Сколько существует литература, столько авторы описывают свои приключения в других странах. Россия тоже нередко попадает под раздачу: многим интересно, что же у нас тут происходит и происходило, особенно в советское время, за железным занавесом. Мы собрали несколько книг-впечатлений от посещения России.
Начнем с классики. Встретились как-то будущий нобелевский лауреат Джон Стейнбек и великий фоторепортер Роберт Капа, напились и решили поехать в СССР, чтобы посмотреть, чем он живет. Результат — ироничные, но неглумливые путевые заметки, которые нам с вами сообщают немногое, зато показывают западному читателю, что люди везде одни. Гуманистическая штука
Еще одна классика. Отчет о путешествии, которое Дюма предпринял в 1858 году. Автор посетил Петербург, Москву, Нижний Новгород и еще немало мест. По традиции Дюма книжка масштабная — в ней и краткая история страны, и всякие наблюдения, и услышанные рассказы, и рассуждения о русскости, политике, еде и обо всем-всем-всем
Опять француз, опять путевые заметки, опять Петербург, Москва, Нижний Новгород. Правда, де Кюстину Россия скорее не понравилась: слишком уж сильно сдавливала горло железная рука царя. Хотя без баек и всяческих анекдотов не обошлось
Австрийский писатель и журналист Йозеф Рот посетил СССР в 1926 году и написал об этом ряд очерков. Быт интересует автора постольку-поскольку, гораздо меньше, чем политические и общесоциальные вещи вроде насаждения атеизма, классовых разногласий, образования. При этом Рота нельзя назвать беспристрастным наблюдателем: его тексты сквозят разочарованием в выбранном страной курсе
Канадский комиксист Филипп Жирар прилетает в Санкт-Петербург, чтобы участвовать в «Бумфесте» 2007 года. Дальше — шатания по городу, типичные проблемы туристов и много-много копания в себе. Добрый меланхоличный комикс больше о людях в чужой стране, чем о самой чужой стране
Настоящий кракен вирд-фикшена Чайна Мьевиль перерыл горы источников, чтобы написать документальную книгу о русской революции. Получилось очень подробно, структурированно и кое-где даже познавательно. Но воспринимать «Октябрь» как учебник не стоит: Мьевиль не скрывает левых взглядов, а потому о советском проекте говорит с некоторым придыханием и явным сожалением. Особенно в конце книги, когда все факты уже изложены
Москва 1932 года встретила Памелу Линдон Трэверс фальшивыми улыбками, за которыми скрывались нищета и неустроенность. Писательница задается вопросом, что заставляет людей соглашаться на лишения и действительно ли все так истово верят в светлое коммунистическое завтра. Впрочем, несмотря на неоднозначные впечатления, Трэвис не сгущает краски: ее заметки в меру забавны и ироничны. Другого будущий автор «Мэри Поппинс» написать не могла
Самые разные страны
В нашем потоке «Поп-культура», где рассказываем о кино, сериалах, видеоиграх и книгах
О России и СССР на экране:
