Приложение Т—Ж
В нем читать удобнее
Я спасаю лес и животных от браконьеров
Кто помогает
3K
Фото в материале — фонд «Озеро Байкал»

Я спасаю лес и животных от браконьеров

Из-за этого на меня периодически нападают, а мой дом сожгли
10
Аватар автора

Николай Маковеев

спасает лес от браконьеров

Аватар автора

Антон Ефимочкин

поговорил с героем

Страница автора

Ежегодно в России уголовные и административные дела тысячи браконьеров доходят до суда.

Их судят за незаконную охоту, ловлю рыбы, вырубку лесов, а также за нападения на инспекторов особо охраняемых природных зон, ООПТ. Всего в России до 13 тысяч таких зон — в них на 2021 год работали 3727 человек.

Я стал инспектором в Забайкальском национальном парке в 2001 году и сейчас занимаю должность заместителя директора по охране. Ежегодно браконьеры наносят стране ущерб примерно в 20 млрд рублей, и я вместе с коллегами борюсь с этим. В этом нам помогает фонд «Озеро Байкал», который закупает современное оборудование для поиска нарушителей.

Расскажу, как построена наша работа и как нас поддерживает НКО.

О важном

Эта статья — часть программы поддержки благотворителей Т⁠—⁠Ж «О важном». В рамках программы мы выбираем темы в сфере благотворительности и публикуем истории о работе фондов, жизни их подопечных и значимых социальных проектах.

В июле и августе мы рассказываем о теме диких животных. Почитать все материалы о тех, кому нужна помощь, и тех, кто помогает, можно в потоке «О важном».

Как я стал защищать лес

Я родился в Мухоршибирском районе в южной части Бурятии. Когда мне исполнился год, мы переехали в поселок Курбулик в Баргузинский район. Сейчас он входит в состав Забайкальского национального парка, образованного в 1986 году.

В нашей семье было пятеро детей, а в населенном пункте не оказалось детского садика и средней школы. Поэтому мы все время проводили на улице.

В мои девять лет мы переехали в более крупный поселок Усть⁠-⁠Баргузин. Но на лето приезжали в Курбулик и много времени проводили в лесу: ходили в походы и на рыбалку. Это привило мне любовь к природе.

В 1996 году я окончил десятый класс и поступил в сельхозакадемию в Иркутск на факультет охотоведения. В 2001 году выпустился из учебного заведения и вернулся в Усть-Баргузин. С тех пор работаю на территории ООПТ.

Изначально я стал старшим государственным инспектором в Забайкальском нацпарке. На этой должности занимался охраной природы: тушил пожары, искал браконьеров, проводил рейды, дежурил на постах, вел учет зверей, занимался экологическим просвещением туристов.

После стал руководителем оперативной группы из 20 человек — распределял, кто на каком посту будет дежурить и чем заниматься. Мы также боролись с браконьерами: составляли протоколы и отдавали их в полицию для возбуждения уголовных дел.

Затем я стал заместителем директора по охране в Забайкальском нацпарке. В 2012 году к нам присоединили Баргузинский заповедник и природный заказник «Фролихинский» — в них мы тоже проводим патрулирование. Сейчас у меня в подчинении 57 человек.

Какие нарушения есть в нацпарке

В начале 2000-х в ООПТ было массовое браконьерство, а промысловые участки поделены между криминальными структурами. Инспектора за этим особо не следили, а силовики были заодно с браконьерами. Те массово вылавливали рыбу, убивали редких животных, безнаказанно рубили лес.

Я начал жесткую борьбу и не соглашался на «договорняки». За это в 2007 году сожгли мой дом, а на меня самого периодически нападали. Но я стоял на своем и добивался уголовных дел и реальных сроков для браконьеров. Постепенно число нарушений пошло на спад, и к 2014 году таких случаев стало совсем мало.

Браконьерам без разницы, в какой период можно охотиться или ловить.

Им не надо ничего оставлять на следующий день для потомков. Сегодня сколько поймаешь рыбы — столько и продашь. Поэтому они идут на все, чтобы больше заработать: ловят в нерест  , расставляют сети.

Это наносит большой ущерб водным биологическим ресурсам. Если ловить рыбу в нерест, она не оставит потомства, тогда популяция уменьшится. А если браконьер потеряет сеть, она начнет пассивно вылавливать рыбу — и та просто погибнет.

Раньше у нас могло быть 20 уголовных дел за год, но за 2022 год — всего одно. Вот какие нарушения совершают в нашем нацпарке сегодня.

Транспортные. Чтобы попасть на территорию ООПТ, надо получить разрешение. Но некоторые заезжают на лодках, машинах и мотоциклах без одобрения — в объезд КПП или прямо под шлагбаум. Мы находим таких нарушителей во время патрулирования территории.

Режимные. Люди с пропусками тоже нарушают режим: например, выгуливают собак без поводка, ставят палатки в неположенных местах.

В разгар туристического сезона сложно уследить за каждым гостем. При этом если они устраиваются на ночлег там, где нельзя, то могут намусорить и привлечь этим медведя. Собака же может задавить птенца или начать охоту на зверей.

Но иногда сами туристы помогают нам отлавливать браконьеров. Было несколько случаев, когда они замечали сети или недоброжелателей — отзванивались и сообщали о правонарушителях.

Бороться с браконьерами нам помогает фонд

Фонд «Озеро Байкал» помогал нам дважды. В 2021 году он выделил 1,2 млн рублей, и на эти деньги мы закупили новый квадрокоптер и фотоловушки.

Мы выставили ловушки на всех дорогах и тропинках в лес. Это объемные коробки, которые видно издалека. Они фотографируют любого, кто заходит в нацпарк, и сразу же присылают фотографии на электронную почту.

Так инспекторам получается экономить время, поскольку мы меньше патрулируем эти места. А люди, даже если хотели нарушить правила, меняют решение, увидев фотоловушку. Некоторые однажды зашли в масках, но мы ведь знаем всех вокруг, поэтому сразу опознали нарушителей.

Также благодаря фотоловушкам мы увидели животных, о которых даже не знали, что они живут в нацпарке. Постоянно фиксируются косули, лоси, медведи, волки, лисицы, рыси, а также различные птицы, которые умудряются попасть на снимки.

Аватар автора

Антон Ефимочкин

старший менеджер проектов в фонде «Озеро Байкал»

Страница автора

«Мы решили поддержать тех, кто защищает природу Байкала»

Миссия нашего фонда — сберечь самое глубокое озеро на планете. Инспектора находятся на передовой этой работы, поэтому мы решили поддержать тех, кто защищает природу Байкала. Так родился проект «Байкал заповедный: охраняя, оберегаем».

В обязанности инспекторов входит охрана и контроль за соблюдением режима на территории, обеспечение безопасности на туристических маршрутах, предотвращение пожаров, патрулирование территории. Из-за того, что их всего 65 человек, они очень перегружены. Так ставится под удар возможность полноценно охранять и сохранять Байкал.

В самом начале проекта мы пообщались с разными инспекторами и проанализировали, с чем есть проблемы. На основе этого создали три основных направления работы.

Материально-техническое обеспечение. В этом направлении мы закупаем оборудование, которое помогает инспекторам более эффективно работать. Например, благодаря фотоловушкам легче зафиксировать и доказать факт правонарушения, а приборы ночного видения позволяют видеть в темноте.

Помощь руками. Поскольку у инспекторов много дополнительных хозяйственных и операционных задач, которые невозможно передать другим сотрудникам, то в «высокий» сезон им требуется помощь. Иногда у них нет времени даже поесть. Чтобы помочь инспекторам, в 2023 году мы запустили волонтерские смены в поселке Давша в Баргузинском заповеднике.

Первая смена прошла с 6 по 18 июля, в ней было 15 волонтеров, которые помогали расчищать туристические тропы от деревьев. Планируем приглашать добровольцев постоянно.

Инспектора Забайкальского нацпарка
Инспектора Забайкальского нацпарка
Байкал — то, что мы защищаем от людей
Волонтеры, которые стали участниками первой смены
Они помогали пилить дрова и занимались той работой, на которую инспекторам обычно не хватает времени

Обмен опытом. Мы организовываем мероприятия для обмена опытом с коллегами из других заповедников. На вебинарах рассказываем, как с помощью технологий мы экономим время и улучшаем эффективность работы.

Мы привлекаем деньги на работу проекта благодаря пожертвованиям и грантам от Фонда президентских грантов, фонда «Мир Вокруг Тебя» и фонда «Код Добра».

Николай Маковеев провел вебинар на тему «Передовые методы охраны заповедных территорий и вопросы предупреждения и предотвращения нарушений». Планируем провести еще один до конца лета
Николай Маковеев провел вебинар на тему «Передовые методы охраны заповедных территорий и вопросы предупреждения и предотвращения нарушений». Планируем провести еще один до конца лета

В 2023 году фонд выделил 1,3 млн рублей. На них мы купили три бинокля ночного видения, три инфракрасных лазерных осветителя, четыре навигатора с функцией фотофиксации, семь персональных видеорегистраторов, один тепловизионный монокуляр.

До этого мы пользовались устаревшими тепловизорами: они вредили зрению сотрудников и не помогали обнаруживать браконьеров на воде. С новыми приборами все иначе, от них не портится здоровье.

Благодаря помощи фонда браконьеров стало намного меньше: они знают, что за ними следят в режиме реального времени, и предпочитают не нарушать закон. Ведь это дорого обходится.

Самец сибирской косули обходит свой участок, чтобы понять, не появился ли у него конкурент. Здесь и далее — снимки с фотоловушки
Лисица с добычей после удачной охоты: в зубах — самец обыкновенной кряквы. Им она торопится накормить своих лисят
Самка сибирской косули в положении: скоро у нее появится на свет теленок, забот с лихвой прибавится
Самка сибирской косули на прогулке, пока ее теленок надежно спрятан в лесной чаще. Нагуляв молоко, она поторопится к своему детенышу
Вольно гуляющий пес породы сибирская лайка в Забайкальском национальном парке. Поскольку он может нанести ущерб окружающей среде, мы нашли хозяина и провели с ним профилактическую беседу. Теперь он знает правила поведения на особо охраняемой природной территории
Ночные кормежки сибирской косули. Она хочет набраться сил для дальнего осеннего перехода к местам зимовки

Как помочь животным, которым угрожают люди

Фонд «Озеро Байкал» с 2016 года работает ради сохранения самого глубокого пресноводного озера на планете. Вы можете поддержать его работу, оформив регулярное пожертвование:

Антон ЕфимочкинКак, на ваш взгляд, можно еще уберечь природу от браконьеров?
  • Resurrectedпомню была статья как какие-то браконьеры убили лося или самку лося... в общем там браконьерами оказались местные чиновники. А в итоге арестовали самого офицера охраны природы. Как защитить? никак.15
  • ЛанаВы делаете Большое Дело. Спасибо! Спрос рождает предложение- я думаю, если люди откажутся от настоящего меха и кожи в пользу искусственной - меньше бедных животных умрет. А еще увеличить штрафы, а на эти деньги купить необходимое оборудование для поимки браконьеров12
  • user1621699Просто хотела сказать СПАСИБО за вашу работу!37
  • AlenaStribog FДа, слов не хватает, чтобы выразить благодарность. Пока такие люди в моей стране еще остаются, свет надежды не гаснет.15
  • Анастасия ЧаплинМой любимый цикл статей, спасибо!8
  • Maxim DonikaЯ всегда полагал, что фотоловушки — маленькие автономные камеры с низким разрешением и ИК-подсветкой. В лучшем случае от них можно ждать фотографий, которые похожи на кадры с камер наблюдения: деталей и днём не разобрать, а ночью и подавно. А они снимают лучше, чем современные флагманские смартфоны!10
  • A TУ меня в детстве была любимая книга, Спангенберг "Из жизни натуралиста" 1955г. Эта книга и сейчас у меня на полке. Оттуда я узнавал про заповедники и дикие места всего СССР, читал про Баргузин и Сихотэ-Алинь. Очень хочется побывать в этих местах, в дикой природе. Потихоньку стараюсь ездить в разные уголки страны, хожу в походы. Но вот до Байкала всё никак не доберусь..12
  • Чеширский котейкаТак круто, что кто-то еще продолжает бороться за сохранение природы. После того, как из страны страны погнали Всемирный фонд, стало очень грустно. У меня были ежемесячные пожертвования им настроены. и теперь они отменились. Так что я поисках нового фонда, который заботится о природе7
  • Анжела СавицкаяДа что ж за день-то такой. Уже второй благотворительный фонд, на который подписываюсь на ежемесячные отчисления))3
Вот что еще мы писали по этой теме
Сообщество
Александр Елонаков, ревматолог
Александр Елонаков, ревматолог
Есть ли разница способов введения метотрексата