Бесплатный транс­порт и сложности с получением гражданства: плюсы и минусы жизни в Сербии

Я вынужденно уехал из России в марте 2024 года.

Сербия не была страной мечты и даже не входила в список приоритетных направлений. До переезда я ничего не знал об этом месте. Но на тот момент рассматривал эмиграцию в Сербию с прагматической точки зрения: там безвизовый режим и легкая легализация. К тому же я ожидал, что адаптация пройдет легче: схожая культура, славянский контекст и европейская среда помогут быстрее встроиться в новую жизнь. Но на месте понял, что реальность оказалась сложнее.

Граждане России имеют право находиться в Сербии без визы до 30 дней. Я переехал в страну не по работе, а из-за несложной и недорогой легализации.

С 1 февраля 2024 года в Сербии действует новый порядок. Раньше вид на жительство и разрешение на работу оформляли по отдельным процедурам, теперь есть единое разрешение на временное пребывание и работу — jedinstvena dozvola. Выдают его на срок до трех лет, а заявление заполняют электронно.

Оснований для единого разрешения несколько, я подавался по самозанятости. Сначала зарегистрировал ИП в АПР  , а потом подал на единое разрешение. Национальная служба занятости при этом оценивает, соответствует ли квалификация заявленной деятельности. После получения разрешения необходимо начать деятельность самозанятого в течение 90 дней.

Работодатель со своей стороны перевел наше сотрудничество на В2В  . На практике это значит, что трудовой договор со мной в России расторгли, а вместо него филиал компании в Испании заключил договор на оказание услуг с моим сербским ИП. Юридически я перестал быть сотрудником и стал подрядчиком: выставляю счета, сам плачу налоги и взносы в Сербии, а также отвечаю за отчетность.

Никаких особых усилий от компании это не потребовало, схема отработана. Но рассчитывать на нее как на данность не стоит: некоторые работодатели на такое не идут — и тогда приходится искать другое основание для ВНЖ.

Все документы я оформлял сам, без агентств и юристов, по шагам из гайда SRB.GUIDE. Регистрация ИП в АПР обошлась в 2 500 RSD⁣ (2 147 ₽)  ​за одну квитанцию.

Дальше начались регулярные расходы, о которых до переезда я не думал. Я выбрал паушальную форму налогообложения: налог считают не от реального дохода, а по фиксированной ставке исходя из вида деятельности и города. Бухгалтер при такой форме не нужен, а отчетность минимальная. В 2024 году у меня вышло столько:

• страховка здоровья, ZDRO, — 6 550 RSD⁣ (5 624 ₽);
• пенсионный взнос, PIO, — 15 200 RSD⁣ (13 052 ₽);
• взнос на страхование по безработице — 480 RSD⁣ (412 ₽), обозначен как НЕЗ  , но в квитанциях указывают NZS  ;
• паушальный налог на доход  ​— 6 350 RSD⁣ (5 453 ₽);
• обязательный виртуальный офис — 7 080 RSD⁣ (6 080 ₽).

Итого 35 660 RSD⁣ (30 621 ₽) в месяц.

Суммы не фиксированные, каждый год их индексируют, выходит плюс 10%. Со второго года добавляют еще экологический сбор  , в моем случае 3 000 RSD⁣ (2 576 ₽) в месяц.

Госпошлина за ВНЖ обошлась в 28 000 RSD⁣ (24 044 ₽), а при оплате через сайт берут дополнительную комиссию 500 RSD⁣ (429 ₽). Медицинская страховка для подачи документов стоила 10 000 RSD⁣ (8 587 ₽) на год. Позже я оформил сербскую государственную медстраховку, она бесплатная, но я ею не пользуюсь.

Процесс на старте оказался нервным: первый месяц пришлось визаранить из-за проблем с арендодателем: она изначально обещала помочь с регистрацией по месту проживания и документами, но в последний момент отказалась их предоставлять. Пришлось срочно переезжать, благо с новым арендодателем все вопросы решились без конфликтов.

Рассмотрение заняло три недели, еще неделя ушла на выпуск карты ВНЖ. В итоге разрешение дали сразу на максимальный срок — три года.

Процесс натурализации на бумаге понятный, а на деле сложный и неочевидный. Для получения гражданства необходимо отказаться от своего родного, а после этого человек начинает ждать указа о выдаче сербского гражданства. На практике это означает риск остаться без какого-либо гражданства на неопределенный срок. Таких людей в Сербии достаточно.

Путь до подачи заявления длинный. Сначала получают разрешение на временное пребывание, его выдают на три года и продлевают. После этого срока и непрерывного проживания разрешают подавать на постоянное проживание — stalni boravak. Но вся проблема в том, что по закону неясно, с какого момента отсчитывают три года до права подачи на гражданство — с получения ПМЖ или в целом.

Отдельный пункт — отказ от прежнего гражданства. Формулировка закона здесь мягче, чем обычно рассказывают: требуется либо документ о выходе из иностранного гражданства, либо доказательство того, что его оформят, если человека примут в сербское гражданство. Под это Сербия выдает справку со сроком действия два года, и именно она служит основанием для процедуры выхода в родной стране.

На практике схема выглядит так. Человек получает эту справку, то есть фактически предварительное подтверждение, что его примут. С ней выходит из своего гражданства, после этого ждет указа о приеме в сербское гражданство. Сроки на этом этапе не регламентированы, сколько ждать — неизвестно. По рассказам других экспатов, процесс занимает три-шесть месяцев.

Чем все заканчивается, видно по конкретным историям. Журналистка и переводчица Виктория Мартынова, которая много лет живет в Сербии, вышла из российского гражданства в 2022 году, но до сих пор не получила сербское. Ее случай разобран в фильме «Апатриды: непридуманная жизнь людей без гражданства». По сообщениям СМИ, в похожем положении оказались более двадцати выходцев из России.

Причины называют разные. В публикациях говорится о фактической приостановке выдачи гражданства выходцам из России, Украины и Беларуси. Официально ничего подобного не вводилось, никаких документов об этом нет, и власти на запросы пострадавших по существу не отвечают.

Вывод такой: пока человек живет с ВНЖ, риска нет. Он возникает, когда будущий гражданин Сербии отказывается от своего гражданства и остается со справкой на руках. Дальше на ход событий повлиять невозможно и остается только ждать. Я до этого этапа еще не дошел, но, судя по всему, дойду.

Бюрократия в Сербии мягкая по форме, но хаотичная по содержанию. Требования меняются от визита к визиту, а иногда один и тот же сотрудник в разные дни дает разные ответы на одни и те же вопросы.

Отдельная боль — банки. Если нет рабочей визы, в первый год проживания доступен только государственный банк «Поштанска штедионица» — местный аналог «Почта-Банка» — с минимальной функциональностью счета.

Полноценным банковским резидентом становятся спустя год жизни с ВНЖ. При этом с 2024 года многие коммерческие банки отказывают гражданам РФ и Беларуси в обслуживании, не объясняя причин напрямую. Но понятно, что дело в санкциях. Исключение, как правило, официальная работа на сербскую компанию.

Я обошел все коммерческие банки — везде разворачивали с одной и той же причиной: вы не работаете на сербскую компанию, значит, счет не откроем. Показательная история произошла с «Райффайзенбанком» в самом начале. Первый раз меня попросили открыть ИП, а когда я вернулся с готовыми документами об открытии, мне сказали, что в банк поступило распоряжение не открывать счета гражданам стран бывшего СССР. Связи между двумя обращениями не было, но за это время изменились внутренние правила. Ни то ни другое я, разумеется, не мог ни оспорить, ни проверить: письменных отказов с формулировкой никто не выдал.

Коммунальные платежи в Сербии неожиданно высокие, а главное, устроены не так, как ожидаешь. Летом у меня выходит 30 000 RSD⁣ (25 761 ₽) в месяц: из них 15 000⁠—⁠17 000 RSD⁣ (12 881⁠—⁠14 598 ₽) — квартплата, 8 000 RSD⁣ (6 870 ₽) — за электричество, 5 000 RSD⁣ (4 294 ₽) — за интернет, 850 RSD⁣ (730 ₽) — сбор управдому.

Зимой дешевле: квартплата падает до 20 000⁠—⁠23 000 RSD⁣ (17 174⁠—⁠19 750 ₽), за электричество — до 5 000⁠—⁠6 000 RSD⁣ (4 294⁠—⁠5 152 ₽), плата за интернет и сбор управдому та же. Итого 24 000⁠—⁠25 000 RSD⁣ (20 609⁠—⁠21 468 ₽).

Именно это меня и удивило больше всего. Я приехал из Петербурга, где зима — самый дорогой сезон. А здесь, наоборот, дороже всего обходится лето. Думаю, это из-за кондиционера. Отопление я почти не включаю: мне хватает тепла от магистральных труб.

Вывоз мусора и обслуживание дома входят в квартплату, отдельными строками они не приходят. Сбор управдому 850 RSD⁣ (730 ₽) — отдельная небольшая статья. Никаких взносов на капитальный ремонт, охрану или видеонаблюдение я не плачу.

Интернет за 5 000 RSD⁣ (4 294 ₽) по российским меркам дорогой, но, судя по всему, это стандартная местная цена за хорошее качество.

Дорогая техника. Несмотря на большое количество магазинов, выбор ограниченный, а цены у местных ретейлеров выше на 25—30%. В итоге даже заказы через перекупов из Венгрии нередко обходятся дешевле, чем покупка на месте.

Основные сети — Gigatron и Tehnomanija, я закупался в первой. Цены на базовую бытовую технику начинаются от 10 000 RSD⁣ (8 587 ₽), столько стоят самый дешевый пылесос и микроволновка.

С техникой подороже свои проблемы: MacBook Air 15″ M4 24/512GB у перекупов из Венгрии обошелся мне в 210 000 RSD⁣ (180 327 ₽), а в местных магазинах он стоил 250 000 RSD⁣ (214 675 ₽). Разница — 40 000 RSD⁣ (34 348 ₽), притом что в продаже в Сербии он появился на месяц позже официального релиза. Перекупщики везут технику из магазина iPon — венгерского DNS. Единственный минус — это раскладка, но в Сербии есть сервисы, которые наносят гравировку. Контакты давали сами перекупщики.

250 000 RSD

стоил новый MacBook Air 15 в магазинах в Сербии

Хуже, чем цены, — только отсутствие товара. Комплектующие для компьютера формата mini-ITX я купил через перекупов, в местной рознице их нет. Та же история с часами Pixel Watch 2: в Сербии они не продаются.

В итоге схема с заказом через посредников из Венгрии для многих становится не способом сэкономить, а единственным вариантом приобрести необходимый товар.

Цены в магазинах и ресторанах здесь на московском уровне, к этому я привык быстро. Топливо дорогое, но машины у меня нет.

Еще одним неприятным открытием оказалась стоимость абонемента в спортивный зал. В Петербурге я ходил в фитнес-клуб за 15 000 ₽ в год. За эти деньги получал два этажа тренажеров, бассейн и сауну. Здесь я плачу 6 000 RSD⁣ (5 152 ₽) в месяц только за зал, причем тренажеров заметно меньше.

Звукоизоляции в жилых домах нет. Слышно все — что происходит на улице, в подъезде и у соседей. Это касается не только новостроек. Мой дом построили в 1970 году. Судя по отзывам других жильцов, проблема носит массовый характер.

Вероятно, все дело в материалах и конструкции, а не в возрасте здания. Окна у меня хорошие, а вот вытяжка выведена буквально в дыру в стене и на полу паркет не первой свежести. Звук проходит свободно.

Дома в Белграде часто малоэтажные, три или четыре этажа, и лифта во многих нет. А там, где он есть, похож на аттракцион, с деревянной кабиной и дверью, которую приходится открывать вручную.

Планировки разные, единого стандарта нет. У меня две отдельные комнаты, кухня, объединенная с залом, балкон и маленькая ванная комната без ванны — только с душем. Отдельная особенность рынка: разница в цене между вариантами не ощущается. Мне хватило бы полторы комнаты без балкона, но платить пришлось бы столько же, сколько за двухкомнатную. Поэтому смысла экономить на площади здесь нет. Хотя, скорее всего, мне не повезло со временем поиска жилья.

Кондиционер в квартирах, как правило, уже стоит, и это не роскошь. Без него местное лето не пережить. Отопление разное, у меня центральное.

Кто отвечает за состояние здания, я так и не понял. В каждом доме есть свое ТСЖ с управдомом во главе. Раз в неделю приходят уборщики, выносят мусор из подъезда в уличные контейнеры и убирают подъезды. Иногда я сам выношу мусор или подметаю двор. При этом инициативу тут не приветствуют. Летом наливал воды и давал корм местным животным, думал, делаю доброе дело, а в итоге получил через управдома жалобу от кого-то из соседей, которым это не понравилось.

С 2025 года общественный транспорт в Белграде стал бесплатным. Позже отменили стоимость проезда в Нише. Для повседневной жизни это заметный плюс: город большой, перемещаться приходится часто и отсутствие постоянных трат упрощает быт.

Общественный транспорт включает в себя автобусы, трамваи, троллейбусы, BG Voz  , пригородные электрички и Soko — местный аналог «Ласточки» или «Сапсана».

Троллейбусная сеть покрывает центральные районы: Дорчол, Врачар, Славию. Трамваи тоже курсируют по центру, а самый известный маршрут «Круг двойки» проходит по кольцевой линии вокруг Старого города. Автобусы охватывают основную сеть и уходят далеко за пределы города, вплоть до Лазареваца, Обреноваца и Младеноваца. Отдельно есть ночные маршруты с буквой N.

Я живу в Земуне, а оттуда ходят только автобусы, так что выбора у меня нет. Чаще езжу до Ушче на 15, 83 или 84-м. До Зеленого Венца идут те же маршруты, а также № 704, 705 и 706. Последние удобнее всего: они идут до конечной почти без остановок. Я езжу один-три раза в неделю, а по самому центру хожу пешком: там все близко.

Новые трамваи ездят по центру, основная масса — это старые вагоны, они похожи на питерские прошлого века. За все время я ездил на этом транспорте три раза. Розетки USB встречаются только в новых, а в автобусах — через раз.

На части остановок стоят электронные табло с временем прибытия, но не везде. Поэтому через приложение Beograd Plus легко отслеживать маршрут на карте онлайн. Аналогичная опция действует и на «Яндекс Картах».

По расписанию транспорт ходит вовремя, сбои бывают редко. Если на табло нет конкретного маршрута, дальше придется идти пешком. В самом транспорте чисто, претензий нет. Единственное, к чему я привык не сразу, — манера вождения. На поворотах ощутимо заносит, за поручень лучше держаться.

Когда я приехал в марте 2024 года, проезд был платным. Я покупал месячный проездной в приложении Beograd Plus — он стоил 2 500 RSD⁣ (2 147 ₽) — либо оплачивал по смс. Также действовала система по зонам: зона А — Белград со всеми районами, зона В — дальний пригород. Я пользовался общественным транспортом только в Белграде.

При этом за все время я видел контроль проверки пассажиров только два раза, и это выглядело как рейд: группа из двух-трех человек заходила на остановке и проверяла у всех билеты. Никаких турникетов на входе не было, поэтому оплата держалась на дисциплине и добросовестности, а не на контроле.

Про отмену оплаты я узнал случайно. В январе 2025 года открыл приложение и увидел, что раздел покупки проездного исчез. Полез разбираться и выяснил, что транспорт стал бесплатным.

Кроме отмены платы, за два года особых изменений не произошло. Транспорт остался таким же, а бесплатный проезд ощущается не как реформа, а как снятая строка расходов.

Если сравнивать с Россией, первое, что бросается в глаза, — это отсутствие метро. В Белграде его нет, город держится на автобусах, и маршрут приходится собирать заново под каждую поездку.

Сходство я нашел только одно — трамваи. Старые и новые неотличимы от питерских. Правда, в Питере движение более плавное и присутствуют кондукторы.

Уровень работы городских служб оставляет желать лучшего. Например, муниципальная полиция, которая должна реагировать на бытовые нарушения вроде шума соседей, в моем случае ни разу не приезжала, несмотря на обращения. Максимум, что удавалось услышать от диспетчера: «Заявка передана, больше мы ничего сообщить не можем».

С уборкой снега ситуация схожая. Во время январских снегопадов город фактически превратился в каток и болото. У этого бывают последствия: моя арендодатель однажды сломала ногу и несколько месяцев не могла ходить. До приезда сюда я думал, что в Санкт-Петербурге, откуда я родом, с этим справляются плохо, но понимаю, что здесь проблема глобальная.

В обычные сезоны улицы убирают хорошо, а контейнеры для мусора стоят везде. Остальная инфраструктура, например прогулочные зоны, небольшие скверы или состояние лавочек, зависит от возраста объекта. Чем старше, тем хуже вид и качество.

Дороги нормальные, и ремонтируют их регулярно. Единственное, над чем смеются и сербы, и мигранты, — над тем, что перекрестки массово переделывают на круговое движение. Шуток на эту тему в местных пабликах больше, чем самих колец.

Музеи. Больше всего мне запомнился Военный музей в Калемегдане. Там нет пафоса или попытки показать историю в единственной правильной версии. Внутри представлены ордена, флаги, форма и другие артефакты. А также короткие пояснения, которые в том числе касаются периода югославских войн — о них говорить сложнее всего. Отдельно впечатлила коллекция орденов: они по-настоящему красивые. У меня сложилось впечатление, что к прошлому тут относятся аккуратно и не фанатично.

Кроме него я успел обойти большую часть городских музеев. Например, Национальный музей Сербии — главное художественное и археологическое место страны. Меня впечатлили купюры номиналом миллиарды динаров, а самая большая — 500 млрд. В декабре 1993 года на эту сумму в Сербии можно было купить буханку хлеба или два литра молока.

Также я посетил остальные музеи. Они интересные, и в них стоит побывать хотя бы раз:

1. Музей Белграда. Здесь представлена история города.
2. Этнографический музей. Про быт и национальные костюмы.
3. Музей современного искусства на Ушче. Был открыт один этаж, для себя я не нашел ничего интересного: пара статуй непонятной формы и содержания.
4. Музей «Зептер». Частная коллекция сербского искусства 20 века, представлено множество картин, но ничего выдающегося.
5. Музей Николы Теслы. Различные интересные механизмы и миниатюры, чем-то похож на «ЛабиринтУм»  .
6. Ботанический сад «Евремовац». Поделен на зоны, есть красивые, а есть откровенно запущенные.

Отдельно советую экскурсию по архитектуре брутализма. Я ходил на такую, и это меняет взгляд на панельные районы, мимо которых проезжаешь не глядя.

В Сербии доступные цены: вход в музей — до 1 000 RSD⁣ (859 ₽), а в народный музей по выходным бесплатно.

Концерты. Мировые звезды сюда приезжают, хотя и нечасто. Главная концертная площадка — парк «Ушче» на слиянии Савы и Дуная, туда помещаются десятки тысяч человек.

Мои первые месяцы в Сербии как раз совпали с двумя самыми крупными концертами последних лет. В мае 2024 года на Ушче играли Rammstein, в августе того же года там же состоялся первый концерт в Сербии Эда Ширана. Билеты на него стоили 8 900⁠—⁠15 000 RSD⁣ (7 642⁠—⁠12 816 ₽) в зависимости от сектора. Немецкую группу я послушал бесплатно и не по своей воле: от моего дома до Ушче — 5 километров, а плохая звукоизоляция в домах способствовала прослушиванию.

Приезжают и русскоязычные исполнители: Noize MC* и «Мумий Тролль» в 2026 году, в сентябре планируют выступить Монеточка* и Алена Швец. Афиша для русскоязычных мигрантов в Белграде насыщенная.

Я на концерты не хожу: не люблю шумные мероприятия. Единственная группа, ради которой я бы сделал исключение, — это Linkin Park, но в Сербию они не приезжали.

Летний сезон здесь традиционно держался на крупных музыкальных фестивалях, но за последние пару лет картина сильно изменилась.

Фестиваль EXIT в Петроварадинской крепости в Нови-Саде четверть века был главным событием страны и одним из самых известных мероприятий Европы. В 2025 году организаторы объявили, что юбилейное событие станет последним в Сербии: после того как они поддержали студенческие протесты, финансирование прекратилось. С 2026 года EXIT превратился в международную платформу и проводится за пределами страны.

Анонсы мероприятий по Сербии удобно смотреть на сайте polakohedonist.club. Там собраны концерты, фестивали и городские события, в том числе на русском языке. Я пользуюсь этим сервисом как фильтром — понимаю, что происходит и куда мне не стоит идти.

Театры и кинотеатры. Театры здесь называют позориште. Главный Народно позориште находится на площади Республики — работает как драматический театр и оперно-балетная сцена. Но скажу честно, меня это не интересует, поэтому туда я не ходил.

А вот кинотеатры посещал регулярно. В Белграде это в первую очередь сеть Cineplexx. Билет стоит 700 RSD⁣ (601 ₽) на обычное место и 900 RSD⁣ (773 ₽) на вип. Есть залы с 3D, но на такие сеансы я не попадал.

Главный плюс для меня: здесь нет дубляжа. Дублируют только детское кино и мультфильмы, все остальное идет в оригинальной озвучке с сербскими субтитрами. Для меня это отличный тренажер сразу с двух сторон: сербский подтягиваешь по субтитрам, английский не забываешь на слух. Первое время я ходил в кино во многом именно ради этого.

Принципиальной разницы с российскими кинотеатрами по качеству залов я не заметил. Разница оказалась в зрителях. Здесь в зале разговаривают, комментируют происходящее вслух и смеются в голос, особенно на детских сеансах. Мне это мешало настолько, что в какой-то момент я перестал их посещать.

В Белграде хорошо организован досуг: регулярно проводят квизы, в том числе на русском языке, есть настолки и «Мафия», там собираются в основном приезжие.

Я заходил в культурную среду с другой стороны. Первый год много гулял и разглядывал стены: наклейки, надписи, граффити. Это оказалось неожиданно рабочим способом подтянуть язык и увидеть ту часть культуры, которая не попадает в музеи. Со стен видно, о чем люди спорят между собой, какие темы живые и болезненные. Ни один путеводитель этого не покажет.

С прошлого года я стал посещать регулярную встречу для эмигрантов, а осенью невольно оказался ее организатором: предыдущий не смог этим заниматься по личным обстоятельствам.

Отдельно стоит сказать, что культурная среда для приезжих и местных пересекается слабо. Мероприятия для мигрантов существуют, и их немало. Но можно несколько лет ходить на такие встречи и при этом не взаимодействовать с сербами.

А еще не самый очевидный плюс, но для меня он оказался интересным. Сербская геральдика и визуальная культура государства выглядят цельно и с уважением к собственной истории независимо от эпохи.

Местная кухня сытная и понятная, но довольно однообразная. Она жирнее, более соленая и калорийная. В этом хорошо читается турецкое влияние, которое осталось со времен правления Османской империи.

Мое любимое блюдо в Сербии — гирос на тарелке. По сути, это комплексный обед: картошка, курица, сметана с укропом и овощи. Иногда беру сараевскую питу с сыром или слоеный пирог — его едят в качестве перекуса или полноценного приема пищи.

Каких-то гастрономических открытий у меня не случилось. Из знакомого встречается больше, чем ожидаешь: в Белграде есть рестораны нашей кухни, а привычный оливье сербы называют русским салатом, и его продают в супермаркетах. Поесть в заведении выйдет от 1 000 RSD⁣ (859 ₽) с человека.

Также существуют стереотипы вокруг водки ракия и плескавицы — крупной котлеты из рубленого мяса. В каждой второй статье о Сербии, которую написал русскоговорящий мигрант, обязательно звучит следующее: «В любой непонятной ситуации пей ракию и ешь плескавицу». Масштаб этого стереотипа порой выходит за рамки. Еще есть шутка, что типичный сербский завтрак — кофе с сигаретой, но в отличие от предыдущего стереотипа экспатов местные с этим согласны.

За пределами Белграда города ощущаются как уменьшенные и упрощенные версии. Я посетил Нови-Сад и Суботицу — там структура повторяется: кварталы новостроек, небольшой Старый город, спальные районы с панельными домами, промзоны и стандартный набор музеев и театров. Различия есть, но они минимальны и быстро перестают ощущаться.

Городская среда выглядит крайне неравномерно. В одном квартале — современные жилые комплексы и благоустроенные пространства, а в соседнем поджидают полуразрушенные дома, которые выглядят заброшенными десятилетиями.

Многие из них не реставрируют и не сносят, вероятно, из-за того, что это частная собственность. В итоге они остаются без внимания и продолжают гнить.

Также есть и неблагополучные районы, но выглядят они не как трущобы. В основном это кварталы с частной застройкой не первой свежести, которые построили без плана и разрешений. Один такой самострой стоит у железнодорожной станции Нови-Београд, еще целый квартал есть в Земуне, район Алтина. Опасными эти места я бы не назвал, скорее это выпавшая из городского развития территория.

В Белграде есть бездомные, но их немного. Основное скопление — в подземном переходе на Зеленом Венце и у храма Святого Саввы. В Земуне люди чаще просят милостыню на улицах.

Дома к Новому году здесь не украшают, гирлянд на балконах и окнах не увидишь. Аналогично и с улицами: городские службы не спешат принарядить города.

Я живу в Земуне, и застройка здесь малоэтажная — три-четыре этажа. Высотки стоят ближе к центру города. Дома также разного возраста и вперемешку, единого облика нет. Работает то же правило, что и по городу в целом: если постройка старая, выглядит она плачевно.

Бетона вокруг много, зелени мало, и летом это чувствуется физически: в жару гулять невозможно.

Русскую речь на улицах я слышу, но исключительно в центре, а не в Земуне. Для сравнения: в Берлине — я ездил туда в 2025 году на неделю, — ее слышно на порядок чаще. Ощущения, что живешь в русскоязычном анклаве, здесь не возникает.

Из каждого утюга говорят, что сербы открытые и дружелюбные. По моему опыту принципиальной разницы с тем же Питером я не заметил: большинство людей сосредоточены на себе, общение с незнакомыми ограничивается формальным приветствием. И дело даже не в языковом барьере.

Я начал учить сербский язык с первого дня и где-то спустя полгода начал общаться исключительно на нем. Дело в том, что открытость работает только внутри своего круга общения.

Однажды у меня произошел конфликт с тренером в зале. Она заявила, что я якобы использовал тренажеры не по назначению — вставал на гантель, чтобы подтянуться. Когда я возразил и указал, что она сама оставляет их разбросанными по всему залу, что явно запрещено правилами, она с самодовольной ухмылкой ответила: «Это можно, а то, что ты делаешь, — нет».

Единственное исключение — моя парикмахерша, каждый визит к которой превращается в разговор по душам с кофе, шутками и местным фольклором.

Белград легко обойти и изучить за неделю, города за его пределами — за один-два дня.

В первый год я обошел все городские музеи, ходил в кино, гулял и разглядывал наклейки и граффити на стенах. Тогда все казалось новым и большим. К примеру, я как-то дошел пешком от Земуна до Врачара за два часа, расстояние — 10 километров. По меркам Петербурга это как пройти от проспекта Просвещения до проспекта Большевиков.

Но теперь многое изменилось: я посетил большинство музеев, кино забросил из-за поведения зрителей в зале, шумные мероприятия — не мое. Из регулярного остались только встречи для эмигрантов, которые я веду с осени 2025 года.

Планов найти новое хобби у меня нет. Я провожу досуг по настроению. Все это со временем и начинает ощущаться как стагнация — причем не потому, что город плохой, а потому, что интересное в нем быстро заканчивается.

По ощущениям Сербия напоминает Россию начала 2010-х. Здесь есть развитие: что-то строится, появляются новые маршруты и проекты, за новостями страны приятно следить. Но при этом страна меня так и не приняла. Несмотря на попытки интеграции, ощущение дистанции никуда не делось, а возможно, только усилилось.

Для себя я четко выделил главное:

• Простая и предсказуемая легализация: въезд без визы, понятный алгоритм, разрешение сразу на три года, все документы легко оформить самому без юристов. Для человека, который уезжает быстро и без подготовки, это оказалось решающим фактором.
• Качество жилья, и в первую очередь звукоизоляция. Это звучит как бытовая мелочь, но именно с этим сталкиваешься каждый день. Привыкнуть за два года у меня не вышло.
• Страна меня так и не приняла. Это не про законы и документы, а про ощущение дистанции, которое никуда не делось, несмотря на язык, попытки интеграции и два прожитых года.

Конкретного плана у меня нет. Не верю в то, что удастся получить гражданство, после историй людей, которые застряли без паспорта на несколько лет, да и, если честно, не хотел бы отказываться от российского. Переезжать в третью страну тоже не планирую: там все еще хуже.

Вернуться домой я бы хотел, но от прогнозов на этот счет отказался. Пока живу с тем, что есть, без долгосрочных планов.