Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
12 сентября я уехал из России. Примерно через два месяца поймал себя на том, что немного тоскую. Возникло желание уточнить у самого себя: тянет куда именно?
Не к сибирской погоде
О Новосибирске легко думать как о чём-то цельном: родной город, знакомая жизнь, свой угол. Но стоило задать вопрос точнее, и цельная картинка начала распадаться.
По климату я не скучал. Холод, серость, зимние морозы не вызывали желания немедленно вернуться. Моё воспоминание о доме было явно не про январскую прогулку.
Зато по своему уютному месту с видом на реку тянуло. Это я мог назвать без оговорок. Я прожил в Новосибирске до 34 лет, и знакомое пространство не перестало быть близким только потому, что теперь я хожу по улицам другой страны.

Воспоминания умеют редактировать прошлое
В дневнике я сравнил переезд с расставанием: со временем недостатки забываются. В голове остаётся версия прошлого, с которой настоящему трудно конкурировать. У настоящего все неудобства свежие, ещё даже возразить ничего не успеваешь.
Я не разобрался с этой тоской окончательно. Не знаю, наступает ли момент, когда она уходит безвозвратно. В той записи у меня был вопрос, а не готовая инструкция для эмигрантов.
Мне вспоминались Лимонов и Довлатов, их тексты об оставленной стране. Я не знал, когда и как пройдёт моя собственная тоска. Да и место, которое человек помнит, не стоит неподвижно, пока он живёт в другом.
Скучать и продолжать путешествие оказалось возможно одновременно
Тоска не отменила интереса к новым местам. Я иногда скучал, а потом новизна снова давала повод улыбнуться и продолжить исследовать мир.
Мне не пришлось выбрать одну удобную версию: либо дома было плохо и вспоминать нечего, либо отъезд оказался ошибкой. В той точке моего путешествия было иначе. По знакомому уголку у реки я скучал. Возвращаться к сибирскому холоду не тянуло. А смотреть, что будет дальше, всё ещё хотелось.











