«Лишь бы​ было удобно и чисто»: 6 интерьер­ных сти­лей, которые нра­вятся милле­ниалам

Есть мнение, что миллениалы любят минимализм и сканди.

Представители этого поколения родились в 1981—1996 годах. Они застали моду на лакированную мебель, стенки-гарнитуры, ковры и хрустальную посуду и сейчас хотят не тратить много времени на уборку квартиры. Но жить с минимумом вещей готов не каждый. Миллениалы среди читателей Т⁠—⁠Ж рассказали, какой ремонт им нравится. Мы собрали их истории.

Я живу в минимализме: белые и бежевые стены, белая и околобежевая мебель, минимум декора, даже люстры недавно заменила на минималистично плоские светодиодные. На одном из трех окон висит рулонная штора, на другом — белый тюль, на третьем — ничего. Полупусто, чисто, светло, я чувствую себя дома уютно.

Конечно, на этот стиль повлияло детство. Не переношу лакированные стенки, хранение хлама, сборники пыли, отсутствие воздуха, света, не нравятся даже обои.

Стремлюсь к «миленькому» минимализму и отчетливо помню, как зародилась во мне тяга к аскетичным интерьерам — в тот момент, когда я стирала пыль с 100 500-й фигурки на одной из бесконечных полок в родительской квартире. Тогда и решила, что у меня не будет полок и пылесборников, а на полу — ковров. Книги — только электронные, вещей — минимум.

Милота моего минимализма реализована в теплых оттенках стен и столешнице под дерево в кухонной зоне. Еще есть гирлянды и подушечки.

Мне нравится смесь сканди и мидсенчури. В детстве и юности презирала бабушкины серванты, а теперь хочу себе такой.

Минимализм мне точно не подходит: нравятся яркие акценты в интерьере и физические предметы — бумажные книги, пластинки, растения, декор. Да и мой зоопарк тоже в минимализм не впишется.

Этап жизни без ковров пройден. Убирать без них, конечно, проще, но на чем я буду лежать и пить свои коктейли под винил?

Я всю жизнь была уверена, что, когда стану взрослой, мой дом будет сплошным серым пятном. Но пожила в серой квартире и поняла, что мечтаю об уютном теплом интерьере, полном осенних оттенков: терракотовый, цвет густой зелени, теплое медовое дерево, лососевый, молочный как основа.

На «Пинтересте» такие интерьеры называются мидсенчури-модерн. Не знаю, как психика выживает в однотонных интерьерах, моя кукушечка серости не вынесла.

У меня дома неоклассика с теплыми стенами, бархатистыми шторами, изумрудной плиткой «арабеска» на кухне, изумрудным диваном. Стоят розовые обеденные кресла, столы в стиле лофт. Белая классическая кухня и черная минималистичная библиотека со шкафами витринного типа.

На полу, конечно же, лежит яркий ковер в розовых, изумрудных, серых, рыжих оттенках. В гостиной стоит оранжевая ваза с ярким букетом, на кухне — прозрачная с нежно-белым. Полы под дерево, укладка паркетная, елочкой. Все, кто бывает у меня дома, кайфуют.

Для меня, крайне уставшего и ленивого миллениала, главную роль играет максимальный комфорт и минимум затрат на уборку.

Я хочу минимализм, потому что не люблю убирать полы. Пусть все будет такое, чтобы робот-пылесос мог убрать, пока меня нет.

Хочу модерн, потому что мне нравится все технологичное, делающее жизнь проще. Еще меня визуально привлекает прованс, но я не готова каждый день протирать от пыли завитушки на шкафу.

В итоге согласна на эклектику, потому что мне, в принципе, пофиг на общий стиль — лишь бы было удобно и чисто.

Меня бесят ковры, искусственные цветы, хрусталь и чашки в серванте — все, что ассоциируется со старым ремонтом. Люблю мебель из «Икеи», основательные книжные шкафы и репродукции в состаренных рамах. Гейнсборо, Климт, Фрида Кало — то, что мне нравится, а не ради заполнения стен.

Стиль и не определю — некое подобие интеллигентного писательского дома-музея.