Месяц прошел по плану: что я читал в июне

Месяц прошел строго по плану. Две книги из списка и маленький довесок к ним.

Строгая научная монография со свойственной таким работам профессиональной сухостью языка изложения. Прочитав ее, я наконец понял, о чем спорили иосифляне и нестяжатели, в чем разница двух подходов к монашескому служению. Разделение было гораздо глубже, чем простое «иметь или не иметь». Оптимизм эпохи после крещения (крещен, значит спасен) сменился страхом, ожиданием конца света, острой потребность отмолить свою душу и своих близких. Иосифлянство с созданным им поминальным культом, сопровождаемым щедрыми пожертвованиями монастырям, была ответом на возникший запрос общества.

Любопытны также подробности влияния на поминальный культ языческих представлений. В общем заинтересованный читатель, сумевший продраться через сухость изложения, получит много интересной информации.

Весьма любопытное прочтение биографии Гитлера. Автор достаточно аргументировано утверждает, что национал-социализм — это религиозная секта, реализовавшая себя в отличие от множества ей подобных в массовом политическом движении. Строго говоря, нацисты вовсе не были первыми на этом поприще. Вспомним хотя бы попытку построения Царствия Божия на земле в отдельно взятом городе Мюнстере во время Реформации. Попытка нацистов была более успешной и потому более кровавой.

К сожалению, в этой книге автор, обычно въедливо точный в изложении фактов, допускает ряд неточностей и умолчаний, что, конечно же, не украшает его в целом весьма достойную работу.

Обращаясь к творчеству Роже Кайуа нужно непременно держать в уме, что он прежде всего философ и социолог, а уж потом писатель, поэт, литературный критик. Посему, тем, кто потянется к его книге в надежде обнаружить исторический роман, лучше вовсе не открывать ее. Поскольку Понтий Пилат — главный и по сути дела единственный герой сего повествования — это говорящая голова самого автора и не более того. Именно поэтому автор не слишком озабочен тем, декорации, в которых происходит действо, действительно хоть сколько-нибудь соответствовали эпохе. Автор для приличия обрядил его в одежды по давнишней римской моде, но в этой голове крутятся мысли, занимавшие человека середины ХХ века. Например, это недоуменное: что значит «Сын Божий»? Разве не все люди сыновья божьи? Однако реальный римский чиновник по имени Понтий Пилат не мог так рассуждать, поскольку знал, что предыдущего императора указом Сената провозгласили богом и, следовательно, его приемный сын Тиберий — ныне действующий император — сын божий. Он и никто другой.

По сути, весь роман посвящен решению задачи, столь изящно сформулированной в старом советском мультфильме «В стране невыученных уроков». Как правильно поставить запятую в предложении «Казнить нельзя помиловать». Вот привела ему стража первосвященника какого-то бродячего проповедника с какими странными обвинениями, никак Рим не затрагивающими, и настойчиво требует его смерти. И римский наместник долго и упорно перебирает аргументы за и против. Пересказать их, значило бы передать почти все содержание небольшого романа.

В русском переводе роман издавался давно в далеком 1989. В электронном виде в интернете я его не обнаружил, хотя наткнулся на две другие книги Роже Кайуа.