Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
Еще лет в двадцать я заметила одну особенность: если впереди шла экскурсионная группа, мне почти всегда хотелось свернуть на соседнюю улицу. Меня всегда больше интересовало то, что остается за пределами туристического маршрута.
Когда я начала учить японский, три месяца жила в районе Гинкаку-дзи. Каждый день по дороге на занятия проходила мимо небольшого святилища. Оно не значилось ни в одном списке «обязательно посмотреть». Для местных это было обычное место: кто-то оставлял монетки, кто-то баночку сакэ, у маленьких статуй дзидзо появлялись новые красные шапочки и переднички.
Постепенно и для меня это перестало быть достопримечательностью. Я машинально останавливалась, делала небольшой поклон и шла дальше. Только спустя время поняла, что именно из таких ежедневных мелочей и складывается ощущение города.
Однажды я, как обычно, свернула на тихую улицу по дороге к Философскому пути. Меня остановило огромное дерево возле обычного жилого дома. Оно выглядело настолько старым, что хотелось просто постоять рядом. Пока я фотографировала, из дома вышла женщина. Она улыбнулась и сказала:
— Этому дереву около семисот лет.
Мне кажется, именно такие короткие встречи я потом помню лучше всего, потому что их нельзя запланировать.
Следуя своей привычке сворачивать «не туда» и просто наблюдать за жизнью города, я часто уходила с главных улиц в переулки Гиона. Стоило пройти всего несколько минут, и туристический шум оставался позади. На удивление, там можно было оказаться совершенно одной.
Иногда по узким улочкам торопливо пробегали майко. Если очень повезет, можно увидеть, как к одному из чайных домов подъезжает черный тонированный автомобиль, дверь открывается буквально на несколько секунд, и его пассажирка исчезает внутри так быстро, будто ее и не было.
Но больше всего мне запомнился совсем другой случай. Однажды на оживленной туристической улице рядом остановилось обычное такси. Внутри сидели три гейко. Я узнала их по белым воротничкам — у майко они цветные. Вокруг были десятки людей, но, кажется, никто больше не обратил на них внимания. Пока остальные продолжали идти вперед, я уже судорожно доставала телефон.
Именно тогда я снова убедилась: привычка сворачивать в переулки и просто внимательно смотреть по сторонам работает в Киото лучше любого путеводителя.
Еще одна моя привычка — хотя бы раз за поездку поставить будильник на пять утра. Честно говоря, иногда очень хочется поспать, но именно раннее утро чаще всего дарит самые интересные кадры.
Обычно я заранее думаю, куда поехать. В тот день мне хотелось найти туман. В голове уже сложилась небольшая “формула”: ночной дождь, высокая влажность, перепад температуры и низина — именно там у тумана больше шансов появиться. Проснувшись, я выглянула в окно и сразу поняла, сегодня не тот день. Небо было слишком ясным, и план пришлось менять, вместо этого я поехала к Киёмидзу-дэра.
Первые автобусы отправляются около шести утра, и примерно к половине седьмого у храма уже появляются первые посетители. В обычный день их совсем немного. Но если это сезон сакуры или момидзи, даже в такое раннее время рассчитывать на полное одиночество уже не приходится.
Со временем я поняла, что город чаще всего открывается тем, кто готов немного изменить свой ритм: иногда — свернуть с маршрута, иногда — проснуться раньше остальных.
По другую сторону от Гиона, где расположены чайные дома, начинается совсем другой Киото: здесь один за другим тянутся маленькие бары. Я ни разу не заходила внутрь, но мне всегда нравилось заглядывать в их окна. Светящиеся бутылки виски Хибики на полках, бумажные фонари, деревянные вывески, каменная чаша с золотыми рыбками у входа — детали, которые можно встретить и в Токио, и в Осаке. Но именно в Киото они кажутся особенно уютными.
Вообще, вечерний Киото — это отдельный город. Я всегда стараюсь задержаться в храме до того момента, когда начинают зажигать фонари. Днем он кажется историческим памятником, а вечером становится почти театральной декорацией. Теплый свет ложится на старое дерево, пустые галереи постепенно темнеют, и возникает странное ощущение, будто находишься где-то между реальностью и сказкой.
Наверное, поэтому мне так нравятся фильмы Хаяо Миядзаки и Макото Синкая. В такие моменты Киото действительно напоминает мир, где стоит сделать несколько шагов и можно оказаться по ту сторону привычной реальности.
Есть еще одно место, куда я стараюсь возвращаться почти в каждую поездку — Кифунэ-дзиндзя. Оно находится немного в стороне от центра Киото, в горах. Уже сама дорога туда становится частью путешествия: река, кедры, каменные лестницы и небольшие синтоистские святилища по пути.
Совсем рядом находится храм Курама-дэра, и прогулка между ними напоминает мне миниатюрную версию Кумано-кодо. Конечно, это совсем другой масштаб, но ощущение очень похожее: идешь по лесу, вокруг почти нет города, только шум ручьев, запах влажной земли и старые деревья.
Из Кифунэ я привезла один амулет (омамори). Уже много лет он лежит в моей сумке и путешествует вместе со мной, нет, я не суеверна. Скорее, он стал маленьким напоминанием о месте, куда мне хочется возвращаться.
В Японии часто оказываешься в ситуациях, когда совершенно не понимаешь, что происходит вокруг. Сначала пытаешься найти объяснение, потом в какой-то момент перестаешь, просто наблюдаешь.
Так я однажды увидела людей, склонившихся над ручьем. Лишь подойдя ближе, поняла, что они не полощут бумагу, а проявляют омикудзи — предсказание, которое становится видимым только в воде. И именно такие случайные открытия запоминаются сильнее, чем многие известные достопримечательности.
На оживленной улице рядом с рынком Нисики кажется, что весь Киото состоит из туристов. Но стоит пройти рынок насквозь и свернуть на соседнюю улицу — и город снова меняется.
Там тихо. Старый книжный магазин, где рядом с новыми изданиями стоят потрепанные временем книги. Подземная торговая галерея, в которой почти нет туристов, зато есть обычная жизнь: офисные сотрудники, школьники, пенсионеры. И мой любимый ресторан в Японии — Шинпачи Шокудо. Простые сеты с идеально приготовленной рыбой, мисо-супом, дайконом и рисом — ничего необычного, но именно такую еду хочется есть снова и снова.
Наверное, именно за это я люблю Киото. Стоит сделать всего один поворот и туристический город исчезает, остается тот город, который живет своей жизнью.
За годы поездок я поняла, что мои любимые воспоминания о Киото почти никогда не связаны с тем, что я специально планировала увидеть. Они рождались, когда я сворачивала с привычного маршрута, вставала раньше других, задерживалась в храме до зажжения фонарей или просто останавливалась возле дерева, которое оказалось старше многих известных памятников. Наверное, именно поэтому я снова и снова возвращаюсь в этот город. Не за тем, чтобы отметить очередную достопримечательность, а за тем, чтобы узнать его еще немного лучше.
