Мнение: без зарплаты сотрудник благотворительного фонда не сможет жить, а значит, и помогать
Этот текст написан в Сообществе, бережно отредактирован и оформлен по стандартам редакции
Фонды существуют благодаря обычным людям.
Главная опора для фонда — это люди, которые помогают регулярно, пусть и понемногу, то есть те, кто подписался на рекуррентные платежи. Небольшая сумма автоматически списывается с вашего счета после того, как вы поставили галочку в личном кабинете. На собранные деньги фонд оказывает помощь другим и живет сам. По-другому и быть не может.
Есть закон о благотворительности . Согласно ему, благотворительная организация имеет право тратить до 20% от собранных средств на собственное функционирование, а остальные 80% обязана направлять на уставные цели — то есть на помощь людям и организациям, ради которых создана. В случае фонда «Вера» это поддержка хосписов и людей, нуждающихся в паллиативной помощи.
Курс добра
Эта статья — часть программы поддержки благотворителей Т—Ж «Кто помогает» и проекта «Курс добра», в рамках которого Т-Банк удваивает пожертвования в проверенные благотворительные фонды.
В октябре и ноябре мы поддерживали фонд «Вера». Почитать другие тексты об организации можно в благотворительном реалити и специальном потоке.
Но еще в самом начале деятельности фонда правление приняло решение, что мы не должны тратить на обеспечение собственной деятельности более 12%. И все годы существования фонда мы жестко придерживаемся этого правила.
Когда я пишу это, я обращаюсь ко всем, кто почему-то считает, что в благотворительном фонде никому не нужно платить зарплату и все сотрудники должны быть волонтерами. Так не бывает. Давайте для начала задумаемся о том, как работает благотворительный фонд.
В фонде «Вера» есть много сотрудников, которые работают непосредственно в хосписах, с пациентами. Это координаторы — люди, которые помогают медикам делать паллиативную помощь индивидуальной, учитывающей потребности каждого человека. Паллиативная помощь — это не только медицина, но и духовная поддержка, психологическое консультирование, работа с родственниками, юридическая помощь, а иногда и исполнение желаний.
В фонде, как в любой организации, есть бухгалтер — он принимает, оформляет и учитывает пожертвования. Есть директор, и его работа — это вся его жизнь. И если директор не будет получать зарплату, как же ему жить?
Когда мы говорим о горячей линии фонда, которая работает по всей стране, или о программе адресной помощи для детей в регионах, речь идет о десятках очень профессиональных сотрудников. Это живые люди, которые каждый день приходят на работу, садятся за компьютер, отвечают на письма родителей, консультируются с юристами, поднимают трубку и часами общаются с семьями, выясняя потребности, сопереживая, помогая организовать помощь, поддерживая советом 24/7.
Операторы и координаторы подолгу разговаривают с плачущими, уставшими, а иногда с обиженными и агрессивно настроенными близкими пациентов. Это непростая работа. И она должна оплачиваться.
Многие часы труда юристов фонда уходят на то, чтобы помочь родственникам неизлечимо больных пациентов получить от государства то, что им положено по закону. В офисе фонда есть уборщица, а также человек, отвечающий за обменный фонд — огромный склад с оборудованием, которое мы передаем в семьи, чтобы облегчить уход за лежачим пациентом дома. Есть водитель, секретарь, психологи, сотрудники пиар-службы, фандрайзеры и другие специалисты. И конечно, все эти люди получают зарплату.
