные о своих родственниках, которые там жили, пишут туда то, что посчитают нужным. Это может помочь остальным.

Ветераны форума тоже могут подсказать, как и где искать. Главное — общаться вежливо. С поиском сведений о судьбе Алексея Алексеевича мне как раз помогла одна из участниц форума. Опираясь на запись о браке родителей прадеда, она онлайн через читальный зал Костромской губернии просмотрела метрические книги и помогла найти его родственников. Так я убедилась, что из плена он не вернулся, так как в документах последующих лет больше не фигурировал.

Когда Алексей Алексеевич не вернулся с Первой мировой войны, его сын Александр вместе с матерью уехал на заработки. И в Петербурге Александр Алексеевич встретился с будущей женой Марией, у них родились дети, в том числе Тоня, моя бабушка.

В дальнейшем прадед активно участвовал в общественной жизни и устроился работать на завод. Благодаря этому его и его семью эвакуировали в Москву.

Исследование семейной истории — долгий процесс. Он сблизил нас с бабушкой. Я уже говорила, что одно время мы вместе ездили по загсам Москвы и получали справки с иными сведениями про ее родственников. И это ощущалось как интересное и важное приключение, в котором мы были азартными напарниками.

Позже бабушкино присутствие было не нужно, да и возраст давал о себе знать: влиял на ее память. И мы как бы поменялись ролями: теперь я была рассказчиком, а она — слушателем. Всеми открытиями о нашем роде я делилась с ней.

Так после нескольких лет поиска я добралась до семейных фотографий. Собрала по родственникам все доступные снимки и отсканировала их. Среди прочего обнаружила фотографию с похорон прапрадеда. Там же была запечатлена бабушка в возрасте пяти с половиной лет. Это ее самая ранняя фотография из известных семье. Также я показывала бабушке фотографии роддома в довоенном Ленинграде, где она родилась, и фотографии деревни Романовки. Со временем, пересматривая архив, я стала узнавать многих членов семьи.

Последние два года своей жизни бабушка медленно угасала. В декабре 2023 умерла.

Каждый проживает утрату по-своему. Правильных способов горевать об ушедшем человеке не существует. И я нашла свой.

В моем детстве, когда бабушка летом привозила нас маленьких в Петербург, она водила нас одним и тем же маршрутом: к дому, где жила по улице Куйбышева, и к дому на Кировском проспекте, в котором жила и работала ее бабушка. Это было похоже на ритуал. Однажды я поняла, что, повзрослев и приезжая в город самостоятельно, раз за разом делала то же самое. И захотела добавить в бабушкин маршрут новые места, важные для истории нашей семьи.

В январе 2024 я приехала из Москвы, где живу с самого рождения, и добавила в бабушкин маршрут новые известные мне локации, где в разное время жили и работали ее родные. Это Каменный остров, завод № 212  , где работал отец бабушки, больница имени Ф. Ф. Эрисмана  , где родились моя бабушка, ее братья и сестры, и еще несколько важных точек на карте.

Сначала я даже не до конца осознавала, зачем так делаю. Но постепенно поняла, что хочу рассказать про свои открытия близким, чтобы сохранить память о бабушке и связь с ней. Так родилась идея провести для родственников экскурсию-прогулку.

За пять лет восстановления истории семьи у меня накопился большой объем информации, которую я, как могла, систематизировала. Для экскурсии мне нужен был человек, который помог бы собрать все воедино, проанализировать и рассказать как цельную историю. Знакомый генеалог подсказал мне обратиться к историку, члену Русского генеалогического общества Марии Тычининой.

Я сходила к ней на консультацию и договорилась, что она не только подготовит, но и проведет экскурсию. Условия оплаты подобной работы оговариваются индивидуально. Я не просила искать и собирать информацию: она уже была у меня на руках. Нужно было только объединить ее в логичный текст. Поэтому я заплатила 10 тысяч рублей плюс еще 5 тысяч за экскурсионное сопровождение в течение четырех часов. Для сравнения: составление древа по одной ветке свыше 100 лет стоит от 100 тысяч рублей.

В июне 2024 я отправила архив с фотографиями, ответы архивов и другие известные мне сведения, собранные в вордовском документе. Мария все проанализировала, объединила локации в логичный маршрут и добавила в хроники жизни семьи необходимый исторический контекст.

Первую версию текста экскурсии я увидела уже в августе и с первых же строк заплакала: это было так важно для меня — собрать все в единый рассказ.

В сентябре я сюрпризом привезла в Санкт-Петербург свою семью: маму, отчима и его внука, своего брата, его близких и своего мужа. За четыре часа мы все вместе прошли этот маршрут, которым ходили наши предки, в том числе наша бабушка. Чтобы экскурсия осталась не только в памяти моей семьи, во время прогулки с нами были фотограф и команда видеографов.

В финале Мария произнесла такие слова: «Антонина Александровна умерла 9 декабря 2023 года в возрасте 88 лет, последней из своей семьи, по которой она скучала всю свою жизнь».

Моя мама призналась, что всю экскурсию видела перед глазами свою маму, мою бабушку Антонину, и что мои поиски, находки и экскурсия — лучшая для всех память.

Сейчас все сведения, которые я собрала, находятся в облачном хранилище. Там же лежит документальный фильм о нашей семье, в виде черновика живет текст экскурсии с иллюстрациями и нарисованное от руки генеалогическое древо. Я еще не знаю, хочу ли оформить его красиво или, например, сделать книгу. Как будто это может означать, что я ставлю точку в истории нашей семьи. Но ведь история продолжается и не все известно, исследовано и найдено.

За годы поисков я отдала этой работе много сил и энергии. А новые открытия тоже требуют ресурсов. Поэтому вопрос, продолжу ли я, для меня самой тоже пока остается открытым.

Все началось с одной просьбы. В поисках ответов на вопросы бабушки я нашла то, что было важно знать мне. Кто я? Откуда родом моя семья? Какими были мои родственники — кем работали, кого любили, о ком скучали? Похожи ли мы друг на друга? И я рада, что в итоге история про большое горе стала историей о жизни большой семьи.