«Папа больше не приедет»: у меня трое маленьких детей, и я развелась с их отцом

Мы с мужем были как левая и правая рука. А потом я узнала про измену.

Тогда мы уже воспитывали двоих детей и ждали третьего. Спустя два года частых конфликтов развелись, так и не сумев сохранить отношения. Расскажу, как все произошло.

Мы поженились в 2016 году. У меня на тот момент был ломбард, который я открыла с партнером, и мы с мужем в течение года пытались развивать этот бизнес. А в 2017 закрыли его и вместе с другом супруга купили производство в сфере легкой промышленности.

У мужа была своя недвижимость в Москве, но производство находилось в области, и мы сняли квартиру неподалеку. Вся наша жизнь вертелась вокруг работы: мы модернизировали оборудование, находили специалистов по всей России. На мне были административные обязанности, на муже — производство.

При этом мы много путешествовали и готовились к беременности. Когда мне было за 30, решили, что пора планировать ребенка. Но забеременеть самостоятельно не получалось. Тогда врачи, обследовав нас, предложили ЭКО. Я отказалась, решив, что если не выходит естественным путем, то и не надо — и с головой ушла в работу. Но мы все же стали родителями.

Первая беременность. В 2019 году, через полгода после лечения, я поняла, что беременна. Это была горячая пора: пропал наш партнер по бизнесу, а нам нужны были деньги, чтобы расширять производство. Вскоре выяснилось, что тот человек задолжал не только нам, но и другим людям, которые стали требовать, чтобы мы вернули его долги. Начался ковид. В такой напряженной обстановке прошла моя первая беременность и роды.

Муж все время пропадал на работе. Но он не мог взять на себя еще и мои обязанности, поэтому приходилось ухаживать за ребенком, сидя с ноутбуком в руках. Пару раз в неделю я бывала на производстве прямо с дочкой. Еще старалась больше заниматься пиаром: давала интервью, выступала на радио, ездила в правительство Московской области, чтобы получить государственную поддержку для развития нашего дела.

Когда дочке было девять месяцев, она попала в реанимацию. Выяснилось, что у ребенка диабет и аллергия на белок. Потом была длительная реабилитация. Дочь оказалась полностью зависима от внешнего инсулина. Если его вовремя не вколоть, возможна гипергликемия  ​и даже смерть.

Производство к тому времени расширилось, и я сказала мужу, что теперь ему предстоит самостоятельно всем заниматься. Он сначала думал, что не справится и придется все продавать, но в итоге сумел даже увеличить прибыль.

Я боялась, что супруга испугает болезнь ребенка, но он полностью включился в заботу о дочери. Так же, как и я, вставал по ночам дать ей глюкозу или сок, чтобы поднять сахар. Сам устанавливал датчик мониторинга глюкозы, потому что я долгое время не умела этого делать. Много читал по теме, а потом рассказывал мне. Тогда я думала, что никогда не останусь в беде одна и муж всегда будет включенным отцом.

Вторая беременность. Так как первая беременность случилась не сразу, я считала, что не смогу стать мамой снова без медицинского вмешательства. Но в январе 2022 года узнала, что жду еще одного ребенка, чему очень обрадовалась.

Мне казалось, что в наших отношениях с мужем все ладно. Мы были словно левая и правая рука, но при этом жили не только семьей и бизнесом. У супруга оставался свой досуг: он ходил на тренировки, иногда встречался с друзьями.

Со временем мы все-таки решили продать производство, так как маркетплейс потерял несколько наших палет  , а это не один миллион рублей убытков, которые так и не удалось вернуть. Оговорили, что поживем полгода где-то на морях, а потом муж поступит на юриста. Но однажды он пришел ко мне и сказал, что учиться не хочет и вложился в другой бизнес в качестве инвестора. Оказалось, знакомые знакомых занимаются тендерами, и мужа это заинтересовало.

Часть денег, полученных с продажи производства, ушла на оплату кредитов. Плюс он приобрел машину, которую оформил на маму. А уже оставшуюся сумму вложил в тендеры. Меня, конечно, смутило, что он решил заняться новым делом и не посоветовался со мной. Но муж убедил меня, что у нас недостаточно денег для покупки или строительства жилья, поэтому он хочет инвестировать в другой бизнес и за год заработать хорошие деньги, на которые мы сможем купить большой дом. И предложил уже сейчас приобрести участок. Я поверила.

Ориентировочно в мае 2023 года я забеременела в третий раз. А уже в июне стала подозревать у мужа роман: он начал сильно задерживаться, я увидела на его счетах расходы на цветы, рестораны.

Как-то ночью у дочки был аномально высокий сахар, я не могла его сколоть, а у супруга постоянно срабатывали оповещения об этом на телефоне. Я заметила, что там стоит пароль. Разбудила мужа и попросила выключить оповещения и объяснить, зачем ему блокировать телефон, но так и не получила внятного ответа.

Чуть позже залезла в его смартфон — запомнила графический пароль, когда муж его вводил. До этого он мне говорил, что познакомился с кем-то, кто готов проинвестировать его проекты, и общается по делу. Я увидела, что пишет и звонит мужу не парень, как он утверждал, а девушка. Спросила: «Почему ты мне не сказал как есть?» Муж промолчал. Я связалась с этой девушкой. Она, естественно, начала утверждать, что лишь помогла с деньгами и больше их ничего не связывает.

Я хотела в это верить, но продолжала сомневаться, опять залезла в телефон. Сделала детализацию звонков, узнала, где живет та девушка, и поняла, что муж часто к ней ездил. После этого собрала вещи и ушла к маме.

Но так совпало, что в это время рядом с маминым домом шла стройка, поэтому света и воды не было. А мне надо было заряжать телефон, чтобы следить за уровнем сахара старшей дочери, и менять подгузники второй, мыть ее, кормить. Спустя сутки я позвонила мужу и попросила, чтобы забрал нас обратно. Он приехал.

А вскоре муж сказал: «Проверь, была ли у тебя менструация в этом месяце». Объяснил, что обращался к тарологу, который напророчил нам еще малыша. Я не поверила, но муж оказался прав: я снова забеременела. Второму ребенку тогда было семь месяцев.

Я понимала, что с тремя детьми будет непросто. Меня поддержала мама. Сказала: «Воспитаем! Я буду помогать, смотреть за малышом». Жена моего брата тоже пообещала помочь. Муж сказал, что не хочет давить на меня и оказаться крайним, но желал бы, чтобы ребенок родился. В итоге всю мою беременность супруг держался максимально отстраненно.

В июле я убедилась, что у мужа роман на стороне. Выставила его вещи из квартиры. Он не ушел, у нас начались сильные конфликты, которые временами доходили до драк. Дети были привязаны к отцу и очень переживали. Когда мужа не было дома, старшая дочка не могла спать и постоянно плакала. Но чем дальше, тем больше я понимала, что не смогу сохранить семью. Установила слежку за мужем и узнала, что он продолжает видеться с этой девушкой.

В сентябре я окончательно переехала к своей маме, а муж — к своей, но периодически приезжал к нам и оставался на ночевку. В марте 2024 года я родила третьего ребенка. Мне сделали кесарево, супруг присутствовал на родах. Мы пытались организовывать свидания, как-то наладить отношения. Даже свекровь вызвалась помочь, и мы переехали к ней в первый месяц. В апреле я с детьми вернулась домой к маме. У мужа постоянно были гулянки. Я прямо просила его о помощи, но он игнорировал мои просьбы.

Во время одного из конфликтов, спустя месяц после кесарева, муж меня избил. Я забрала у него ключи и прогнала его из дома, не давала видеться с детьми. Подруга оплатила мне психолога, и та сказала, что, если начинается рукоприкладство, с мужчиной больше нельзя взаимодействовать, иначе все закончится плохо.

Мы с ним месяца три не виделись. Потом я попала в аварию, когда ехала с одной из дочерей. К счастью, ребенок не пострадал, а я отделалась ушибом. Муж приехал в больницу. Мы возобновили общение и даже на три дня отвезли детей в дом отдыха, но не как супруги, а как родители. После этого муж снова начал отстраняться: перестал помогать в быту и давать деньги.

Потом дети заболели ветрянкой. Однажды ночью я позвонила мужу и сказала: «Дети плачут, всем плохо, мне нужна помощь. Ты где?» Он был на какой-то ночной экскурсии по городу.

Я пошла в терапию к психологу, уговорила мужа тоже обратиться к специалисту. У нас было десять сессий, после чего наконец состоялся здоровый диалог. Муж сказал, что будет помогать нам с детьми, но жить вместе уже не хочет. В начале 2025 года я подала на развод.

Отношения отца с детьми. Сейчас старшей дочке пять лет, второй — три года, а сыну в марте 2026 будет два.

После разрыва бывший муж поначалу мало участвовал в нашей жизни. Единственное, что старшая дочь прикреплена к московской больнице, и он забирал расходные диабетические материалы. Один раз отвез ребенка к лору.

Но потом психолог, к которой ходила старшая, устроила родительские встречи и смогла донести мысль, что детям необходима некая стабильность, им нужен отец. И какое-то время бывший муж старался сохранять все воскресенья для детей. Даже если освобождался поздно, приезжал вечером, и мы проводили время вместе. Нас это устраивало.

Но сейчас снова не общаемся: я как-то раз сделала замечание насчет поведения рядом с детьми, бывшему мужу это не понравилось, и в начале 2026 он перестал выходить на связь и даже переводить нам деньги.

Отношения бывшей свекрови с детьми. До развода я могла отвезти к ней дочерей и остаться с сыном, но потом начались проблемы. Несколько раз были случаи, когда у старшей дочери сильно поднимался сахар, муж не брал телефон, а его мама не справлялась. Мне приходилось ночью срываться вместе с младшим и забирать дочек. Однажды свекровь и муж даже не пустили меня к дочери, и я испугалась, что в следующий раз мне могут не отдать детей.

Пыталась привозить девочек к бабушке без ночевки, но когда я приезжала вечером, чтобы их забрать, оказывалось, что те уже спят. После этого они стали видеться только во время прогулок.

Честно говоря, бывшую свекровь в целом не сильно волнуют дети. Она звонила как-то моей маме, просила 900 000 ₽ в долг и даже не поинтересовалась, как внуки. Мама ответила, что сидит с детьми и живет на пенсию, после чего заблокировала номер.

Еще у нас была попытка организовать детям каникулы у бабушки во время новогодних праздников. Свекровь попросила забрать их уже на второй день. Сказала, что ей нужно смотреть сериал. Мою просьбу отвезти детей на новогоднюю елку или в театр проигнорировала.

Бюджет. Выплаты по уходу за детьми я уже не получаю. Единственное, что мне платят, — пособие по уходу за ребенком с инвалидностью в связи с диабетом у старшей. Плюс пенсия по инвалидности. На это и живем.

Чтобы как-то зарабатывать, я начала развивать свой блог, и у меня появились первые рекламодатели. Но денег не хватает. Скорее всего, буду искать еще какую-то подработку. Мама тоже некоторое время подрабатывала, но сейчас не может из-за проблем со здоровьем. Ее пенсия — 12 000 ₽. Бывший муж давал максимум 30 000 ₽ в месяц на всех детей, в среднем — 15 000 ₽, но в последнее время и этого нет.

Эмоционально очень тяжело, но я уже финансово не могу позволить себе психолога. Приходится справляться самостоятельно.

Из-за ограничений с интернетом нет возможности нормально подрабатывать, а на работу не выхожу из-за диабета старшей дочери. Пособие по уходу за ребенком с инвалидностью трачу на оплату частного сада, куда вожу старшую. В государственном мне сказали, что никто не будет следить за уровнем сахара, а меня это не устраивает. Я рискнула и отдала ее в частный. Но если мне не удастся развивать блог и подрабатывать, возможно, придется забрать ребенка из сада, так как денег не хватает.

Дочери нужна инсулиновая помпа на дистанционном управлении, которую нам так и не выдали, и я покупаю ее каждый месяц сама. У воспитателя есть смарт-часы, куда я отправляю сообщение, когда нужно дать сок, чтобы повысить уровень сахара.

Вторая дочка скоро пойдет в государственный сад — как раз сдаем анализы. Младший ребенок пока дома, так как мне сказали, что в сад примут только с двух лет и двух месяцев.

В целом ситуация тяжелая. Я готовлю документы в суд, чтобы подать на алименты, но уверена, что добиться выплат будет непросто. Старшая дочь перестала посещать психолога, так как бывший муж теперь не платит за сессии. Образовался долг, который мне еще придется как-то отдавать. Детей я готовлю к тому, что папа больше не приедет.