«Сыновья поступили на первый курс одно­временно со мной»: я окончила 11 класс в 37 лет

Я с детства хотела стать врачом и помогать людям.

Но девять классов окончила в 1990-е, когда было не до продолжения учебы. Начала работать продавцом, чтобы помогать маме, а вскоре завела свою семью. Все же в 36 лет я отважилась воплотить мечту. Чтобы поступить в медицинский вуз, пошла в вечернюю школу и окончила десятый и одиннадцатый классы.

После я отучилась в колледже и устроилась работать фельдшером скорой помощи, а сейчас получаю высшее образование. Расскажу, как решилась окончить среднюю школу, совмещала учебу с работой и семьей и на кого учусь теперь.

Я родилась в Иркутске в 1981 году. Была старшей в семье — у меня два брата и сестра. В начальных классах училась на отлично, но когда мне было десять, родители развелись. Были девяностые, мама много работала — она была продавцом. Я стала приглядывать за младшими детьми и забросила учебу. Девятый класс окончила с тройками.

В школе мне говорили, что в десятом нужны только сильные ученики — а я не знала, что имею право продолжить обучение даже с плохими отметками. Поэтому дальше не пошла. К тому же нужно было помогать маме.

В августе она спохватилась, что я так никуда и не поступила. Вместе со мной отнесла документы в первый попавшийся техникум — индустриально-педагогический. Мы слышали, что там низкий конкурс — и меня действительно без проблем взяли на бюджет. Я даже не помню, на какую специальность поступила. Проучилась полгода и поняла: вообще не мое. Поэтому забрала документы.

С детства я мечтала быть врачом, потому что хотела помогать людям. Я съездила в медицинский колледж и узнала, что меня туда не возьмут: требовался минимальный средний балл аттестата для поступления — 4,5. Хотела доучиться 11 классов, чтобы поступить в медуниверситет, но в родной школе отказались брать меня обратно из-за низких оценок.

Так с 17 лет я стала работать продавцом вместе с мамой. Мне это не нравилось, но нужда заставила. Тогда везде задерживали зарплаты, а в торговле платили день в день. К осени я уже и думать забыла об учебе.

В 18 лет я познакомилась с будущим мужем, мы поженились, и у нас родились близнецы — Вадим и Денис. Когда мальчикам исполнился год, я вернулась к работе. Трудились с мамой неделя через неделю: пока я торговала, она сидела с детьми — и наоборот. В 2002 году ее знакомый предложил вакансию в Иркутской исправительной колонии № 6 — он знал, что быть продавцом мне не нравилось.

Я прошла бесплатное трехмесячное обучение и стала младшим инструктором-кинологом. Дрессировала и кормила служебных собак, патрулировала территорию. Эта должность нравилась мне намного больше: стабильность, погоны, ранняя пенсия. Кроме того, получала удовольствие от работы с животными. Только было тяжело, что могли экстренно вызвать ночью.

Мой первый муж погиб, и на работе я познакомилась со вторым. У нас родилась дочь, мы жили счастливо. В 33 года я выработала пенсию, но продолжила трудиться, а платить ее начинают после увольнения.

На работе ходили разговоры, что женщин-кинологов планируют сокращать, так как в мужской колонии должны работать только мужчины. Другой специальности у меня не было, а снова идти в продавцы я не хотела. Так я задумалась о том, чтобы окончить школу и все-таки исполнить свою мечту — лечить людей.

В 2017 году, когда мне было 36 лет, я поступила в Вечернюю общеобразовательную школу № 1 — тогда единственную в Иркутске. Никаких экзаменов не было, я только заполнила заявление, что хочу завершить полное среднее образование.

Мне предложили пройти программу 10 и 11 классов экстерном — за год. Но я подумала, что не справлюсь: нужно было вспоминать предметы с нуля спустя много лет. К тому же мне важно было получить не просто аттестат, а с высокими отметками и хорошо сдать ЕГЭ для поступления в медицинский.

Я обучалась по той же программе, что и обычные десяти- и одиннадцатиклассники. Мы так же сидели за партами, делали доклады, а однажды я даже учила стихотворение и читала его у доски. В качестве домашних заданий обычно задавали готовиться к ЕГЭ по изученным темам.

Я гуманитарий, поэтому литература и русский мне давались легко — по этим предметам у меня и в первом аттестате стояла четверка. Тяжелее всего оказалось с химией, по которой у меня была слабенькая тройка. Пришлось учить ее практически с нуля: разбираться в таблице Менделеева и разных реакциях.

Я много занималась самостоятельно — шесть дней в неделю, кроме воскресенья. Особенно налегала на химию и биологию, которые нужны в медицинском. Покупала много книг и учебников, смотрела видеоуроки от репетиторов на «Ютубе» — находила тех, кто объяснял понятно и доступно.

Вечерняя школа была меньше, чем обычная: двухэтажное здание, около десяти кабинетов. Занятия начинались в 16:20 и проходили трижды в неделю — в понедельник, вторник и четверг. Обычно проводили по четыре, а иногда по шесть уроков — тогда заканчивали в 20:30. Было и дневное отделение — на него в основном шли неработающие ребята 17—18 лет, которые по какой-то причине не окончили школу вовремя.

До поступления я переживала, что буду учиться с восемнадцатилетними — но напрасно. В моем классе все были взрослыми и работали, а самому старшему исполнилось 42 года. Всего у меня было около 20 одноклассников.

Многие пошли учиться ради карьеры: для повышения на текущей работе требовалось окончить институт, а туда не поступить без одиннадцати классов. Было несколько санитарок — в 2016 году вышел приказ, который разрешал работать по этой специальности только после 11 классов.

Учителя с пониманием относились к тому, что мы — работающие люди с семьями. Они не требовали отчитываться за пропуски и шли навстречу, если кто-то чего-то не понимал: объясняли еще раз и давали дополнительные задания. Но некоторые из моих одноклассников все же бросили учебу, потому что не тянули.

В первый год я сочетала учебу с работой. Это было тяжело, и иногда я пропускала занятия — приходилось догонять программу дома. Но тогда же в колонии, как и собирались, запретили женщинам работать кинологами. Меня перевели на должность часового оператора — нужно было дежурить на вышке и следить за порядком.

Эта специальность мне совсем не нравилась, к тому же она предполагала ночные смены. Я продержалась три месяца и к концу десятого класса уволилась. Зато стало больше времени на учебу. Жили на зарплату мужа и мою пенсию — 15 000 ₽.

Занятия и подготовка к экзаменам требовали много сил. Я благодарна мужу, который очень меня поддерживал. Сыновья и дочь уже учились в старших классах и были более-менее самостоятельными: могли убрать квартиру и что-нибудь приготовить. Иногда они сами помогали мне с уроками — например, разобраться с дробями.

Я сдавала ЕГЭ по математике, химии и биологии — для поступления на медицинский, а также по русскому языку — обязательному предмету для получения аттестата. Хорошо подготовилась, но все равно немного переживала: вдруг попадется сложное задание или что-нибудь забуду?

Каждый экзамен сдавала в незнакомой школе бок о бок со школьниками-подростками. Когда на входе вставала на очередь к металлоискателю  , меня иногда принимали за преподавателя и предлагали пройти в другой вход — но я со смехом отвечала: «Нет, я экзамен сдавать».

Результаты получились хорошими — 204 балла по трем предметам. Особенно горжусь 65 баллами по химии, которую смогла понять и вызубрить всего за год. Муж и дети сказали, что даже не сомневались во мне: «Столько заниматься — еще бы ты не сдала!».

Выпускного у нас не было: нас просто собрали в школе, торжественно вручили аттестаты, и все разошлись по своим делам. Когда получила медаль и документ, испытала удовлетворение, что у меня все получилось.

С учителями и одноклассниками я больше не общалась, но недавно встретила свою преподавательницу по русскому языку. Она узнала меня, обняла и поделилась, как до сих пор ставит меня в пример своим ученикам-подросткам: теперь она преподает в лицее. Было очень приятно, что она меня помнит.

В 2019 году я собиралась поступить на лечебный факультет в Иркутский медицинский университет, но не хватило баллов. Тогда я подала документы в Иркутский базовый медицинский колледж. Мои сыновья поступили на первый курс одновременно со мной — в Иркутский энергетический.

Практически сразу же я поняла, что попала туда, куда хотела. Мне нравилось носить белый халат и учиться спасать жизни на занятиях по первой помощи. Правда, значительную часть времени до конца второго курса мы занимались дистанционно из-за коронавируса. Но я уже привыкла к самообучению, так что легко справлялась.

В своей группе я оказалась единственной взрослой, а остальные студенты были ровесниками моих сыновей. Поначалу ребята стеснялись меня, но я легко нахожу общий язык с молодежью и сама предлагала перейти на «ты». В итоге мы сдружились, меня даже выбрали старостой. С некоторыми однокурсниками общаюсь до сих пор.

Учиться на медицинском всегда тяжело, часто приходилось заниматься по полночи. В это время работал только муж, мы жили на его зарплату и мою пенсию. В итоге окончила колледж с красным дипломом — сама от себя этого не ожидала.

Со второго курса мы проходили практику в стационарах, поликлиниках и приемных отделениях. Мне больше всего понравилось стажироваться в скорой помощи. Это немного адреналиново: каждый раз не знаешь, что ждет на вызове, — возможно, критическая ситуация, в которой нужно действовать особенно быстро и эффективно.

Еще во время практики меня пригласили работать в скорую, и в 2023 году, после окончания колледжа, я устроилась туда фельдшером. Тружусь по графику два через два на дневных сменах — попросила не ставить ночные, потому что мне тяжело.

Работа мне очень нравится. Не раз бывало, что я спасала людям жизнь. Летом впервые проводила сердечно-легочную реанимацию: мы везли на скорой 50-летнего мужчину в алкогольной коме, и у него остановилось сердце. Вместе с коллегой-доктором смогли откачать и доставить в больницу.

Некоторые пациенты узнают меня, здороваются и благодарят, рассказывают, как дальше сложилась их судьба. Это очень приятно. Иногда и сами звоним и интересуемся, все ли в порядке со здоровьем. Но бывает, что приезжаешь — а помочь уже нечем. Тяжело видеть горе родственников, но со временем я научилась не принимать такие ситуации близко к сердцу.

В мае 2024 года мой муж погиб на СВО. Он был замечательным супругом, и я тяжело переживала его смерть. Чтобы жить дальше и отвлечься, я решила уйти в работу и посвятить себя профессии. В 2025 году устроилась работать в поликлинику на четверть ставки — веду фельдшерский прием дважды в неделю по четыре часа. За это получаю 10 000 ₽, за работу в скорой — 45 000 ₽. Моя пенсия в 2025 году — 22 000 ₽.

Чтобы справиться с горем, я начала читать книги по психологии, и это меня увлекло. Осенью я поступила в Иркутский государственный университет на психолога. Учусь на заочном отделении на бакалавриате, первая сессия в октябре — возьму учебный отпуск. Меня привлекает, что психолог — это помогающая специальность, смежная с медициной. Благодаря образованию смогу лучше понимать пациентов и людей в целом.

Я постоянно чувствую, что работаю не зря и правильно сделала, что шесть лет назад решилась сменить профессию. Когда я только собиралась поступать в вечернюю школу, испытывала неловкость из-за стереотипов: мол, всему свое время и уже поздно что-то менять. Но я очень не хотела работать продавцом или уборщицей, поэтому пошла учиться — и ни капли об этом не жалею.

В итоге в глаза меня никто не осуждал. Наоборот, поддерживали, а некоторые друзья признавались, что восхищаются мной и сами бы на такое не отважились. Так же говорил и мой муж — он сам ушел с третьего курса института и жалел об этом. Высшее образование помогло бы ему продвинуться в должности, но несмотря на мои предложения он не решился доучиться.

Пусть у меня не получилось воплотить профессиональную мечту в юности, зато сейчас я все наверстала. Можно изменить свою жизнь в любом возрасте — главное, не бояться действовать и верить в себя, несмотря на стереотипы.