Почему в инвестициях я не рассчитываю на жену

Меня зовут Артем. Мне 37 лет, последние годы я живу в Москве и занимаюсь формированием капитала. В прошлой статье я описал свою цель — 40 миллионов рублей. Сегодня я объясню, почему считаю путь к этой цифре «сольным забегом», даже находясь в браке.

Мы познакомились через две недели после моего переезда. Она приехала на два месяца раньше — сразу на руководящую должность в одну из крупнейших компаний в стране. Я ехал в никуда, имея за спиной лишь веру в расчет и трудолюбие.

На старте расклад был не в мою пользу: я снимал «однушку» за 35 тысяч, ей жилье оплачивала компания. Её доход был вдвое выше моего. Как прагматик, я быстро оценил выгоду совместного проживания на её территории и настоял на переезде. Тогда меня это полностью устраивало.

Спустя два года наши графики доходности разошлись:

• Мой результат: Доход вырос вдвое, личный капитал — в 4 раза.
• Её результат: Доход подрос на 10%, капитал остался нулевым (если не считать квартиру в провинции).

Причина такой разницы стала понятна мне рано. Спустя 4 месяца сожительства ФССП заблокировала все её карты из-за старых долгов. Это был первый сигнал: интеллект и трудолюбие (а она очень трудоспособный руководитель) не гарантируют финансовой устойчивости.

Моя жена — выходец из многодетной семьи в сибирском поселке. Пьющий отец, мать на двух работах, тотальный дефицит. Москва и высокая зарплата стали для неё не инструментом свободы, а способом наказать себя за нищее детство.

В психологии это трактуется как бесконечный цикл компенсаторного потребления. Рост дохода для неё — это лишь расширение воронки трат, а не фундамент для подушки безопасности. Её расходы не поддаются прагматичному оправданию, потому что они продиктованы травмой, а не логикой.

Наш совокупный доход из всех источников порядка полумиллиона рублей в месяц. Самые крупные статьи расходов:

• аренда и коммуналка — около 90 000 рублей (65 000 оплачивает работодатель супруги — и это «зашито» в цифру дохода)
• еда, бытовые и гигиенические вещи — около 60 000 рублей (примерно 60% оплачивает жена)
• развлечения (рестораны, кафе, путешествия «одного дня», выставки, музеи) — около 40 000 рублей (оплачиваю практически всегда я)

За пределами порядка двухсот тысяч рублей общего бюджета, мы распоряжаемся личными деньгами на своё усмотрение. Мои расходы не велики, за пределами общего бюджета я ежемесячно трачу на свои хотелки около 20 000 рублей. Плюс расходы на транспорт, связь, абонементы, подписки и прочее — около 15 000 рублей.

У неё есть постоянные обязательства — ипотека за квартиру в другом городе и автокредит. Остальное на своё усмотрение.

Такого нет. Я строю крепость, у которой фундаментом будет капитал в 40 миллионов, а стенами недвижимость в Москве и на Черноморском побережье.

Я хотел бы не меньше 6 месяцев в году жить у моря и работать менее интенсивно, чем сейчас.

Она сейчас занимает позицию руководителя среднего звена. Каждый новый подъем в иерархии означает кратное повышение дохода. Снижение рабочей нагрузки ради более свободной жизни воспринимается ни как ценность, а как опцион: «Я готова вообще не работать, если ты будешь давать мне 500 тысяч».

В довесок: «Я не затем переезжала в Москву, чтобы жить в провинции».

Мы похожи на два поезда, едущим по параллельным рельсам. Я рассчитываю реализовать свои цели через капитал, она через повышение по карьерной лестнице. Выедут ли поезда на одну колею или разъедутся может показать только время.

Инвестиции — это на 90% психология и дисциплина. Глядя на то, как доход превращается в «пыль» ради компенсации прошлых обид, а цели и методы сильно разнятся, я принял решение: мой финансовый план автономен.

1. Я не рассчитываю на её капитал. Его не будет, пока психологический дефицит не будет закрыт.
2. Я — страховой фонд семьи. Мои капитал — это единственный реальный актив, который вывезет нас обоих, если завтра её корпоративная карьера закончится.
3. Раздельные горизонты. Пока она инвестирует в «забывание прошлого» и не имеют плана на ближнюю и дальнюю перспективу, я инвестирую в «создание будущего».
4. Я не готов отказаться от своих целей. Не для кого. А её поддержка мои планов не безусловна. Поэтому нужно страховаться от возможности прекращения отношений.

Это не делает наш брак хуже. Это делает мой план реалистичным. Рассчитывать на партнера, который не победил своих «демонов бедности» — значит обречь на провал свою цель.

Жену нужно только любить. Если она не думает о будущем, я сделаю это за неё, чтобы сохранить семью.