«Полдень»: стоит ли​ смотреть фантастический детектив по Стругацким

1 октября на «Кионе» и Okko вышел сериал «Полдень» — экранизация романа братьев Стругацких «Жук в муравейнике».

Это фантастический детектив о мире будущего, где люди вошли в контакт с таинственной расой Странников и теперь вся цивилизация находится в большой опасности. В рецензии рассказываем, чем любопытен сериал и почему первые эпизоды скорее разочаровывают.

Далекое будущее. Земляне давно уже осваивают космос и находят другие гуманоидные расы. Чтобы помочь тем развиться, к ним под прикрытием отправляют Прогрессоров — специально обученных людей, которые ненасильственными способами помогают другим цивилизациям.

А еще земляне периодически находят странные сооружения, воздвигнутые таинственной расой Странников. Их самих, правда, никто не видел. Многие думают, что это миф. Но вскоре Прогрессор Лев Абалкин вступает с ними в контакт на пустынной планете Надежда, где кто-то уничтожил некогда процветавшую цивилизацию. После этого Лев убивает своего командира и, не повинуясь приказам, летит обратно на Землю.

Максима Каммерера, бывшего Прогрессора, срочно вызывают из отпуска: он должен найти Льва. Ни зачем это нужно, ни в чем конкретно опасность, герою не сообщают. Чем дальше Максим продвигается в расследовании, тем больше понимает, что между ним и Львом есть некая связь.

Сериал — с минимальными изменениями — следует сюжету «Жука в муравейнике», второй книги из трилогии о Максиме Каммерере. В отличие от первой части, «Обитаемого острова», это не фантастический боевик, а полнокровный детектив с неожиданной развязкой и двумя параллельными линиями. Мы одновременно узнаем о том, что случилось при контакте Абалкина со Странниками, и о том, как Каммерер ищет беглого Прогрессора на Земле.

В экранизации сохранили общую структуру сюжета, но заметно уплотнили события. Мы чаще перескакиваем между двумя линиями и сильно раньше, чем в книге, узнаем многие важные детали — например, о необычном рождении Льва. Это вроде как должно помочь сериалу стать динамичнее, но авторы несколько теряют интригу. То, что Абалкин вступил в контакт со Странниками, подразумевается неким мини-поворотом, но мы об этом узнаем в первой же сцене. Гораздо раньше, чем Каммерер.

Вообще, «Полдень» очень спешит выложить все карты на стол. Первые три серии мы только и делаем, что слушаем экспозиционные монологи. О некоторых событиях и героях нам рассказывают по два раза, чтобы мы точно ничего не забыли. Впрочем, забыть здесь ни о чем не дадут: когда надо, во флешбэках напомнят даже о событиях, произошедших пару сцен назад.

Сериал умудряется совмещать в себе два противоречащих качества. Он, с одной стороны, выглядит излишне торопливым: сцены несутся друг за другом, экспозиционная информация льется с экрана непрерывным потоком. С другой — «Полдень» парадоксально медлительный. Оно и понятно: небольшую книгу пришлось растягивать аж на шесть серий. Но из-за того, как именно здесь изложены события, расследование Каммерера порой выглядит чуть ли не комично неэффективным.

Вот он узнает, что Абалкина видели в оздоровительном центре «Осинушка». Идет по своим делам, садится на лавочку возле музея «Гараж» и путем сложнейших мыслительных процессов — то есть просматривания череды флешбэков — приходит к гениальному выводу. Оказывается, можно слетать в «Осинушку», чтобы проверить, нет ли там беглого Прогрессора. Особенно смешно это выглядит, когда вспоминаешь, что в начале сериала Каммерера представляют человеком, который легко найдет кого угодно.

Сериал весьма прилично выглядит, особенно по меркам жанра и индустрии. В Москве будущего в реальные пейзажи интегрированы футуристичные высотки, на планете Надежда живут неплохо нарисованные монстры, по Земле ходят пришельцы-гуманоиды, созданные с помощью пластического грима. Это явно недешевый сериал, и свои бюджеты он использует разумно.

Однако мир будущего в «Полдне» выглядит уж слишком… никаким. Это сборник хитов сотен других фантастических фильмов и сериалов, в котором сложно найти хоть одну оригинальную идею.

Например, здесь есть герой по имени Щекн из расы Голованов — у Стругацких это были, по сути, огромные разумные собаки. И через отношения Абалкина с Щекном читателю в том числе показывали, что животные Прогрессору всегда были ближе людей. В сериале же персонаж выглядит как человек с синей кожей и смешной прической.

Герои ходят с оружием, похожим на инвентарь из видеоигры Halo, и живут в мире, который с таким же успехом мог бы принадлежать сериалу «Два холма». Это не то чтобы ужасно: в фантастике много всего уже придумано, и быть оригинальными непросто. Но все же в такой большой амбициозной работе хочется, чтобы «Мир Полудня» Стругацких получил какое-то свое узнаваемое лицо. А его пока нет.

В открывающих титрах авторы честно предупреждают, что не следовали букве оригинала со стопроцентной точностью — как бы заранее оберегая себя от возможных нападок. Это нестрашно, тем более что без дополнений «Жук в муравейнике» не тянет на шоу из шести эпизодов. Но в первых сериях слишком заметно, что именно было написано не Стругацкими.

Каммереру добавили романтическую линию и подобие семейного конфликта: у него не получается завести ребенка с любимой женщиной, а еще той не нравится, что герой пропадает на работе. Но пока кажется, что эта линия не особенно куда-то ведет. Мы просто периодически отвлекаемся на разговоры людей, которым как будто самим не очень интересно выяснять отношения.

У Максима также появилась более тесная связь с Абалкиным. Что, по идее, повышает ставки в сюжете, но в итоге делает безынициативность Каммерера еще более странной. К третьей серии он максимально близко подходит к ответу, и единственным препятствием становится то, что ему отказываются рассказывать правду. А Максим просто смиряется и идет расследовать дальше.

Отсюда, пожалуй, и главный вопрос, который мучает после трех эпизодов «Полудня»: а что, собственно, должно произойти еще в трех? Герой уже подобрался к решению настолько, насколько это возможно, и видно, как авторам все сложнее сочинять поводы увести его подальше от ответов. Но кто знает, может, создатели сериала придумали оригинальную развязку, а все странности в повествовании вдруг оправдаются финальными эпизодами?