Я исследую старинные особняки

… Был тёмный, темный коридор, а за ним — остатки старинного интерьера, отголоски чужих жизней. Здесь, в этом полуразрушенном особняке когда-то кипела жизнь, устраивались балы, в подвале на печи готовили блюда. Всё это — унесенное ветром. Сейчас здесь нет никого, кроме меня и рабочих, приканчивающих немых свидетелей прошлого. Из двухсотлетнего особняка делают апартаменты для новых хозяев.

Я люблю проникать в такие дома. Иногда рабочие сами пускают посмотреть, иногда на мягких лапках пробираешься сама и смотришь, блуждаешь, фотографируешь. Пока не прибежит прораб и с криком "снег башка попадёт, совсем мёртвой будешь" не вытряхнет меня оттуда. Но я дама упертая — на следующий день являюсь сразу к прорабу, подхватил по дороге и нацепив на себя строительную каску. Прораб засмеется и пустит внутрь.

Там я подниму из пыли куски сбитой лепнины, аккуратно отковыряю ножом несколько слоев обоев и даже кусок газеты начала века. Газета издана на немецком, но моих скудных познаний хватает, чтобы перевести последние биржевые новости 1912 года.

Свои сокровища аккуратно складываю в пакет и несу домой, чтобы сделать из них коллаж. Застройщик, которому доверили ремонтировать этот дом, зуб давал и мамой клялся, что сохранит старину. Но я знаю — вся она валяется под ногами и ждёт грузовика, который увезет ее на свалку. И роскошные резные двери арочной формы уедут туда же — из-за работы я не успею перехватить их.

А другое здание 18 века сгорит через день после моего визита. Зачем очередному мамой-клянусь возиться со старыми стенами? Лучше наврать, что "оно само сгорело", ведь в подвале запланирована парковка для "бентлей " — какая к лешему кирпичная печь? Кому нужна эта трухлявая усадьба? Мы построим новую — из дерьма и палок. А ведь на старых крепких кирпичах стояли клейма заводов — тех, которых тоже смела история. И перекрытия из старых бревен тоже были крепкими, сухими, надёжными. На века люди строили, не думали, что мамой-клянусь появятся.

Останутся кусочки лепнины на моих коллажах, предсмертные фотографии домов в моем компьютере.

• — Вы читали Сухово-Кобылина? — спросил меня пиарщик, у которого я давно, еще будучи журналистом, брала интервью.
• — Нет, — сконфузившись призналась я.
• — И я не читал. И никто не читал. Кому он нужен? Но дом его почему-то не дают снести.

Снести не дают, но мамой-клянусь ищут выход. Находят, увы, часто. Ну а я продолжаю свои путешествия в прошлое. Спешу застать уходящую красоту.

Все бесплатно. Иногда, чтобы пройти в дом, нужно договориться с рабочими — это расход небольшой. От случайного кирпича на голову у меня нет страховки.