Как у супруги случайно нашли рак легкого 4 стадии: часть 6

Итак продолжение нашей истории про лечение по онкологии первая часть доступна здесь, вторая часть доступна здесь, третья часть доступна здесь, четвертая часть, пятая часть.

Итак поздним вечером в субботу 1 ноября, нам повезло, что это была рабочая суббота из-за переноса праздников, супругу доставили в приемный покой Химкинской городской больницы. Там как положено мы долго просидели, пока дождались очереди на осмотр, пока нас определили в палату прошло часа 3 еще. В итоге в 23-00 мы с супругой уже были в 2-х местной пустой палате, мне разрешили остаться. Пришли врачи, осмотрели супругу, тоже не смогли точно сказать аппендицит это или нет, но сказали сразу что воспаление точно есть и нужно делать лапароскопию, а там уже как пойдет, может придется делать и полноценную хирургическую операцию. На каталке медсестры увезли супругу на операцию и я остался совсем один в палате. Я сидел и ждал, в голову лезли всякие мысли, но мне почему-то верилось что с ней все будет хорошо! Через полтора часа супругу привезли обратно в палату, она спала после операции. Врач, который проводил операцию, сказал мне что у супруги выявили гангренозный аппендицит переходящий в перитонит, это значит что аппендикс уже стал немного загнивать и пошло заражение брюшной полости, еще бы день два и супругу уже не удалось бы спасти! Я очень благодарил врачей и Бога за то, что все так успешно разрешилось! 10 дней супруга лежала в хирургическом отделении, приходила в себя, были сложности в восстановлении после операции в виде пареза кишечника, но врачи сделали свое дело на отлично! Все эти 10 дней я приходил к супруге утром, сидел в палате, ухаживал за ней, и уезжал поздно вечером, т.к. вторую койку потом заняли. С детьми все это время дома была бабушка, и за них я не переживал, на работе я взял отпуск на эти дни.

11 ноября супругу выписали из больницы и мы радостные вернулись домой! Мы тогда еще шутили с ней, что как было бы не прикольно умереть от банального аппендицита при том, что столько сил мы уже потратили на лечение от зловещего рака. Позже наш врач онколог в ЦАОПе сказала что у онкобольных часто случаются такие заболевания как аппендицит потому, что у них ослаблена иммунная система. В целом приступ аппендицита мы перенесли относительно благополучно, мы даже не пропустили очередной сеанс иммунотерапии, просто его немного сдвинули на два дня вперед, чтобы у супруги зажили швы от лапароскопии. Единственно что мы не смогли сдать вовремя в октябре биопсию из правого подмышечного лимфоузла, и сдали ее уже только в ноябре. Пришли в клинику Лядова к хирургу, думали что будет просто сперва консультация, а она давай сразу супругу положила на кушетку и пистолетом со шприцом взяла пункцию из этого узла, 5 раз брала, чтобы материала хватило на исследования. Процедура не сложная, но не из приятных, супруге очень она не понравилась, да еще потом подмышка после этого болела какое-то время.

Жизнь снова стала налаживаться и вошла в привычное русло, мы ездили в ЦАОП сдавали анализы, потом приезжали на сеансы иммунотерапии и очень ждали результатов новой гистологии из подмышки. И результаты эти мы получили довольно скоро в начале декабря, и они оказались….немного шокирующими! По результатам новой гистологии у супруги обнаружилась экспрессия рецепторов прогестерона, отсутствие экспрессии рецепторов эргостерона, HER-2 статус опухоли негативный и очень высокий показатель агрессивности рака Ki = 70%. В заключении патологоанатомом из МОНИКИ (а именно туда передали материал из клиника Лядова на исследование) говорилось, что при таких найденных показателях больше поводов говорить в пользу рака молочной железы! Но не типичного (при котором обычно обнаруживается экспрессия рецепторов гормона эргостерона, так называемый гормональный РМЖ), а очень редко встречающегося. Как говорится "повезло" нам так повезло…. Я конешно немного был в шоке и сильно расстроен от всего этого. Неужели все это время мы лечились совсем не от того вида рака, думал я? Чтобы хоть как-то прояснить ситуацию, я стал спрашивать на специализированном сайте с консультациями врачей за деньги (если надо я напишу в комментариях ссылку на сайт, но не подумайте, что это реклама, сайт реально хороший, думаю многие знают про него) про наши анализы. Так же побежал к врачу в клинике Лядова и к нашему лечащему врачу в ЦАОПе. Все врачи как один сказали, что нужно нести все имеющиеся у нас стекла (биопсию с живота и с подмышки) в 62-ю Московскую онкологическую больницу в Истре и сделать там повторно гистологические исследования. Это называется получить второе мнение. При этом все врачи сказали что 62-я больница является лучшей в стране в области гистологии и молекулярных исследований! Единственный минус, что по ОМС там обслуживают только с московской пропиской, все остальные могут воспользоваться услугами больницы за деньги (а денег эти исследования стоят я вам скажу не малых). Недолго посовещавшись с супругой мы решили сдать наши стекла туда за деньги, т.к. нам было очень важно понять какой рак у супруги — рак легких или РМЖ (хотя как мне объяснили врачи на сайте рак легкого и негормональный РМЖ имеют очень схожие схемы лечения). Стекла отвези в 62-ю больницу получилось только во второй половине декабря, т.к. долго не мог забрать стекла с биопсией из подмышки из клиники Лядова (а они в свою очередь долго не могли получить стекла из МОНИКИ).

В декабре появились первые тревожные звоночки. У супруги появился новый небольшой подкожный метастаз на груди, плюс все больше начинали болеть левая рука и ноги, на животе все больше рос метастаз на передней брюшной стенке, тот самый который ей вырезали еще в мае, ей становилось все тяжелее ходить и она не могла уже спать на животе. Я игнорировал эти моменты, свято веря в иммунотерапию, тем более врачи сказали, что для получения результата нужно подождать хотя бы 3 месяца, пока она разгонится. И мы ждали. Сейчас я понимаю, что это было колоссальной ошибкой…. Для руки я купил супруге повязку, т.к. она уже сама не могла держать руку без боли. Мы перестали ездить куда бы то ни было, кроме больниц, и то только на такси, своим ходом супруга уже не могла долго ходить. По вечерам я заставлял ее выходить на прогулку, чтобы хоть как-то развеяться. У нас было три маршрута — большой круг до магазина Чижика (30 мин), средний круг до Сбербанка (20 мин) и совсем маленький круг вокруг нашего дома (10 мин). Когда она себя относительно хорошо чувствовала мы гуляли по большому кругу, когда не очень, то по среднему или маленькому. Так же в декабре мы успели съездить в ИЯМ на Клязьме к радиологу по поводу радионуклидной терапии для обезболивания метастазов в костях. Дело в том, что лучевую терапию не делают второй раз на одно и тоже место (из-за риска возникновения некроза тканей и т.п.) и единственным оставшимся вариантом из области ядерной медицины остается как раз радионуклидная терапия — это когда в кровь вводят раствор с радиоактивными веществами, которые накапливаются в организме в костных метастазах, облучая их изнутри. Эту процедуру тоже делают по ОМС, так что имейте ввиду. Но оказалось, что супруге по медицинским показаниям не положена эта процедура, т.к. она сильно нагружает организм (идет радиационное воздействие на костный мозг), и нам сказали, что нужно пока подождать, посоветовали еще раз сходить к лучевому терапевту насчет повторного сеанса лучевой терапии, но как я уже писал, повторно лучевую терапию не делают. Мы остались один на один с болью от метастазов в костях. Иногда бывали моменты когда у супруги просто ни с того ни с чего начинались приступы острой боли или в руке или в ногах, могли начаться хоть утром, хоть ночью. Боли были такие сильные, что она просто плакала…..я смотрел на нее и не знал, чем ей помочь, мне было очень больно… По совету нашего лечащего онколога я делал супруге компрессы из димиксида и новокаина, они помогали какое-то время. Так же мы постоянно мазали руку, спину и ноги мазями с кетопрофеном (например артрозилен), чередуя их с мазями с диклофенаком. Из таблеток супруга пила парацетамол плюс прегабалин (торговое название лирика), а также любые НПВС (нам больше всего помогал диклофенак) плюс дексаметазон в уколах, но в декабре эта схема перестала эффективно работать и нам пришлось перейти на более сильные обезболивающие препараты — тапентадол (торговое название палексия), это аналог трамадола, но он гораздо легче переноситься, во всяком случае у супруги было именно так. Препараты прегабалин, трамадол и тапентадол все рецептурные, полунакротические, их назначает онколог, получить их можно бесплатно по льготному рецепту (если они есть в аптеке по льготе), или можно просто купить (обычно бывало так что по льготе какого-то препарата нет, зато его можно свободно купить за деньги, благо стоят они не так дорого 1-3 тыс.рублей).

Скоро перестал помогать и тапентадол. И пошел к нашему онкологу просить рецепт на фентаниловый пластырь, это наркотический препарат наравне с морфином, 3-я последняя ступень обезболивания. Мы долго не решались перейти на пластырь, т.к. думали что раз он наркотического действия, то после него будет состояние как у наркомана. Мы очень ошибались, конечно же это было не так. Пластырь плавно приглушает боль, не о каком наркотическом опьянении даже речи не идет. Тем более что он есть в различных дозировках, мы начали с самой маленькой в 25 мг (есть также 50, 75 и 100, самой ходовой является дозировка в 75 мг). Мы думали вот сейчас приклеим пластырь и боль сразу уйдет, наивные были, но все оказалось не так. Боль стала ощущаться реально меньше, но не на все 100%, а где-то только на 50%. Остальную боль приходилось все так же глушить по старинке — прегабалин, парацетамол, диклофенак и мази.

Последний раз мы выходили гулять с супругой 29-го декабря. С тех пор она уже больше не выходила на улицу, прогуливалась только дома по квартире.

По графику очередной 4-й сеанс иммунотерапии у нас выпадал на 31 декабря, я думал, что врач химиотерапевт перенесет его на 30 декабря, но она сказала, что будем делать его в новогодние праздники, в итоге нам поставили запись на 6 января, а 3-го января нужно было подойти в поликлинику и сдать анализы. Так же 3-го января я зашел к нашему лечащему онкологу, т.к. нужно было уже после 4-го сеанса выходить на контрольное исследование, и нужно было взять талон на ПЭТ-КТ. Талоны самые ближайшие были только на….26 января! (это как раз о проблеме нехватки талонов). Пришлось брать на 26 января, деваться некуда. Также врач дала направление для супруги на консультацию в центр им.Цыбо что находиться в Обнинске с целью хирургического удаления метастаза на животе, он очень сильно вырос, прорвал кожу, вышел наружу и сильно болел. Фактически у супруги была открытая незаживающая рана на животе…хех…. Наша врач сказала, что если кто и сможет сделать такую операцию, то это только в Цыбо. В итоге я записался в Цыбо на 14-е января, сразу после праздников.

6-го января мы кое-как доехали на такси до поликлинике на Лавочкина в дневной стационар ЦАОП (супруге было не только больно ходить, но и больно сидеть, она не могла сидеть более 5 мин, единственное положение когда боли были не такими сильными это лежа). С большим трудом мы прошли сеанс иммунотерапии, а также золидроновой кислоты, и вернулись обратно домой на такси. Супруга сразу же легла в кровать, она очень сильно устала.

Мы долго думали с ней как нам лучше поехать в Цыбо в Обнинск, от нашего дома в Химках это 3 часа езды на машине. Сидя она бы столько не выдержала. В итоге нам помог муж сестры супруги Марик — у них большая машина, бусик, где задние кресла раскладываются в лежачее положение. После этого мы немного успокоились.

Так же в начале января, когда мы собрались у нас дома с соседями отметить новый год, наш сосед Максим, мой хороший друг, наши жены дружили очень хорошо, подсказал мне компанию из Кыргызстана, которая продает настойки на травах для онкобольных. Это кампания, как сказал он мне, известна по всему миру. Их настойки помогают улучшить и продлить качество жизни онкопациентов. Я очень загорелся этой идеей (сомнений в том, что это шарамыжники у меня даже не возникло, т.к. у Максима у отца в 2022г обнаружили рак простаты 4-й стадии и его отец пьет эти травы уже 3 года). Максим дал контакт руководителя этой компании Алексея, я связался с ним, выслал ему все наши анализы, потом мы поговорили с ним по телефону и он уже на следующий день 5-го января выслал нам комплект настоек из Бишкека через службу доставки СДЭК.

14-го января Марик приехал к нам утром домой и мы поехали в Обнинск. По дороге чуть два раза не попали в аварию, но Марик сработал на отлично и в итоге мы нормально доехали до центра им.Цыбо. Немного расскажу о самом центре — это федеральный центр, примерно такого же уровня как и цетр им.Блохина, специализирующийся на лечении онкологии, основной их профиль насколько я понял это проведение сложных хирургических операций. Мы попали на прием к торокальному хирургу, по основному нашему диагнозу рак легких. Она послушала нас, посмотрела метастаз на животе у супруги и сказала то, о чем мы уже сами начали догадываться — нужно срочно менять схему лечения, иммунотерапия не сработала. Мы были подавлены. По поводу удаления метастаза она сразу сказала что никто его вырезать не будет, т.к. нет смысла этого делать потому, что на месте швов при таком агрессивном раке который был у супруги вырастет все заново, но предложила нам сходить на консилиум прямо у них в центре с участием лучевого терапевта, в надежде, что может быть он возьмется облучить метастаз на животе. Мы дождались и сходили на консилиум, но к сожалению врачи нам там ничем не помогли. Главный врач комиссии, когда увидел метастаз у супруге на животе, развернулся к остальным и отрицательно кивнул головой. Я понял что нам тут ничего не светит. Так и вышло — облучать нас тоже не взяли. В качестве утешительного приза нам рекомендовали сходить к местному врачу специалисту по обезболиванию платно. Мы сходили, он дал нам какие-то рекомендации, подсказал как правильно клеить фентаниловый пластырь, в общем то и все. Вечером Марик повез нас домой. В целом было съездили мы не плохо, да нас не взяли в центр, но на это были объективные причины не зависящие от врачей. Плюс мы уже точно знали, что нужно менять иммунотерапию и не тешить себя четными надеждами на ее счет.

На следующий день после того как мы съездили в Цыбо пришел результат повторной гистологии (второе мнение) из 62-й больницы. Но так как они выдают его только на руки пришлось ехать туда (очень неудобно у них это организованно, почему они не высылают результаты по электронной почте как другие мне непонятно). Результаты эти оказались…ни о чем. В заключении было сказано что на основании предоставленных образцов материалов тканей с живота и с подмышки невозможно определить тип (источник) рак, и опять фраза — по совокупности всех факторов больше данных в пользу рака легкого. Круг замкнулся, с чего мы начали опять к тому же и пришли. В общем 62-я больница нам ничем не помогла, может это и не их вина. Позже когда я отнес заключение из 62-й больницы нашему онкологу и спросил ее почему так, почему не могут определить источник рака, она сказала, что у нас сложный случай. Нам оставалось ждать 26-го января поездку в ИЯМ на Клязьме на контрольное исследование ПЭТ-КТ после 4-х сеансов иммунотерапии, хотя мы и так знали, что оно покажет, точнее не покажет ничего хорошего для нас…

Если вам интересна наша история, как проходило лечение по ОМС, то пишите в комментариях и я обязательно напишу финальную часть.