«Мне казалось, что у нее снесло крышу»: как собака Джули пережила пять переездов

В рубрике «Переезды с животными» читатели Т⁠—⁠Ж делятся историями о том, как перевезли питомца в другое жилье, город и даже страну.

Героиня этой статьи несколько раз переезжала со своей собакой Джули. Адаптация давалась Джу нелегко: после каждой смены локации она не хотела оставаться дома одна и устраивала погромы. Читательница поделилась, как перевозила питомицу в фургоне в Москву, как Джули реагировала на перемены и что помогло скорректировать ее поведение.

Летом 2022 года по просьбе друзей я приехала в приют снимать новых животных, чтобы разместить их фотографии в группе для пристройства. Джули была в числе новеньких, и я сразу в нее влюбилась.

Маленькая шоколадно-рыжая собака с белым пятном на груди прыгала на месте, рассматривая из вольера людей, которые ходили по территории. Я спросила у волонтера, что это за милашка, и узнала, что она поступила в приют меньше недели назад. Джули забрали у мужчины, который сильно выпивал и оставлял собаку на самовыгуле и самопропитании.

Джу тогда было около пяти месяцев. Она отлично отзывалась на свою кличку и знала команду «сидеть». За время съемки собака подмигнула мне раз 10, поэтому ей не составило большого труда похитить мое сердце.

После визита в приют я улетела в командировку на неделю, но каждый день ловила себя на мыслях об этой красотке. Вернувшись в Архангельск, из аэропорта я сразу поехала за собакой: не терпелось ее забрать. Мы перевозили Джули домой на машине. Дали ей успокоительное по инструкции и взяли в салон ее плед и игрушки, чтобы рядом был привычный запах.

Так мой дом стал на одно сердце теплее и уютнее. Это было лучшее, что могло случиться со мной в тот год: Джули вытащила меня из тяжелого эмоционального периода, подкинув приколов, проблем и безграничной любви.

Первый переезд оказался самым сложным и для Джу, и для меня. Еще в приюте она пыталась выскочить из вольера и открыть дверцу. Думаю, что это особенность поведения, вызванная какой-то ранней психологической травмой.

Я работала из дома, но 4—5 раз в неделю уходила на тренировки и занятия с учениками. Меня не было дома в среднем до пяти часов, не считая коротких походов в магазин. Так как до жизни со мной Джули была приучена к самовыгулу, она не привыкла оставаться одна — уничтожались игрушки, подушки от диванов, переворачивались мусорные ведра, кралась еда. Собака скулила, драла входную дверь изнутри и давала всем вокруг понять, что ее «покинули».

Первое время я плакала и злилась. Например, однажды я уехала и вдруг поняла, что оставила наушники на видном месте. Психологически я уже подготовила себя к тому, что они не выживут. Так и случилось: Джули примерила роль изобретателя и познакомилась с их содержимым.

На тот момент нам помогла дрессировка и физические нагрузки. Почти сразу после переезда я начала самостоятельно заниматься с Джули по бесплатным видеоурокам из интернета. Грузила ее мыслительными процессами, совместными пробежками и долгими играми с другими собаками.

Потом мы записались на курс по воспитанию, заплатили около 10 000 ₽. Но в школе была агрессивная собака, которая не давала нам заниматься. Мы отходили только две сессии, за остальные деньги мне вернули. Потом тренировались дома 3—5 раз в неделю.

Сейчас уже не могу сказать точно, через какое время проблема с поведением решилась, но адаптация после приюта была долгой. Я забрала Джу в августе, но даже зимой случались сгрызенные вещи, хотя к тому моменту масштабы бедствия сильно сократились. От тренировок Джули уставала, и сил на крушение дома у нее не хватало. Собака мирно спала, только грустно смотрела, когда я уходила.

Мы прожили в той квартире чуть больше года и в ноябре 2023 купили другую. На время ремонта Джу перевезли в соседний город к моим родителям — это был ее второй переезд. Как только папа вышел из дома в магазин, Джули устроила «дизайнерский ремонт» и отодрала кусок линолеума возле входной двери. Больше она одна не оставалась.

В квартире родителей жил кот. Несмотря на накрывшую их обоюдную любовь, даже он не помог собаке избавиться от скуки. Я продолжала выматывать ее долгими прогулками по побережью Белого моря, пробежками и дрессировкой, но и это не помогало.

В этот раз сработал «Экспресс-успокоин» в таблетках, его хватало на несколько часов. Папа почти всегда находился дома, так что этого было достаточно. Препарат я давала только в дни длительного отсутствия. Назначение и дозировку мы предварительно обсудили с ветеринарным врачом.

Мы быстро управились с ремонтом, и через месяц Джу переехала в новую квартиру. Мне было особенно страшно, что собака может испортить все, что мы сделали. Но все прошло гладко и без происшествий. Джули оказалась лапочкой: оставалась одна, пока я была на тренировках или работала вне дома. Мы даже прекратили дрессировку на какое-то время.

Для меня загадка века, почему Джули внезапно начала вести себя спокойно. До сих пор не знаю, что на нее так повлияло.

Через пару месяцев случился внезапный переезд в Москву по работе, на который нам дали неделю. Мы собрали вещи, собаку отвезли на время к моим родителям.

Через три дня в столице нашли квартиру, где можно проживать с питомцем: показали фотки хозяину, он влюбился в Джу и разрешил. Договорились, что восстановим все, что будет испорчено. Нам очень повезло с арендодателем: за полтора года он приехал только один раз, познакомился с собакой и сказал, что она душка.

Мы стали готовиться к перевозке Джу в новый дом, для нее четвертый по счету. В поисках транспортных компаний для животных прошерстили интернет, поспрашивали у знакомых. Опирались на три критерия: фотографии фургонов для перевозки, расчет стоимости и отзывы друзей. Для нас было важно, чтобы в пути с животными выходили гулять и присылали фото с прогулок.

Перебрали вариантов пять — все нашли через чаты, где люди делятся опытом. В итоге по отзывам друзей выбрали компанию Petstour. Стоимость перевозки из Архангельска в Москву составила около 8 000 ₽, таблетки успокоительного обошлись еще в 500 ₽.

Из документов требовался только ветеринарный паспорт Джу со стандартными прививками от инфекций и бешенства, отметками об обработке от глистов. У нас все было сделано вовремя.

Самым сложным оказалось проинструктировать родителей о подготовке собаки к переезду: они не понимали, как животное вообще может такое пережить. Родители успели привязаться к собаке, поэтому им было тяжело с ней расставаться. Они волновались, что во время такого переезда в клетке, пусть и комфортной, Джу подумает, что ее бросили.

Мама предварительно скормила собаке таблетки успокоительного по инструкции и передала Джу в заботливые руки сопровождающих. С ней поехали ее вещи с привычными запахами — лежанка и любимые игрушки.

Собаку перевозили в фургоне, оборудованном просторными клетками разных размеров. В клетке Джу могли спокойно находиться две собаки. Не помню точно, сколько всего было мест, но нашим рейсом везли восемь собачек. В самом фургоне с животными ехал сопровождающий, они с водителем периодически менялись местами. Сотрудники контролировали, чтобы у собак была вода, кормили их по расписанию и инструкциям от хозяев. Джу почти не ела в дороге и много спала.

Через сутки мы встретили Джули на базе транспортной компании на окраине столицы, и собака не сразу нас узнала. Но когда отошла от поездки, пропеллер заработал на тройной скорости и по пути домой Джу слупила двойную порцию корма.

В новой квартире нас ждали новые приколы. Джу опять наотрез отказывалась оставаться дома одна, скулила и драла дверь, едва поворачивался ключ. Первый раз мы ушли всего на час, а в итоге вызывали специалиста, чтобы вскрыть дверь, за 5 000 ₽: собака поднялась на задние лапы и передними задвинула засов на входной двери, заперевшись изнутри. Мы не могли попасть в квартиру около 2—3 часов, пока ждали специалиста. Дома был кавардак: Джули погрызла обувь, полотенца, какие-то коробки с переезда и еще кучу всего.

Мы занимались с кинологом, искали советы в интернете, среди друзей и в собачьих чатах. Все предыдущие средства не помогали: долгие выматывающие прогулки стали привычкой, дрессировка — тоже. Отчаявшись, я наткнулась на диффузоры Relaxivet, заказала две штуки стоимостью примерно 1 100 ₽ каждая. Это средство сработало с первого дня.

Понадобилось около месяца, чтобы Джу свыклась с тем, что днем я ухожу на работу. Мы все так же продолжали дрессировку и долгие прогулки с играми. В совокупности это дало неплохой результат за довольно короткий промежуток времени.

Пятый переезд Джули случился через полтора года. Мы расстались с молодым человеком, и жить одной в двушке в Москве было невыгодно. Я искала квартиру в районе с парком, но получала очень много отказов, потому что владельцы не хотели арендаторов с собакой выше 30 см в холке. При этом в старой квартире Джули вела себя потрясающе спокойно и была образцовой собакой. Спустя 20—30 отказов мне подвернулось жилье в районе Речного вокзала. Хозяйка была не против животного, к тому же мы оказались из одного города с ее отцом.

Джули не понимала, куда пропал второй хозяин, почему дома так много коробок и куда я собираюсь, и наконец, почему мы опять едем в новую квартиру. Она настолько изменилась в поведении, что мне казалось, у нее снесло крышу.

В этой квартире у Джу появилась дорогая и суперпрочная клетка. Приобрести ее посоветовал один из кинологов, к которым мы обращались, и это стало ошибкой. Учитывая, что собака из приюта, это худшее, что можно было сделать.

Джули научилась открывать дверцу языком и лапами. Как-то раз я ушла на работу и увидела по камерам, что собака не попадает в поле зрения, а значит, она могла находиться только у входной двери. Через три часа я вернулась домой, и на меня повалились панели, которыми были обшиты стены в прихожей, — дизайнер внутри шоколадной морды снова громко заявил о себе.

Аналогичные панели я купила в ближайшем строительном. Мастера нашла на «Яндекс Услугах» — он привел все в прежний вид. Ремонт с материалами обошелся мне примерно в 6 500 ₽.

Так как снаружи Джули вела себя спокойнее, чем взаперти, я оставляла ее с открытой клеткой и следила за ней по видеокамере. В течение полугода жизни в новой квартире я вызывала собаке зоонянь с сервиса Vox. Они сидели с Джули, пока я была на работе или тренировках, и только это спасало квартиру от разгрома. Каждый визит обходился в 1 390 ₽.

Мы сменили трех кинологов, со всеми занимались онлайн. С первым познакомились в парке: она гуляла со своей собакой, а мы — с Джу. У нее были развитые соцсети и хорошие отзывы: мы наблюдали, как собаки у нее на передержке начинали послушнее себя вести, то есть эффект от работы у кого-то был.

Специалист смотрела записи с видеоняни и просто давала комментарии. Еще были монотонные упражнения с выходом за дверь на несколько секунд. Созвоны не проводили: иногда пропадала она, иногда я сама. Не знаю, какого результата можно было ждать от такой работы. С этим кинологом мы занимались два с половиной месяца. Месяц сопровождения с контролем домашней работы обошелся в 15 000 ₽.

Эта же специалистка отправила нас на консультацию к зоопсихологу за 8 500 ₽. Ничего полезного я не узнала, только поплакала вдоволь. В прошлом у Джу были сломаны три лапы и передние неправильно срослись, из-за чего ей нельзя много бегать. Зоопсихолог назвала мою собаку инвалидом и сказала, что нам нужно найти реабилитолога. Больше с ней мы не созванивались.

Но реабилитолога в итоге мы посетили. Врач посмотрел, как Джу бегает, сидит и ходит, и сделал вывод, что за время восстановления после травмы собака сама научилась переносить центр тяжести на задние лапы. Нам выписали таблетки, которые нужно принимать на регулярной основе до конца жизни.

Второй кинолог был знакомым друзей, но он нам тоже не подошел. Он воспитывал служебных собак, работал с активными породами вроде малинуа, овчарок и боксеров. Я не учла, что у моих друзей нет собаки и они к специалисту не обращались, — тут сама виновата. Мы провели порядка 10 занятий, за каждое я заплатила 2 500 ₽.

Третьего кинолога мне тоже посоветовали друзья: они были давно подписаны на ее социальные сети. На одном из занятий специалист сказала, что моя собака не показывает абсолютно никаких признаков тревожности и я просто ее слишком сильно залюбила. И добавила: «Это битва ай-кью, и кто-то должен ее выиграть — либо я, либо Джули. Надеюсь, все-таки я».

Битву она выиграла. И если предыдущие специалисты пытались решить вопрос однообразными действиями, то она загрузила собаке голову.

Джули знала уже много команд, поэтому на занятиях появились новые упражнения на поиск, логику и выдержку. Собака каждый раз показывала свои способности, а потом демонстративно отказывалась работать. Забавно, что Джу понимала: по ту сторону «Зума» за ней наблюдают. Иногда она смотрела в камеру телефона и укладывалась прямо перед экраном.

Когда помощница кинолога написала мне, что понадобится 5—10 занятий, чтобы решить нашу проблему, я посмеялась и не поверила. В итоге мы смогли научить Джули оставаться дома одну без происшествий за восемь занятий.

Десять сессий стоили 17 000 ₽. Потом я покупала еще, но уже просто для дрессировки: у Джу открылся талант к поиску предметов по запаху, и мне было интересно закрепить этот навык. Также мы обнаружили маленькие поведенческие проблемы на улице: кинолог обратила внимание, что Джу не сразу концентрируется на моем голосе. В общем, мы много чего с ней проработали, и теперь я советую этого специалиста своим друзьям.

С последнего переезда прошло девять месяцев. Джули ведет себя превосходно, только иногда дуется на меня за прогулки длительностью меньше часа. Сейчас мы занимаемся самостоятельно 1—2 раза в неделю: вспоминаем все команды, которые учили, играем. Так я не даю Джу расслабиться. В новом районе у нас есть собачья площадка с несложной трассой — мы периодические туда наведываемся, чтобы ее пройти.

За время жизни с Джу я поняла одну важную вещь: у собак, как и у людей, может снести крышу в любом возрасте, они тоже умеют переживать. Если вы не готовы заниматься с животным и уделять ему хотя бы два часа в день, не заводите себе пушистого друга.