Рурализация: как учителя переезжали жить в деревню до того, как это стало мейнстримом
Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
Есть ли у вас знакомые, которые уехали жить из города в деревню? Или, может быть, вы подписаны на блогеров, которые выбрали жизнь в селе?
У каждого есть свои причины для переезда: усталость от городского темпа жизни, обилия людей, отсутствия природы, потребность в работе руками и созидании, желание стабильности и предсказуемости.
И вот мы видим романтические картинки сельского быта, где, проснувшись утром, можно прогуляться босиком по траве, заварить листья смородины со своего участка, слушать пение птиц, любоваться деревьями сквозь колышущуюся занавеску в открытых окнах на веранде… И это все при стабильно работающем вайфае!
Но с чем в реальности сталкиваются те, кто переезжает из города в деревню?
Поговорили с участниками программ фонда “Новый учитель”, которые выбрали стать учителями в сельской местности и изменили таким образом свою жизнь. В этой статье расскажу об их опыте.
“Я сказала, что готова ехать только в посёлок”
Лиза Петрухина попала в программу сразу после окончания бакалавриата — она училась в Москве на факультете математики в НИУ ВШЭ.
Родилась Лиза в небольшом посёлке в Курской области, но учиться в школу ездила в Курск, потому что родители решили, что в городской школе будет больше возможностей.
“Когда я шла в программу, мне было важно поехать именно в деревню или посёлок. После того, как в школе я прочитала «Матрёнин двор», решила, что обязательно несколько лет поработаю в деревенской школе. Мечталось о Русском Севере и настоящей деревне в Архангельской области, но в мой год программа действовала только в Ямало-Ненецком Автономном Округе. В тот год можно было поехать либо в Салехард, либо в один из посёлков: Панаевск или Яр-Сале. При согласовании школы я сказала, что готова ехать только в посёлок и могу ради этого переучиться на учительницу физики, если вдруг вакансии для математика в школе нет. Переучиваться не пришлось, математика очень ждали в Панаевске. Мне казалось, что если я поеду в Салехард, то не столкнусь с настоящим образовательным неравенством и что этот опыт не слишком будет отличаться от работы в государственной школе в Москве, а мне хотелось посмотреть, как бывает ещё и как лично я могу помочь”.
Панаевск — это посёлок в Ямальском районе, в нём проживает около 2 тысяч человек. Там нет никаких производств, это тундровой посёлок, а большая часть его населения — коренные жители, ненцы.
Лиза жила на краю посёлка, так что слева от ее дома была школа, а справа начиналась бескрайняя тундра. Почти никаких деревьев, зато невероятное количество лишайников и ягод, полярный день и ночь, северное сияние и снег, лежащий с октября по июнь.
В основном посёлок состоял из трёхэтажных домиков на 3 подъезда, стоящих на сваях. Ещё там была школа-интернат, детский сад, дом культуры, спортзал, пекарня и несколько магазинов. Часть детей жила в интернате, пока их родители каслали (перегоняли оленей) по тундре, на летние каникулы ребята возвращались в тундру.
“На самом деле быт не слишком отличался от городского, мне не нужно было топить печь или набирать воду. Зато из-за трудной доступности посёлка (летом — по воде, зимой — по льду, а в распутицу — на вертолете) были проблемы со снабжением. Нужно было заранее планировать свои покупки, что-то покупать на большой земле, а в распутицу ходить в плавучие магазины”.
Сложнее всего Лизе было жить в замкнутом пространстве. Она привыкла ежедневно видеть в Москве много новых лиц, а в Панаевске, как ни старайся, всех уже знаешь. Развлечения тоже приходилось придумывать себе самостоятельно, на второй год Лиза завела балалайку, и они с коллегами по вечерам вместе готовили и пели частушки про свою жизнь.
“Главным отличием для меня стало столкновение с реальностью, с природой. Когда ты живёшь в городе, особенно крупном, у тебя появляется ощущение, что ты можешь контролировать вообще всё. Хочешь шоколадку в 2 часа ночи? Без проблем! Здесь же я почувствовала, что не всё в жизни под моим контролем. Однажды пропустила обучение, потому что неделю стоял туман и вертолёты не летали. Каждый день я приходила на вертолётную площадку, но так и не смогла улететь. Это был важный опыт, который повлиял на мой взгляд на разные вещи”.
В месяц Лиза зарабатывала в школе около 60 000 рублей и жила в квартире от администрации вместе с другой учительницей. Аренда комнаты стоила 2 000 рублей, к этому добавлялись коммунальные платежи.
“В посёлке продукты дороже, чем на большой земле, но не настолько, чтобы совсем ничего себе не позволить. Дорого было выбираться в Салехард. Билет на вертолет или трэкол в одну сторону обходился в 5 000 рублей. Так как у меня еще была стипендия (фонд выделял 20 000 рублей стипендии + 15 000 рублей на аренду жилья), мне хватало денег и даже удалось отложить”.
Сейчас она работает в фонде “Новый учитель” в проекте “Квадрат”, который занимается развитием математических кружков, и живет во Владивостоке. Она всё ещё в поисках своего идеального места, но уже знает, что точно не хочет жить в Москве или другом крупном городе, в котором уже всё есть.
Ей важно давать возможности другим, а не просто использовать их самостоятельно, поэтому хочется жить где-то, где она может быть полезной — сейчас это Владивосток.
“Надо жить проще, скромнее, есть меньше и болтать меньше”
До того, как стать учителем русского языка и литературы по программе фонда “Новый учитель”, Ксения Конь жила в городе-миллионнике Самаре, в самом его центре на пешеходной улице. Там она закончила Самарский университет и работала репетитором. А затем с поддержкой фонда в 2018 году переехала работать учителем в село Глазок Тамбовской области.
“Я начиталась “Записок врача” Чехова. Потом посмотрела вдохновляющие видео про сельскую жизнь. Опыта деревенской жизни у меня тогда не было, в отличии от моей мамы. Она помогла мне с переездом в Глазок и дала несколько ценных советов. Например, когда мы шли по улице, она объясняла, как нужно здороваться: первой — со всеми взрослыми. А с детьми — только когда они первые поздороваются. Такой вот сельский этикет”.
Село Глазок ещё называют селом одного фонаря, рассказывает Ксения, потому что фонарь действительно один-единственный и светит в центре, где три магазина. В селе есть деревянная старинная аптека, которая работает два раза в неделю с 14:00 до 16:00, местный ДК, где проходят дискотеки и ставятся спектакли, библиотека и школа. На момент, когда Ксения работала там, в школе училось 76 учеников. Через несколько лет она переехала в другое село на Ямал — теперь живет там и тоже работает в школе.
Для Ксении сложностью после переезда в Глазок оказалось отсутствие внешнего досуга. Все развлечения нужно было придумывать самой, и первое время ей было трудно оставаться наедине с собой и своими мыслями.
“Сложно было и планировать покупки. Какую-то базовую еду типа хлеба или масла можно было купить и в селе, но, допустим, за хорошим сыром или ещё чем-то приходилось ездить в близлежащий город Мичуринск”.
Все же Ксения выбрала деревню. Говорит, что город хорош на небольшое количество времени: ей хватает отпуска, чтобы насладиться благами цивилизации, поудивляться доставкам, такси, магазинам и разнообразию на полках этих магазинов.
Ксения зарабатывала в школе около 25 000 рублей, еще получала от фонда стипендию 20 000 рублей и компенсацию за аренду жилья — 15 000 рублей. Аренда дома стоила 10 000 рублей. Ксения говорит, что ей хватало на все, и даже удавалось откладывать, потому что она тратила мало денег на еду: много овощей, мяса и яиц ей дарили местные.
“Я правда уверена, что современный человек находится в овер-употреблении. Надо жить проще, скромнее, есть меньше и болтать меньше. И больше наблюдать, созидать и помогать. Эти три глагола в полной мере отражают то, чем мы тут в селах занимаемся. Не будешь это делать — ты никому не будешь нравиться, и тебе в трудную минуту никто не поможет, и в сезон кабачка даже самого крошечного кабачка не подарит. Именно поэтому я до сих пор, уже шестой год подряд, живу в селе”.
“Всю свою жизнь мне было бы скучно жить Панаевске”
Илья Параскун, как и первая героиня Лиза, переехал по программе в поселок Панаевск, где преподавал историю. До этого он около пяти лет уже работал в школе в Барнауле.
Больше всего удивило другое отношение местных к жизни и самореализации. Некоторые люди никогда не выезжали за пределы Ямала при том, что они вполне самодостаточны. По мнению Ильи, в Панаевске у людей другие приоритеты, отличные от получения высшего образования и путешествий, особенно у тех, кто живет в тундре, также как и их далекие предки.
“Главная бытовая задача — приготовить еду, тут не было никаких доставок, а кафе закрыто. И задача повышенной сложности — приготовить еду из ограниченного набора продуктов (часто в магазинах был дефицит во время распутицы или быстро все разбирали)”.
По словам Илья, учитель в селе является более значимой личностью для детей, чем в большом городе.
“Мы можем встретить учеников в любое время дня, с ними поговорить, например, в магазине или на почте, во время прогулки по берегу реки. В городе ты отработал рабочее время, и у тебя своя жизнь. В селе весь день есть шанс увидеть школьников”.
Сравнивая свой опыт жизни в городе и в селе, Илья замечает, что в городе больше возможностей, в том числе для успешной учебы и самореализации подростков, можно попробовать разное, расширить свой кругозор.
“На мой взгляд, хорошо попробовать разное, в том числе разные города. И, конечно, пожить в селе. Для себя я решил, что два года в селе — это отличный опыт, но всю свою жизнь или хотя бы до пенсии мне было бы скучно жить и работать в Панаевске. Первый год был восторг от нового опыта, на второй год я уже все узнал, было легче, более предсказуемо, но и немного скучно”.
Зарабатывал в школе Илья примерно 100 000 рублей, а также получал компенсацию жилья 15 000 рублей и стипендию 20 000 рублей. Жилье стоило 10 000 рублей.
“В целом, можно было накопить денег, потому что тратить деньги было некуда: ни развлечений, ни магазинов”.
“Чтобы жить в деревне с комфортом, желательно очень много зарабатывать”
Роман Коровин стал преподавателем физической культуры, променяв на эту работу должность директора магазина электроники. Из города-миллионника Роман с женой и маленьким ребенком переехали в посёлок Красный в Воронежской области.
“Я изначально хотел в деревню, хотел пожить вдали от города, пробок, смога и суеты”.
Из инфраструктуры — ФАП, магазин, почта, школа, небольшой парк и современная спортивная площадка. Природа живописная: лесостепь, недалеко река, пляж, много солнечных дней. В деревне жили в основном турки-месхетинцы.
Первой неожиданностью для Романа стали сложности с арендой жилья. Оказалось, что дома никто не сдает, так как их некому арендовать. Поэтому нормальные дома занимают сами жители, а пустующие дома, как правило, уже заброшены и жить в них невозможно. Но в итоге, с помощью директора школы, семья Романа смогла поселиться в большом трехкомнатном газифицированном доме с канализацией, водоснабжением и отоплением.
“Была только одна существенная бытовая проблема — это мыши. Дом был построен по принципу "на два хозяина": это когда два входа с противоположных сторон, а в середине — глухая стена. В нашем случае вторая половина была заброшена, и там развелось много мышей, которые через щели проникали внутрь и ходили по нашей половине в больших количествах. Это очень напрягало, и в результате привело к некоторым последствиям со здоровьем у всех, включая кота. Никакие методы борьбы с ними не помогали, наверное этот вопрос можно было решить только вызовом профессиональных дератизаторов. Сейчас бы я так и сделал”.
Самые большие сложности возникли у семьи Романа с медициной и транспортом. В поселке был ФАП, там работала фельдшер, которая всегда помогала, чем могла, но максимум помощи, которую можно было там получить — это лечение от ОРВИ или прививку. За любой более серьёзной помощью приходилось ехать в Бобров. Однако и там были сложности: например, один ЛОР на весь район. В итоге за качественной медициной приходилось ездить в Воронеж, а это 100 км: дорого, сложно и долго.
Автобус из поселка до Боброва ходил несколько раз в неделю и два раза в день. В соседний поселок с аптеками и супермаркетами добраться можно было только на машине — она была у Романа, но когда ломалась, становилось очень тяжело.
Но среди трудностей было место и восхищению: постоянно встречающиеся дикие животные — зайцы, косули, лоси, аисты, бобры, лисы, которые иногда заходили в посёлок по ночам.
Сравнивая город и деревню, Роман говорит, что, по его мнению, комфорт в деревне стоит намного дороже, чем в городе. Нормальный дом со всеми удобствами; машина, чтобы без проблем добираться, куда хочешь, и желательно не одна; качественная медицина; возможность выбираться периодически куда-нибудь на концерты, прогулки, чтобы разнообразить свой досуг — все стоит денег. При этом в городе, как правило, ты это получаешь по умолчанию. Поликлиники, общественный транспорт, театры и музеи в доступности, в любой квартире есть отопление, канализация.
Говоря о затратах, зарплате и стоимости жизни, Роман приводит следующие цифры:
– Поездка семьи из трёх человек в райцентр из поселка и обратно на автобусе обходилась примерно в 500 рублей. Из поселка в Воронеж и обратно — 2 300 рублей. На транспорт уходило в районе 10 000-12 000 рублей в месяц.
– Зарплата в школе составляла в районе 50 000 рублей, а также 20 000 рублей стипендия и 15 000 рублей компенсации аренды жилья.
– Аренда дома стоила 10 000 рублей, а также коммунальные платежи, которые могли составлять зимой 5 000 – 6 000 рублей.
“Мне понравилось жить в деревне из-за чистого воздуха, отсутствия шума и близости к природе. При этом, чтобы жить там с комфортом, желательно очень много зарабатывать. Получается противоречивая ситуация: чтобы нормально жить в деревне желательно быть богатым, но зарабатывать там сложнее, чем в городе. Сюда же добавлю отсутствие нормального образования и перспектив для ребёнка. Поэтому для меня в идеале жить в собственном доме недалеко от крупного города, чтобы иметь возможность пользоваться всеми благами цивилизации, проживая, так сказать, на земле и с комфортом”.
Роман проработал в поселке Красный три года, затем вернулся в Москву и сейчас работает учителем и заведующим кафедрой в одной частной школе.
“Мне очень нравилось колоть дрова”
Олеся Мамоник, учительница с философским образованием, два года преподавала русский язык и литературу в селе Сосновка в Новосибирской области. Туда она переехала из Петербурга, хотя родилась и училась в школе тоже в сельской местности.
“Меня никогда не привлекали огромные пространства и институции, в которых затрудняется, стирается взаимодействие между людьми. Выбирая место для работы в программе, я понимала, что в массовой школе у меня не будет возможности видеть каждого ребенка, которого я учу, коллег, с которыми работаю. В этом смысле я изначально тяготела к микропространствам, микрогруппам, локальному взаимодействию — там, где возможно внимание, точечная работа”.
Сосновка — это село, которое располагается на берегу Обского водохранилища, местные жители называют его морем. Это небольшое поселение, активное в дачный сезон и пустынное зимой. В Сосновке есть два магазина, фельдшерский пункт, библиотека и школа — одноэтажное здание из трех частей: каменной, деревянной и кирпичной.
“В Сосновке я была все два года участия в программе, в город не переезжала принципиально, даже когда становилось трудно выдерживать бытовые условия. Жила в сельском летнем доме. Здесь нужно сделать оговорку, что в Сибири непростые климатические условия, большая годовая амплитуда температур. То есть зимой там может быть очень холодно, до -45, а летом — до +35, и мне было физически тяжело переносить этот контраст.
Осенью, зимой и весной нужно было заботиться о том, чтобы топить печь. Соответственно, заготавливать дрова и уголь, все это колоть и складывать. С одной стороны, такая рутина требовала от меня собранности, дисциплины: нужно было вставать рано утром и перед работой топить печь — или хотя бы подготавливать ее к растопке. С другой стороны, эта рутина мне очень нравилась. Она сближала меня с местом, с людьми; мне всегда помогали мои ученики, коллеги, соседи. В деревне есть такой вайб добрососедства. И ещё мне очень нравилось колоть дрова”.
Олеся рассказывает, что ее удивила плотность жизни в селе. Село — это отдельный мир, только очень маленький и с гораздо менее проницаемыми границами. Просто прогуливаясь после работы, можно видеть, как люди занимаются своим домашним хозяйством и строят новую баню, как работает почтальон, как играют ученики на берегу, здесь же ходят коровы, где-то потеряли овец и теперь ищут — высокая событийность в небольшом пространстве.
“Как-то раз у меня внезапно закончился уголь. Я рассказала об этом в учительской и, в общем, не просила о помощи, а когда пришла домой — увидела, что у двери стоит целый мешок блестящего угля, колотого, очень красивого. Я потом тоже такой покупала. Еще помню, как ко мне приходила завхоз, когда я болела, лежала с высокой температурой. Она принесла мне блины, борщ, растопила печь. Это было очень приятно, по-человечески”.
Самым сложным для Олеси было чувство обособленности, оторванности от привычной жизни и близких людей. Она скучала по городу и первое время летала на выходные домой.
Помимо этого, у Олеси было ощущение культурной изоляции, несмотря на то, что она ездила в Новосибирск, в Красноярск, Томск, и успела полюбить некоторые места там — например, театр «Старый дом», независимые книжные. Но все же плотность этой культурной жизни, ее густота сильно отличалась от, например, петербургской. В Петербург девушка вернулась после двухлетней программы фонда.
“Я, конечно, горожанка. Я живу в городе, но не исключаю того, что когда-то, может быть, вернусь в село. Но что мне точно сейчас понятно — это то, что я нахожусь на своем месте, работая в школе. И это во многом благодаря программе фонда и школе в Сосновке, ее поддерживающим коллегам, атмосфере доверия и свободы — в общем, самому комфортному пространству для входа в профессию".
Хотели бы вы переехать жить в село? Делитесь своим мнением в комментариях!
Сбор на проект фонда «Новый учитель»
НКО помогает детям получить достойное образование и раскрыть их потенциал: привлекает в профессию учителя сильных специалистов, создает условия для их профессионального и личностного развития, организует в школах развивающие занятия и творческие проекты. В «Курсе добра» фонд собирает деньги на обучение будущих учителей, которые начнут работать в школах Нижегородской области.
На 26 июня:
- 5 609 человек поучаствовали в сборе
- 9,69 млн рублей собрали
- 19,3 млн рублей фонд получит после удвоения от Т-Банка
Это проект Т-Банка в поддержку НКО. В нем участвуют надежные фонды с прозрачной отчетностью. Они ведут сбор на важные цели, которые улучшат жизни тысяч россиян, и в формате реалити рассказывают о своих успехах и работе. Т-Банк удваивает каждое пожертвование с карт своих клиентов, сделанное в пользу текущего фонда-участника, без какого-либо лимита.
