Рекордный дефицит и нетро­нутые резервы: пять глав­ных фактов про рос­сий­ский бюджет 2025 года

Минфин подвел предварительные итоги исполнения федерального бюджета в 2025 году.

Его свели с дефицитом 5,6 трлн рублей, который оказался почти в пять раз больше изначально запланированного объема. Главные причины: падение сырьевых доходов на фоне санкций и дешевой нефти и общее замедление экономики из-за высокой ключевой ставки. Но повлиял и маневр правительства, которое сумело нарастить расходы поверх принятых ограничений.

Что происходит с российской госказной — рассказываем в пяти фактах.

Сразу оговоримся: антирекорд поставлен именно в абсолютном выражении, то есть в рублях. Учитывая, что экономика растет, дефицит корректнее оценивать в процентах от ВВП. И здесь бывали годы и похуже.

В 2025 доходы российского бюджета составили 37,3 трлн рублей. Они несколько выросли в сравнении с 2024 — на 1,6%, — но в реальном выражении, с учетом инфляции, упали. Расходы увеличились до 42,9 трлн, на 6,8%, — по меркам последних лет это немного. Для сравнения: в 2024 рост составил 24%, в 2022 — 26%, в 2020 — 25%. Но и этой динамики хватило, чтобы на фоне слабых доходов дефицит по итогам года перевалил за 5,6 трлн рублей. В предыдущие три года он не превышал 3,5 трлн. А прежний рекорд установили в пандемийном 2020 — 4,1 трлн рублей.

Впрочем, и такой уровень дефицита не стал сюрпризом. Минфин скорректировал бюджет еще в сентябре и в итоге смог вписаться в обновленные параметры. При этом изначальный план, законодательно утвержденный в конце 2024 года, предусматривал дефицит в пределах 1,2 трлн рублей, или 0,5% ВВП. На деле вышло в пять раз больше — 2,6%.

За последние 10 лет крупнее дефицит был только дважды: в 2020 году он составил 3,8% ВВП, а в 2016 — 3,4%. А если считать в рублях, то выше не было ни разу за всю современную российскую историю.

Также впечатляет накопленный дефицит федерального бюджета РФ за последние четыре года. С 2022 по 2025 он составил 15,6 трлн рублей. За предыдущие 10 лет — 5,8 трлн. Более того, в докризисные времена правительство неоднократно сводило бюджет с профицитом.

В 2025 году сырьевые доходы принесли российскому бюджету 8,5 трлн рублей при плановом объеме 10,9 трлн. К прошлогоднему уровню показатель упал почти на четверть. А на фоне роста прочих доходов доля нефтегазовых поступлений сократилась в структуре бюджета до рекордно низких за последнюю четверть века 22,7%. Для сравнения: в предыдущие два года эта доля превышала 30%, в 2022 — 40%, а на пике, в 2011—2014, составляла около 50%.

В иной ситуации можно было бы говорить о долгожданном сокращении зависимости страны от «нефтяной иглы». Но по факту дело лишь в конъюнктуре. Российская экспортная нефть в 2025 году стоила почти на 20% дешевле, чем в 2024. А если считать в рублях, то более чем на четверть — из-за укрепления курса.

И дело здесь не только в общемировом удешевлении энергосырья, которое случилось в 2025 на фоне наращивания добычи странами ОПЕК+ и торговых войн, развязанных США. В конце года из-за американских санкций против «Лукойла» и «Роснефти» российскую нефть стало сложнее продавать. В результате выросли скидки, на которые вынуждены соглашаться экспортеры. Осенью дисконт Urals  ​к Brent  ​вырос до 23 после 15% в середине года. И зимой ситуация продолжила ухудшаться, что повлияет на доходы бюджета уже в начале 2026 года  .

Недобор нефтегазовых налогов стал главной причиной слабых доходов российского бюджета в 2025 году. При его планировании годом ранее власти предполагали, что нефть будет стоить 69,7 $ за баррель, а курс доллара составит 96,5 ₽. На деле вышло иначе: нефть продавали в среднем по 55,6 $ при курсе 83,6 ₽.

Чтобы компенсировать недобор нефтегазовых доходов, Минфин продает валюту и золото из Фонда национального благосостояния, ФНБ. Это одно из его основных предназначений — служить резервным источником для бюджета в период дешевого сырья. Когда нефть дорогая, фонд, напротив, пополняют за счет дополнительных доходов. Так устроено бюджетное правило, позволяющее не только балансировать бюджет, но и сглаживать волатильность валютного курса.

Но кроме этого ФНБ используют и для финансирования бюджетного дефицита. В предыдущие годы Минфин активно прибегал к этой практике. В 2024 году из золотовалютных резервов изъяли 1,3 трлн рублей, а в 2023 — 2,9 трлн. В 2025 году в целях экономии резервов ФНБ трогать не стали, а дыру закрыли за счет госзаимствований. Причем после пятикратного расширения дефицита занимать Минфину пришлось намного больше, чем он планировал.

В целом за 2025 год Минфин разместил на бирже гособлигации на 8 трлн рублей. Это привело к увеличению общего объема госдолга на треть — до 38,5 трлн рублей — всего за год.

Осторожность правительства при использовании валютных запасов объяснима. К декабрю 2025 года в фонде осталось 4,1 трлн рублей ликвидных активов, эквивалентных 1,9% ВВП. В начале 2022 года было 8,8 трлн, что составляло 6,6% ВВП. При этом если нефтегазовые доходы бюджета останутся низкими в 2026 году, то резервы ФНБ продолжат истощаться.

По расчетам экономистов, каждый доллар более низкой цены за баррель нефти приводит к сокращению фонда на 160 млрд рублей в год. С учетом того, что в бюджете 2026 заложена экспортная цена на уровне 59 $, из фонда в течение года могут изъять 2,5 трлн рублей, если цены останутся примерно на текущих уровнях.

В 2025 году правительство РФ снова не смогло вписаться в собственный график расходов, превысив изначальный план на 1,5 трлн рублей. Но на фоне прошлогодних превышений эта сумма не выглядит значительной. Так, в 2024 году государство потратило сверх плана 3,5 трлн, в 2023 — 6,2 трлн, а в 2022 — 7,4 трлн рублей.

В целом рост расходов по итогам года составил менее 7% — ненамного больше темпа роста цен. То есть можно говорить, что в реальном выражении траты остались на уровне 2024 года.

Торможение расходов пришлось на вторую половину года, тогда как в первой траты были высокими из-за авансовых платежей по госконтрактам. Так, по итогам первого квартала расходы выросли к 2024 году на 25%, а в четвертом квартале упали на 14%. Некоторые экономисты считают, что такое сокращение бюджетных вливаний может привести к дополнительному замедлению экономики страны в 2026 году, поскольку в последние годы она сильно зависит от финансирования из госказны.

В целом же Минфин стал расходовать деньги более ритмично. Если в предыдущие годы траты декабря могли втрое превышать среднемесячный уровень, то в 2025 они были выше всего в полтора раза. В итоге декабрьский дефицит составил всего 1,4 трлн рублей, что стало лучшим результатом с 2019 года.

Дефицит российского бюджета мог быть почти на триллион рублей меньше, если бы не маневр, к которому прибегли в правительстве в середине 2025 года.

Минфин тогда инициировал закон об изменении параметров бюджета с увеличением расходов на 830 млрд рублей. Основанием для этого послужил прогноз роста несырьевых доходов: предполагалось, что они превысят плановый уровень за счет более высоких поступлений отдельных налогов, акцизов и неналоговых платежей.

По действующим бюджетным правилам дополнительные доходы, которые получены не из нефтегазовых отраслей, правительство имеет право в полном объеме пустить на расходы. Именно так и поступили — плановую прибавку записали в доходы, расписали на траты и утвердили это законом, принятым в июне.

А в сентябре в Думу внесли на рассмотрение еще один закон с очередными изменениями. И по нему уже никаких 830 млрд допдоходов в бюджете не оказалось. Напротив, Минфин констатировал, что не сможет собрать даже изначально запланированный объем: поправками утвердили обновленную сумму несырьевых доходов, которая оказалась на 930 млрд рублей меньше, чем в принятом годом ранее законе.

И весь этот недобор пришлось покрывать госзаимствованиями. Таким образом, за счет разницы в прогнозах, составленных с интервалом в пару месяцев, Минфин нарастил дефицит — формально в полном соответствии с бюджетными правилами.