История сына водопроводчика, который построил пирамиду почти на 1 млрд евро и обманул 30 тысяч инвесторов

Жерар Леритье 30 лет продавал доли в старых письмах и рукописях известных людей, обещая выкупить их через пять лет.

Он работал в серой зоне французского законодательства и продолжает отрицать свою виновность, хотя у его компании Aristophil есть все признаки финансовой пирамиды: чтобы расплатиться с предыдущими инвесторами, нужно собирать деньги с новых.

В этом выпуске рубрики «Тру-крайм» расскажем, как простой парень из Лотарингии построил новаторский бизнес на аукционах с коллекционными рукописями и как на него обратили внимание правоохранительные органы трех стран.

Жерар родился в 1948 году во французской деревне, в семье потомственных водопроводчиков. Когда Леритье достиг совершеннолетия, он отслужил шесть лет в армии и после демобилизации уехал в Страсбург, где начал продавать страховки. Затем он попробовал торговать бриллиантами, но по неизвестным причинам суд заставил его ликвидировать компанию и запретил временно занимать руководящие должности на предприятиях.

Леритье переехал в Ниццу, где начал собирать и продавать почтовые марки. Этот бизнес тоже не взлетел: покупатели стали жаловаться, что им продают бесполезные сувениры по завышенным ценам.

В 1989 году против него выдвинули обвинения в расхищении клиентских средств, но за несколько лет судебного процесса он смог доказать свою невиновность. В итоге Леритье все равно получил восемь месяцев тюрьмы за нарушение правил работы по оказанию консультационных услуг — но сидеть ему не пришлось: реальный срок заменили условным.

После суда Жерар Леритье не успокоился и нашел новую золотую жилу: продавать доли в коллекционных предметах другого типа — старых письмах. Он даже нашел нишу: письма периода осады Парижа прусскими войсками зимой 1870—1871 годов, когда парижане отправляли послания во внешний мир на воздушных шарах. Всего за два месяца осады они отправили два миллиона таких писем. А ответы из внешнего мира попадали в Париж вверх по Сене, их вылавливали рыбацкими сетями в городских каналах.

Среди авторов писем был и известный французский писатель Виктор Гюго. Леритье рассудил, что небольшое письмо такой известной личности вполне может стоить десятки тысяч евро. Еще больший интерес представляли коллекционные издания и рукописи известных авторов.

Чтобы продавать доли в таких предметах, которые могли подорожать со временем, он основал в 1990 году компанию Aristophil. Вот как это работало:

1. Письмо или книга делились на 500—15 000 долей-акций в зависимости от стоимости. Каждая доля стоила около 500 евро, и ее мог купить рядовой инвестор. Активы были очень разные: письма Эйнштейна, первая рукопись романа Бальзака, любовное письмо Наполеона — но зачастую и вполне простые бытовые письма известных людей.
2. С течением времени ожидался рост стоимости этого предмета среди коллекционеров, и Aristophil обязывалась продать его. Компания, как правило, обещала рост 8% годовых на вложенные деньги. После продажи предмета инвесторам гарантировалось 40% доходности.
3. В самой схеме на первый взгляд не было ничего преступного, но один сомнительный момент все же присутствовал: фактически Aristophil не продала коллекционерам ни одного предмета. Когда приходило время платить инвесторам, компания собирала новых вкладчиков в тот же предмет на новые пять лет и рассчитывалась со старыми инвесторами из собранных денег.

Например, В 2002 году Леритье совершил очень выгодную сделку: на аукционе в Нью-Йорке он купил за 560 тысяч долларов записки ученых Альберта Эйнштейна и Микеле Бессо. В общей сложности 54 страницы представляют собой разные математические формулы и дискуссию об аномалии в орбите планеты Меркурий. Aristophil продала акции этой переписки 400 инвесторам за 12 млн евро под обещание выкупить акции за 17 млн евро через пять лет.

А в 2014 году Леритье купил за 7 млн евро рукопись известного порнографического романа 18 века «120 дней Содома, или Школа разврата» авторства маркиза де Сада. Он «разделил» рукопись на 12 500 акций по пять тысяч евро каждая и продал их инвесторам за 12,5 млн евро, обещая доход 40% через пять лет.

На самого Леритье работали 800 менеджеров по продажам в разных уголках Франции — они продавали любителям легкой наживы акции в «очень перспективном высокодоходном инструменте». Менеджеры работали за комиссию и были мотивированы агрессивно продвигать продукт. Они часто убеждали инвесторов продлевать контракты, когда наступало время возврата инвестиций, лишь бы деньги не уходили из пирамиды. Некоторым предлагали доходность выше 8% годовых, чтобы они продлили договор.

По французскому законодательству «акции в книгах» были в серой зоне: что-то среднее между финансовыми продуктами и коллекционными предметами. Леритье фактически основал и контролировал целый рынок: во Франции было всего несколько сотен богатых коллекционеров, а база инвесторов, купивших акции в этих предметах, достигала 20 тысяч человек. Aristophil могла продавать коллекционные предметы реальным коллекционерам, но иногда выкупать акции обратно приходилось на деньги, собранные с других инвесторов, которые вложились в тот же самый или другой предмет.

За время существования Aristophil свыше 30 тысяч человек вложили в ее активы 975 млн евро. Среди них были синие воротнички, богатые коллекционеры и простые пенсионеры — большинство из Франции, но также немало из соседних Бельгии и Люксембурга.

Респектабельность афере придавали известные во Франции люди, которые участвовали в мероприятиях и аукционах Aristophil: журналисты, писатели, политики, актеры. Леритье их привлекал очень просто — он им платил.

Например, бывший президент Франции Жискар д’Эстен получил от Леритье 10 тысяч евро. Еще одному бывшему президенту Франции, Николя Саркози, компания передала рукописи на 24,5 тысячи евро — запись нашли в бухгалтерской книге, когда шел судебный процесс. Пресс-служба Саркози никак не отреагировала на эти новости, но и не стала ничего отрицать.

Впрочем, президенты, хоть и бывшие, обходились компании относительно дешево. А вот хвалебная публикация в журнале Winner с фото Леритье стоила Aristophil 130 тысяч евро.

Первый значительный сбой случился в 2011 году: Леритье снова пытался продать шесть тысяч акций тех самых записок Эйнштейна и Бессо  ​по четыре тысячи евро за акцию, то есть на общую сумму 24 млн евро. Через пять лет Aristophil обязалась выкупить записки по цене 33,6 млн евро, что было очень амбициозной целью: до этого самой дорогой была покупка основателем Microsoft Биллом Гейтсом записок Леонардо да Винчи в 1994 году за 30,8 млн долларов.

Леритье пытался продать записки частным коллекционерам и даже самому Гейтсу, а также режиссеру Стивену Спилбергу, но безуспешно. Тем временем подходил срок выплаты предыдущим инвесторам в эйнштейновские записки. Параллельно во Франции власти начали расследовать деятельность Леритье, а в прессе стали появляться статьи, которые выставляли его в негативном свете.

Но Жерара спас счастливый случай: он выиграл 170 млн евро в лотерее и из полученных денег вложил 40 млн в работу Aristophil, выкупив обещанное. Впоследствии адвокаты защиты указывали на этот факт как на свидетельство честности Леритье и порядочности самого предприятия: вряд ли мошенник будет вкладывать собственные деньги, и притом немалые, в пирамиду.

Строго говоря, Жерар не допустил в своей работе ни одной крупной ошибки. Просто на него в один момент обрушилась вся мощь французского государства.

Расследование, которое началось еще в 2011 году, продолжалось почти три года, и в нем приняли участие власти Швейцарии и Бельгии. В ноябре 2014 полиция провела обыски недвижимости Леритье в Ницце, Париже, Женеве и Брюсселе. Власти арестовали почти 80 млн евро на счетах самого Леритье, его семьи и Aristophil. А еще — недвижимость на сумму 12 млн евро.

В марте 2015 года французские власти предъявили Леритье обвинения в организованном мошенничестве и отмывании денег. Обвиняли Жерара в том, чем он и занимался все время деятельности Aristophil, — в продаже инвесторам долей в рукописях по завышенным ценам. Отдельно прокуроры отмечали, что некоторые из писем и документов фактически не стоили ничего.

Процесс затянулся на десять лет, и за это время иски против Леритье подали восемь тысяч инвесторов. Масштаб потерь у всех был разный — от полутора тысяч до нескольких миллионов евро. Один учитель инвестировал 500 тысяч евро, а парикмахер из Лотарингии потерял 1,7 млн евро — и после этого покончил с собой.

11 декабря 2025 года суд признал Жерара виновным в мошенничестве и хищении средств. Его приговорили к пяти годам тюрьмы и штрафу в 375 тысяч евро. Сам Жерар категорически отрицал вину и заявлял, что, скорее всего, отдельные менеджеры по продажам обещали инвесторам чрезмерную доходность, а он не несет за это ответственности.

Леритье должен был начать отбывать срок в мае 2026 года, но суд смягчил наказание из-за преклонного возраста — ему было почти 78 лет — и заменил пребывание в тюрьме домашним арестом.

Также обвинительный приговор получил Дени Пуатье, бухгалтер Леритье: ему дали два года тюрьмы, из них один — условно. Юрист и автор контрактов Aristophil Жан-Жак Дегре получил один год условного срока. Нотариус Жером Готри, который верифицировал бухгалтерию компании, — два года условно.

Еще суд постановил вернуть 315 млн евро инвесторам. Всего у Леритье изъяли активов на 77 млн евро, из которых 9 млн оставит себе французское государство: по подсчетам стороны обвинения, именно столько Леритье смог заработать на своей схеме.

На момент написания статьи суд закончился только во Франции, а в Люксембурге и Бельгии судебные процессы еще идут. В одной только Бельгии в пирамиду Леритье инвестировали три тысячи человек почти на 50 млн евро.

Aristophil прошла через процедуру принудительного банкротства, и на аукционах во Франции продали 76 тысяч объектов, которые компания накопила за неполные три десятилетия работы. Деньги с продажи возвращали инвесторам.

Процесс торгов начался в 2017 году и закончился только в 2022, растянувшись на 55 аукционов. Многие вещи ушли покупателям, оставшимся анонимными, но оценку стоимости проводили те же эксперты, которые ранее делали это для якобы дорогих рукописей Леритье. Теперь же их продавали гораздо дешевле: в среднем на один евро инвестиций участники пирамиды получили только восемь центов. На каждом аукционе реализовали 1,4 тысячи объектов — а это очень много. Цены могли бы быть повыше, если бы организаторы не продавали все так быстро.

Например, коллекцию рукописей Алоиса Фукса  ​продали за 585 тысяч евро, а новый владелец, по словам Леритье, продал ее дилеру в Германии за 2 млн евро. Рукопись «120 дней Содома» де Сада купила Национальная библиотека Франции за 4,55 млн евро — почти в три раза дешевле, чем она обошлась инвесторам Леритье в 2014 году.

Также французское правительство изъяло около четырех тысяч объектов Aristophil, и инвесторам за них ничего не вернут: эти письма и рукописи власти Франции объявили частью архивов страны, и потому они неотчуждаемы. Среди таких артефактов — воззвание короля Людовика Шестнадцатого к французскому народу, которое Леритье купил у американского коллекционера за 2 млн евро в 2009 году.

В некоторых случаях позиция французского правительства выглядит необоснованной. Например, были национализированы письма и черновики генерала Шарля де Голля, которые он написал, будучи в политической эмиграции в Великобритании во время Второй мировой войны. Тогда он находился в статусе частного лица, и юридически французское правительство не может предъявлять на них права.

Леритье долгое время работал в серой зоне закона, и то, что он успел обмануть так много инвесторов, можно отчасти объяснить и несовершенством системы. Вызывают вопросы и методы оценки стоимости коллекционных предметов: эксперты никаких сроков не получили, хотя одобряли сильно завышенную стоимость рукописей Aristophil, а позже, когда началась распродажа этих объектов, давали им более низкую оценку.

Кто знает, скольких людей успел бы обмануть Леритье, не заинтересуйся им французское правительство. Впрочем, сам Жерар себя плохим человеком не считает.