Почему в кризис мошенничество процветает: интервью с популяризатором науки Александром Панчиным

Астрология и эзотерика не так безобидны, как кажутся.

Умение находить закономерности — полезная функция нашей психики, которая иногда работает против нас.

Публикуем интервью с кандидатом биологических наук Александром Панчиным о том, почему многие продолжают верить в паранормальное даже в 21 веке и как мошенники этим пользуются. Фрагменты разговора вошли в эпизоды пятого сезона подкаста «Схема» о мошенничестве в инфобизнесе.

— Правда ли, что в нестабильное и кризисное время люди ищут утешения в эзотерике?

— Есть исследования, которые подтверждают, что люди в состоянии стресса и в дискомфортных условиях с большей вероятностью найдут закономерности там, где их нет. Магическое мышление усиливается, когда человек не уверен в завтрашнем дне.

У тех, у кого все хорошо, есть привилегия: они могут потратить три часа, чтобы почитать научную литературу, изучить вопрос, пообщаться с нейросетью или открыть «Википедию». А если человек работает на трех работах, он может банально не иметь ни сил, ни времени на исследование и проверку утверждения.

Когда мы можем думать не о выживании, а о возвышенном, о науке и правде, многие паранормальные представления отпадают, потому что есть время разобраться.

— Почему наш мозг выбирает самый простой вариант, даже если заранее понятно, что он менее вероятен?

— Рекомендую посмотреть сериал об альтернативной медицине «Яблочный уксус». Там одна героиня продает приложение для правильного питания. Естественно, она зарабатывает на этом много денег: всего одна кнопка — и вот у тебя великое знание плюс кто-то берет за тебя ответственность. Думаю, это одна из вещей, которая приводит людей к коучам и астрологам, — то, что тебе говорят, как правильно.

Вероятно, даже можно представить сценарий, в котором неработающая астрология может кому-то помочь. Астролог поймет, чего хочет клиент, и скажет, что по звездам все так и будет, — тогда у человека прибавится уверенности в своем решении. Правда, на такой пример мы найдем кучу антипримеров, где астролог давал вредные советы.

Притягательность простоты понятна: жизнь — штука сложная, ответственность брать желания нет, а жить лучше хочется. Если человеку предлагают решение, он начинает воображать светлое будущее, в котором у него куча денег и все проблемы решены. А наука этого не обещает: ученый, например, не может сказать, что у него есть лекарство от рака, которое стопроцентно поможет, или научно доказанный способ стать миллионером.

У мошенников — да и просто идейных антинаучных деятелей — на месте эксперта может быть любой человек. Я называю это феноменом ложной экспертности. В некоторых материях любой может стать специалистом за секунду. Например, люди без медицинского образования и представлений о человеческой анатомии и физиологии становятся популярны и легко продают свои «БАДы» и методы альтернативной медицины. Популярность не обязательно говорит о качестве или таланте. Легко изобразить из себя эксперта и кричать, что изобрел новаторскую методику лечения рака сельдереем.

— Почему даже у самого бессмысленного продукта всегда пул фанатов?

— В альтернативной медицине коварный трюк в том, что можно лечить болезни, которые легко проходят сами. Тогда заслуги естественного выздоровления приписываются тому, кто лечил.

Например, та же гомеопатия, в которой нет действующего вещества и которая в принципе не может работать. Самый популярный в мире гомеопатический препарат — «Оциллококцинум», от гриппа. На втором и третьем месте тоже лекарства от простуды и гриппа.

Гомеопатия от онкологических заболеваний тоже существует, но почему-то такой популярностью не пользуется. Или, например, гомеопатическая стоматология. У нее есть свои фанаты. Они боятся, что им будут сверлить зуб, — считают, что лучше обмазать зуб разведенной арникой и понадеяться, что природа сама все сделает. А она не делает, и потом у людей возникают серьезные проблемы.

Или вот есть такая антинаучная «биорезонансная диагностика». Человеку дают в руки электрод, и прибор что-то измеряет, изучает, как устроены органы пациента, где у него проблема и скопилась плохая энергия. И дальше прибор за несколько тысяч долларов выдает набор потенциальных диагнозов. Пациенту назначают БАДы, минеральные комплексы, йогу и кучу всего еще. А когда человек возвращается, на приборе нажимают кнопку «Повторный визит» — и устройство показывает в два раза меньше проблем. Уже нет ни захрустения печени, ни закальцирования сердца, осталась только гламуризация почек. Эти термины я выдумал, конечно.

О таком лечении обязательно будут положительные отзывы, пока пациент не поймет, что его обманывают. А если он получит намек, что все неправда, — не захочет признавать. Это называют ошибкой невозвратных затрат. Когда человек во что-то уже вложился, он будет продолжать это делать: никому не хочется ощущать себя дураком, которого обманули.

И вот это надо уметь преодолевать, потому что обмануть могут любого, и особенно легко обмануть себя. Главное — не обманываться дальше, а признать ошибку и извлечь из нее урок.

— Красивым людям больше доверяют. Какие еще факторы влияют на наш мозг и позволяют нас обмануть?

— Один из любимых приемов торговца всякой фигней — псевдоглубокомысленность. У меня сформировался образ моего злейшего врага — это псевдоэксперт, который сыплет умными словами, смысл которых сам не до конца понимает. Пытается произвести впечатление и сделать вид, что там, где все тривиально, на самом деле мегавеликая мудрость.

Простой пример: есть «дизайн человека», новая астрология. И если в обычной астрологии ретроградный Меркурий и Луна в каком-то доме, то здесь они берут термины из настоящей науки: «нейтрино проходят через кодоны ДНК», поэтому у вас такой-то тип личности. Человек слышит, как уверенно эксперт пользуется этими умными словами, и верит ему.

А когда разоблачаешь весь этот бред, приходится долго объяснять, что слова использовались неправильно — целую лекцию по физике или биологии надо прочитать. Эта лекция может быть не самой увлекательной в жизни человека, и слушать он ее не будет — просто останется при своем мнении. Так что это целое искусство — вывести «экспертов» с их псевдоглубокомысленными рассуждениями на чистую воду и объяснить, что за их словами ничего нет.

Получается как в сказке «Новое платье короля». По легенде, платье есть и устроено так, что его не видят только глупые. Но люди не хотят быть глупыми. Все боятся сказать вслух, что они не понимают, о чем речь. И соглашаются, что перед ними великая мудрость.

— «Москва-Сити», матча, фитнес. Какие еще образы помогают мошенникам нас обманывать и как это объясняется?

— Образы врачей, специалистов, знающих слово «квантовый», попытки выдать свою деятельность за научную.

Вообще, здесь мы наблюдаем своеобразную эволюцию мошенничества. Я уверен, что дурачить людей пробуют самыми разными способами, но это не всегда получается эффективно. А потом кто-то рано или поздно случайно находит рабочую схему. И когда она становится известной, ее начинают копировать, поэтому возникает ощущение однообразия. Зачем изобретать велосипед, если есть мошенническая схема, которую кто-то придумал и она работает.

— Какими методами завлекают людей в современные секты?

— Я заметил, что слово «секта» сразу у нас вызывает негативное ощущение. При этом некоторые секты не так уж сильно отличаются от обычных религий.

Хотя есть и особо деструктивные секты, которые угрожают жизни своих членов. Там людей интернируют и заставляют верить в искаженную реальность. Человек может быть хорошим, но с плохими идеями. И этим часто подкупают: например, когда кто-то оказался в сложной психологической ситуации, ему обещают решить проблемы. А дальше начинается спуск во все более зависимые отношения, и он уже не может уйти. И чем меньше у него автономии, тем больше он работает на секту.

У тех, кто завлекает в секту, для каждой ситуации есть алгоритм, в котором они оказываются в выигрыше. И этот алгоритм рассчитан на множество сценариев и разных людей.

Кто-то сердобольный, кому-то надо угрожать, а кому-то — предложить лотерейный билет. Человек, который придумывает мошенническую схему, секту или создает казино, в этом профессионал, он этим зарабатывает. И вы его, скорее всего, не победите. Вы думаете, что играете в шахматы, но на самом деле не знаете правил.

— Из-за каких еще биологических особенностей люди подсаживаются на бесполезные инфопродукты и вовлекаются в мошеннические воронки?

— У нас в обществе существует будто бы некая презумпция правды. Мы предполагаем, что если кто-то что-то говорит — скорее всего, он говорит правду. Это не значит, что мы отрицаем существование лжи. Но если к вам подойдет соседка и скажет, что у нее наводнение в квартире и поэтому ей надо от вас позвонить, скорее всего, вы подумаете, что так оно и есть.

В какой-то мере хорошо, что мы так устроены: это позволяет кооперироваться. Не хотелось бы жить в параноидальном мире, где все друг друга подозревают во лжи и всюду выискивают заговоры. Но другая крайность — это, например, то, как многие люди относятся к положительным отзывам и инфлюенсерам, чрезмерно им доверяя.

Чем больше людей живет с такой презумпцией правды, тем вроде бы общество здоровее. В то же время в таком мире легче быть мошенником: удобно обманывать там, где уличить тебя во лжи неприлично. Вот такой парадокс, и мошенники этим пользуются.

Кроме того, ослабить критическое мышление может ощущение срочности. Например, это могут быть слова мошенника по телефону: «Ой, вашего сына сбила машина, немедленно нужны деньги на операцию!» А может быть срочность в виде упущенной выгоды: «У нас есть суперуникальное средство, но купить его можно только здесь и сейчас». Надо фиксировать такие красные флаги и не вестись на них.

— Есть ли у вас какой-то внутренний критерий того, кто может считаться экспертом, а кто нет, и как вы это для себя определяете?

— Например, я рассказываю о том, в чем у меня есть определенный бэкграунд. Сам долгое время был действующим ученым, входил в комиссию по борьбе со лженаукой, занимался экспериментами по проверке экстрасенсов. Я разбираюсь в теме и могу об этом говорить. Но это не значит, что кто-то без научного бэкграунда не может читать об этом лекции.

При этом и человек с регалиями может быть полнейшим мракобесом. К примеру, мы столкнулись с тем, что в Академии наук есть доктора медицинских наук, которые продают и защищают гомеопатию, пишут о ней статьи в научных журналах. Это скорее исключение, чем правило, но такие люди существуют. Поэтому нельзя судить только с позиции регалий.

Универсальных критериев нет, но в науке я бы выделил пару красных флагов:

1. Куча непонятных умных слов. Квантовая медицина, биорезонанс, чакры, биополя, аура, кодоны в нейтрино. Если вам кажется, что вы чего-то не понимаете, не всегда проблема в вас.
2. Позиция автора не соотносится с общепринятой наукой. Например, есть врач, и только он один лечит определенным методом. Для многих людей это, наоборот, положительный критерий, ведь врач — автор инновационного подхода, который стоит попробовать. Но если он придумал такой классный метод, почему никто не захотел его практиковать? Почему ему не дали за это Нобелевскую премию? Почему метод не стал стандартом медицины? Почему о нем нет мировых научных публикаций?

Такая фокусировка на личности и суперавторской методике — это красный флаг, а не признак скрытого гения. Результаты людей, которые реально совершают прорывы в медицине, науке, придумывают что-то оригинальное, становятся частью общепринятых практик.

— Советы ChatGPT против консультации врача. Почему люди все чаще верят искусственному интеллекту?

— Нейросети становятся все популярнее. Понятно, что они могут глючить и нести полную фигню. Но что любопытно: например, если спросить у ChatGPT, научна ли астрология, ответ будет отрицательным. Наверное, можно подобрать искаженный промпт, чтобы она ошиблась, но тут надо постараться.

Думаю, минимальная вещь, которую может сделать любой, — это спросить нейросеть. Не использовать ее ответ как истину в последней инстанции, конечно, но это простое действие предостережет от многих форм очевидного мошенничества.

При этом ChatGPT может поставить неправильный диагноз, накидать странных схем лечения и накрутить симптомов, которых у вас нет. Но если нейросеть скажет, что метод, который вам предлагают, науке неизвестен, этому утверждению, скорее всего, можно верить.

— Насколько среднестатистическому россиянину свойственно магическое мышление и интерес к эзотерике?

— Мне в силу моей деятельности постоянно скидывают примеры магического и антинаучного мышления, так что у меня общая картина немного смещена. Но могу сказать, что магическое мышление универсально и в целом свойственно всем людям, просто одни чуть больше этому сопротивляются, а другие — меньше.

Магическое мышление появляется потому, что людям для выживания полезно уметь строить причинно-следственные связи и находить ассоциации. Это важная адаптивная функция нашего мозга. Но даже у хорошо написанной программы бывают ошибки, так и здесь: иногда мы находим закономерности, которых нет, — это побочный продукт работы мозга.

Такое явление называют по-разному. Например, для поиска закономерностей в случайных данных есть термин «апофения». Увидеть лицо на подгоревшей гренке нормально для человека. Только кто-то скажет: «О, прикольно, гренка подгорела» — и не придаст этому мистического значения, а кто-то заявит, что это чудо. В этом большая разница.

— Кто меньше поддается магическому мышлению — гуманитарии или технари?

— Здесь надо определить, что именно мы анализируем: веру в магию, эзотерику, религию или что-то еще. К тому же люди не делятся на две такие строгие категории, как минимум есть еще естественники. Что касается веры во что-то эзотерическое, я не видел исследований, которые бы показывали, что, допустим, гуманитарии или естественники более склонны к такому. Но есть, к примеру, статистика о вере в бога, и среди ученых-биологов процент верующих минимальный. Это закономерно, потому что вытекает из свойств самой дисциплины: в биологии мы знаем, что эволюция была, что человек и шимпанзе имели общего предка, и это подрывает некоторые религиозные нарративы.

Если говорить о вере в паранормальное, один из главных предикторов — это не образование и интересы, а скорее аналитическое мышление. Это то, насколько человек готов поставить под сомнение свою точку зрения. Склонность задумываться о правильности собственных мыслей заметно отталкивает людей от веры в мистику.

— Почему вы убеждены, что паранормального не существует? Где доказательства отсутствия домового, порчи, полтергейста?

— Это большое заблуждение, что наука изначально настроена против паранормального и отрицает его существование. Долгое время ученые проверяли заявления о сверхъестественном. Например, знаменитый физик Майкл Фарадей проверял экспериментально, существуют ли духи, которых можно призвать во время сеанса столоверчения. Бенджамин Франклин исследовал заявления о месмеризме — воздействии на человеческую психику с помощью некоего воображаемого магнетизма.

Я и сам долгое время участвовал в проекте «Премия имени Гарри Гудини». Мы предлагали любому желающему прийти и доказать, что он обладает паранормальными способностями, в рамках корректно поставленного научного эксперимента. И если бы они действительно могли сделать то, о чем говорят, мне пришлось бы съесть свою шляпу, публично извиниться и признать, что я был неправ насчет паранормального.

Но результаты эмпирических проверок раз за разом показывают, что этого нет или это обычный материальный феномен, который вписывается в современную физику или биологию, а не духи или чтение мыслей. На мой взгляд, бремя доказательства должно лежать на заявителе. Если человек утверждает, что у него завелся домовой, пусть представит хоть какие-то надежные свидетельства.

— Откуда эта мода на тайное эзотерическое знание?

— Заявление, что знание тайное, а не общеизвестное, очень удобно. Якобы ученые предвзяты, они специально это не исследуют, не хотят, чтобы люди узнали правду. А у «мага», дескать, нет желания кому-то что-то доказывать. Тут часто играют на желании людей чувствовать себя особенными. Это знание откроют только тебе. Ты избранный, Нео. Ты не такой, как эти зашоренные сторонники официальной науки. Ты умеешь смотреть вглубь. И неважно, что это все прикрытие для отсутствия пруфов.

— Почему мифы вроде теории притяжения из фильма «Секрет»  , которые используют мошенники, так устойчивы?

— Посыл фильма «Секрет» основан на магическом мышлении: если ты что-то визуализируешь, ты к этому приближаешься. Хочешь стать богатым — вообрази, что у тебя много денег. И в фильме используют заумную терминологию, чтобы придать всему этому некую околонаучную правдоподобность.

Магическое мышление сильно. Например, когда мы читаем в «Гарри Поттере» описание зелья, превращающего волшебника в другого человека, нам кажется логичным, что нужна частичка волос или ногтей этого человека. Здесь используется одна из основных разновидностей магического мышления — магия подобия, или магия имитации. Это представление о том, что мы можем достигнуть чего-то, имитируя это действие. Термин ввел антрополог Джеймс Фрэзер, он написал книгу «Золотая ветвь: исследование магии и религии».

Фрэзер изучал, в какие магические ритуалы верят люди разных стран и народов, и пытался понять, что у них общего. Магия подобия — это их общий элемент. Еще один — магия контакта: когда мы с чем-то контактируем, есть ощущение, что между взаимодействующими элементами сохраняется связь. Например, если храним брелок друга или бывшего партнера, мы как будто в нем носим частичку этого человека. Это нормальное ассоциативное мышление, когда мы связываем брелок с кем-то близким, но некоторые превращают эту связь в нечто физическое — к примеру, считают, что по брелоку можно наложить заклятие. Это просто неправильное использование в целом правильного принципа мышления. Такой подход свойственен многим людям, и на этом играют те же участники «Битвы экстрасенсов».

— Может ли несерьезный интерес к эзотерике — мемы, рилсы, шоу «Битва экстрасенсов» — навредить? Попадаю ли я в воронку лояльных к магии, если просто смотрю такое ради развлечения?

— Думаю, это сильно зависит от человека. Здесь как с курением: один закурил, выкинул сигарету и больше не курит, а другой попробовал однажды и пристрастился на всю жизнь. Лучше с этим не связываться.

Самое неразумное — это предположить, что я такой особенный и умный и меня никогда не обманут. Все как раз начинается с чрезмерной самонадеянности.

Я, хоть и написал книгу о вере в сверхъестественное, не стал бы для прикола, например, интегрироваться в секту. Это не звучит как безопасная история: методы воздействия и формы общения, с которыми там столкнешься, могут сильно расходиться с привычными. К тому же человек не знает наверняка, как он себя поведет в той или иной ситуации, как на него смогут надавить.

Это как базовые правила гигиены. Обычная гигиена защищает от микробов, а информационная — от вредоносных мемов. Покупая продукцию у тех, кто вводит людей в заблуждение, мы поощряем общую систему обмана. Мир становится хуже с каждым притоком капитала туда. Хотелось бы жить в обществе, где люди, обманывающие других, не могут этим зарабатывать. Поэтому лучше не пользоваться такими услугами даже просто ради развлечения. В статистике продаж такой ироничный покупатель выглядит точно так же, как обычный.

— Есть ли опасность, например, в безобидных ежедневных гороскопах?

— Каждый, кто всерьез рассуждает о гороскопах, сигнализирует своему окружению, что в этом что-то есть. А люди так устроены, что чем больше вокруг них о чем-то говорят, тем вероятнее, что и они этим заинтересуются. Большинство людей — конформисты, им интересно, что думают другие, мало кто хочет быть белой вороной. Опасность в том, что мы правда в это поверим и начнем организовывать свою жизнь вокруг астрологии. С помощью нее будем подбирать пару на сайтах знакомств, выбирать день для проведения медицинской операции и так далее. Некоторые уже так делают.

Конформизм также наглядно проявляется в религии. Не все об этом задумываются, но как объяснить, что конкретная конфессия человека лучше всего предсказывается банально местом?

Если человек родился в православной стране, с высокой вероятностью он будет православным. А если в мусульманской — мусульманином. Конечно, бывают исключения: некоторые идут против своего круга, меняют точку зрения. Но в целом люди склоняются к тому, во что верит их ближайшее окружение.

Опасность конформизма в том, что так на веру можно принять любую ерунду. И тогда правда станет твоим врагом. А наша картина мира часто говорит нам, кому доверять, как правильно лечиться, как питаться и так далее. Иметь объективную картину мира, заземленную в реальности, а не во мнении окружающих, очень важно.