Это тяжело: я воспитываю высокочувствительную дочь

Все, что я с рождения узнала о моей малышке — она требовательная. В больницах (после лицевого неврита в 4 месяца) я наблюдала как другие мамы могут спокойно оставить своего малыша и пойти по делам, моя начинала кричать.

Плач ее тоже отличался от остальных — он был очень громкий. Она и до сих пор громкая, когда плачет, до срыва голоса было, громкая, когда смеется, обожает петь.

Я чувствовала всегда и видела, что она отличается от основной массы деток. Но зная себя как ВСЧ, я также видела, что она отличается и от меня. Поэтому я просто считала, что у нее такой характер.

Большие проблемы начались, когда после отлучения от груди в 1,8 г, она стала бунтовать против сна, протестовала против выстроенного ритуала ко сну: переключения света на ночной режим, включение колыбельных на Алисе — она разговаривала плохо, но благодаря ее эмоциям и крику, мы видели что она хочет. Она просто брала игрушки и начинала играть, когда время сна. Так как она совсем малышка была — я не могла сильно настаивать на своей правоте, но слушаться она меня полностью отказывалась. Помогало только крепко ее держать в объятиях, только так она понимала, что время сна.

Ради нее я пошла учиться на детского психолога, потому что кризис был очень жестким, если не так как она хочет — ор до срыва голоса с дергающимся глазом. После обучения я уже стала больше понимать в детях и исправляла свои ошибки. Я знала, что это кризис, надо просто пережить.

НО со сном оставалась большая проблема. Два бесплатных невролога, один платный, специалист по работе со сложными детьми, консультант по сну с неврологическим образованием, сессии у детского психолога… Было время, когда я час укладывала ее днем, 2,5 ночью…

Силы мои кончились. Супруг много работал и не понимает до сих ее особенности характера. В отчаянии я пошла к психиатру, который мне и сказал — ВСР.

Я перестала пытаться входить в рамки воспитания, я стала больше чувствовать своего ребенка. Как оказалось, моя малышка сама себе создала ритуал, против которого я боролась и не замечала главного — она своим собственным ритуалом перерабатывает эмоции за день и успокаивается.

Да, засыпание все равно у нас долгое, потому что ей сложно успокаиваться, но я перестала просить от нее невозможного. Я не скажу, что я справляюсь, я пытаюсь любить и не испортить ее детство.