«Велнесс», «Тайная история» и еще 9 книг, которые впе­чатлили участников челленджа в 2025 году

Вот уже больше года читатели Т⁠—⁠Ж делятся впечатлениями от романов и поэм, горячо обсуждают отечественных и зарубежных авторов и ведут подсчет прочитанного. Одним словом, участвуют в книжном челлендже: ставят цели и рассказывают об успехах.

За год к челленджу присоединилось более 130 человек. Некоторые из них этой зимой решили подвести итоги и рассказали о книгах, которые запомнились больше всего. Мы собрали их отзывы и наградили каждое произведение заслуженным титулом.

А если вы тоже хотите вести читательский дневник и общаться с единомышленниками, заполняйте анкету и присоединяйтесь к челленджу.

Если я назову новый роман Нейтана Хилла «Велнесс» лучшей книгой года, многие прочитавшие его меня поддержат. Это одна из тех историй о любви, браке и семье, которая охватывает десятилетия, поколения и целую эпоху развития общества.

Действие романа начинается в 1990-е в Чикаго. Джек, бедный фотограф, и Элизабет, дочь богатых родителей, жили в соседних зданиях, но встретились «почти» случайно, и эта встреча изменила их судьбы. Оба сбежали от прежней жизни, мечтали о переменах, но постепенно оказались втянутыми в повседневную рутину и столкнулись с типичными проблемами людей среднего возраста: ипотека, кризис отношений, сложности воспитания ребенка.

Смогли ли герои найти ответы на свои вопросы? Как автор провел тонкую параллель между профессиями Джека и Элизабет и их детством? И достоин ли роман называться великим? Лучший способ узнать это — погрузиться в «Велнесс» и найти собственные ответы.

Первое знакомство с творчеством автора — и очень удачное. Это роман взросления от лица тринадцатилетнего подростка Джейсона Тейлора. Каждая глава — один месяц, всего их 13.

В книге поднимаются важные темы: буллинг в школе, жизнь в семье на грани развода, первая любовь. И это действительно именно то, что волнует подростков. А если ты к тому же еще поэт и заика в одном лице, то приходится совсем несладко.

Если повествование идет от лица подростка, внутренний читательский голос иногда кричит: «Не верю!» В этой же книге совершенно наоборот: веришь настолько, что вспоминаешь себя в этом возрасте. «Лужок черного лебедя» — в оригинале Black Swan Green, название местности, где происходят события, — это книга, которая захватывает и от которой сложно оторваться.

Сирота Ваня живет в постапокалиптической России и ходит промышлять на свалку. По воле случая ему приходится покинуть свой дом, и Ваня попадает в пещеру книг, где из ларца выходят три классика русской литературы.

«Сказка» состоит из трех частей — трех историй от трех писателей, стиль которых Сорокин любезно заимствует. Про каждую часть можно подумать и пофантазировать в концепции сказки. Что это: огонь, вода и медные трубы? Прошлое, настоящее и будущее? Однозначно это издевательство над классикой, ностальгией и нормой, литературой и словом в целом. И Сорокин, как всегда, это делает не без изящества: зло, смешно и красиво. В конце нас ждет счастливый финал — или как будто счастливый.

Интересно, кстати, как через стилистику пробивается любовь или нелюбовь Сорокина к писателям, которых он пародирует. К Толстому автор явно испытывает больше симпатии, чем к Достоевскому.

«Альтист» — энциклопедия советской жизни. Но известен в свое время роман не стал. Тогда читали Булгакова и уже разрешили Стругацких, так что эта книга осталась в тени.

Главный герой — по сути принц-полукровка. Мать — земная женщина, а отец — небесное существо, которое сослали на необитаемую планету. В нем две силы, земное и небесное, добро и зло, а сам Данилов — демон на договоре.

По ходу повествования происходит как бы слияние читателя с главным героем. Не зря же альт — инструмент, чье звучание наиболее близко по тембру к человеческому голосу.

Рекомендую прочесть эту вещь всем без исключения. Себе, наверное, куплю книгу в хорошем издании, может быть, подарочном, потому что хочется листать ее и перечитывать то одно место, то другое.

Лучшая книга года. Я люблю всю серию про Страйка. Но «Могила» оказалась на голову выше предыдущих частей.

Робин вступает в секту, чтобы получить неоспоримые доказательства, что происходит там нечто неладное. Я сама как будто побывала безвольным рабом в этой секте. Книга меня полностью захватила, я буквально не хотела заниматься ничем другим, а только читать, читать и еще раз читать.

Думаю, удачно совпали несколько факторов: я люблю детективы, люблю книги про секты, мне уже знакомы герои, и я хорошо к ним отношусь. На этот костяк автор мастерски навешала  ​подробностей, лихо все закрутила и выдала с бантиком. Спустя два месяца все еще смакую впечатления.

Это классический роман в жанре Dark Academia, который я планирую перечитать еще хотя бы раз — настолько он увлекает и оставляет желание вернуться в мир этой загадочной студенческой истории. У меня все время возникал вопрос: надежный ли рассказчик?

А еще я заметила, что «Тайную историю» можно закончить на любой главе, и смысл не потеряется. Дело в том, что первая строка романа раскрывает главный секрет истории: «Снег в горах таял, а Банни уже несколько недель был мертв, когда мы осознали всю серьезность нашего положения». В каждой главе раскрываются новые детали, но их достаточно для концовки. Да, она будет спорной, как будто недосказанной. Но даже в таком виде финал истории у Тартт будет более раскрытым, понятным и эмоционально завершенным, чем, например, в «Правде о деле Гарри Квеберта» или «Разговорах с друзьями».

Я люблю походы. Люблю осенью бродить по лесу с ножом, искать последние грибы. Обычно при этом я слушаю ужасы.

Главные герои книги — конные инструкторы в Горном Алтае, куда я как раз собираюсь. Они ищут туристку-потеряшку, пьют, ругаются, едят мясо, которое не надо есть. Персонажи внезапно то появляются посреди леса, то опять пропадают, не запоминаются и в душу не западают. Но в жанре лесной чертовщины так мало книг, что «Саспыгу» я обязательно еще перечитаю.

Просто эмоционально сносит. Много смешного, горького и несправедливого. Много разных человеческих типажей — от отъявленных мерзавцев до бескорыстно отзывчивых людей.

Ариадна Сергеевна  ​пережила свою страшную жизнь как будто даже с юмором и налегке. В моменте, вероятно, было совсем не весело, но в преклонном возрасте в Ариадне Сергеевне не осталось ни сожалений, ни злости. Только такая же жажда жизни, как и в молодости.

Горько и больно осознавать, что у Ариадны Сергеевны могла быть совсем другая жизнь. Но книга, думается, совсем не про сожаления. Скорее все эти рассказы, лишь слегка художественно обработанные Коркиной, посвящены тому, как важно оставаться людьми в любых жизненных ситуациях.

Книга сделана с любовью. Рассказы о страшных временах поданы совсем не страшно и не героически, а по-человечески просто и повседневно. О том, кого видела, любила, понимала и отвергала Ариадна Эфрон в эмиграции, лагерях, Москве и на даче. Цитировать хочется через абзац, но лучше, конечно, прочитать целиком. Над чем-то смеешься, над чем-то плачешь, но все рассказы вызывают терапевтический эффект — утешают и помогают справиться со своими горестями, которые и не горести вовсе.

Мое открытие года — произведение о культурном феномене, когда в конце 1960-х американский кинематограф преобразился до мрачной неузнаваемости. Это статья французского критика и историка кино Торе, выпущенная в максимально наглядном виде. В коротком комиксе много интересного материала об американском кино конца 1960—1970-х годов, о появлении откровенной чернухи, открытых финалов и неоднозначных персонажей. Я никогда не рассматривал этот период под таким углом. С автором интересно полемизировать, но трудно не согласиться.

Рекомендую всем неравнодушным к кинематографу. Не рекомендую тем, кому особенности американской киноиндустрии 60—70-х годов прошлого века в принципе неинтересны, и ценителям визуальной составляющей комиксов: соль книги в тексте, а не в картинке.

Прочитал в августе и буду перечитывать. Методичка о том, что такое хорошо и что такое плохо. Легендарный врач рассказывает нам то, что мы и так знаем, но благополучно забываем. В книге очень много примеров из реальной практики, большое внимание к деталям и нюансам работы врача. Уверен, любителям медицины она понравится.

У Федора Григорьевича еще есть книга «Сердце хирурга». Она раза в четыре длиннее, там больше историй, больше биографии самого автора, но некоторые эпизоды повторяются слово в слово. Как будто это учебник в дополнение к методичке поменьше.

Очень личная для меня книга. Я все острее понимаю, что выстраивать диалог с мамой становится сложнее, а времени на ошибки нет. В книге честный, спокойный разговор без морализаторства: про границы, терпение и любовь без идеализации.