«Мы не будем их ругать, а поверим в них»: как в кубанской станице помогают подросткам, которым некуда пойти

В сентябре 2026 года центры содействия образованию «Большой Перемены» начали работу ещё в десяти местах: в Брянске, Иркутске, Тулуне, Калуге, Нижнем Новгороде, Ярославле, Хабаровске, Вяземском, Тюмени и станице Родниковской. Это вторая волна проекта, который мы запустили вместе с «Курсом добра» Т⁠-⁠Банка.

В центрах дети и подростки с опытом сиротства и в трудной жизненной ситуации учатся по индивидуальной программе: восполняют пробелы в знаниях, готовятся к экзаменам, привыкают увереннее чувствовать себя среди сверстников и взрослых. Почти все центры находятся в городах, а один — в небольшой станице Родниковская Краснодарского края.

Там есть большой Дворец культуры в стиле сталинского ампира, на его базе уже шестой год работает организация «Живой Родник». Руководит ею театральный режиссёр Инна Курносова. Мы познакомились этим летом, и мне хочется рассказать, с чего у них начались изменения. А началось всё, как ни странно, с окна.

Однажды вечером сотрудники Дома культуры заметили, что в здание через окно забрался подросток. Это был Никита. Увидев взрослых, он первым делом попросил: «Только полицию не вызывайте».

Не вызвали. С Никитой сели и поговорили. Зачем полез в окно, он и сам толком не знал, ему просто было скучно. К тому что взрослые ничего хорошего от него не ждут он давно привык: Никита состоял на учёте, как и его друзья. Всего тогда в станице на учёте было семнадцать подростков.

Вместо разговора о наказании его вдруг позвали на экскурсию по ДК, а потом и в театр. Он удивился, но пришёл, а следом потянулись и друзья. «Они поняли, что мы не будем их ругать и читать нотации, а поверим в них», — говорит Инна.

Так появился театр для ребят, которым в станице больше и некуда было пойти и нечем заняться. В первый же год они заняли третье место на престижном краевом конкурсе. Призовые были совсем небольшие, но для ребят это первая настоящая победа. А к концу года с учёта сняли пятнадцать человек из семнадцати.

Театр в ДК, кстати, был и раньше: взрослая народная студия. Но она угасала. Над Инной даже посмеивались: какой театр в маленькой станице, кому он нужен? Переубедили всех и изменили отношение именно эти подростки: на их спектакли стали приходить жители, вокруг Дворца культуры постепенно собралось сообщество.

«То, что было шесть лет назад, и то, что сейчас, — это небо и земля», — отмечает Инна.

Инна — потомственная казачка, вернувшаяся на Кубань. С Татьяной, директором Дворца культуры, они работают вместе много лет. Несколько лет назад они устроили в станице первый рок-фестиваль и уже тогда заметили, сколько вокруг ребят, которым просто нужно подставить плечо.

Но Дворец культуры — бюджетное учреждение, подавать заявки на гранты оно не может. Поэтому в 2021 году появилась некоммерческая организация «Живой Родник». Что не может сделать ДК, то делает она, и наоборот. Кружки для всех детей станицы ведёт Дом культуры. «Живой Родник» работает с ребятами, которым сейчас трудно. Занимаются и ставят спектакли они вместе, никого не делят на «своих» и «особенных».

Сама Инна живёт в районном центре, в Курганинске, в десяти километрах от станицы, и каждый день ездит в Родниковскую на работу. Когда её спрашивают, зачем ей всё это, она отвечает честно: «Мне классно от того, что вокруг меня улыбаются люди».

Всё здесь по-прежнему крутится вокруг театра, но выросло из него много направлений. Для спектаклей нужны были костюмы и декорации — появились творческие мастерские. Их ведёт Валентина, теперь она ещё и куратор в новом центре содействия образованию. Девочки садятся за профессиональные швейные машинки и учатся шить вещи, в том числе и для себя. В станице это умение очень пригодится.

Медиастудию «Белый Ворон» придумали сами выпускники. Они пришли к Инне и сказали: не всем хочется выходить на сцену, а вот снимать ролики — со смыслом, красиво, по-настоящему — интересно многим. Сейчас студии уже пять лет. Оборудование и свет ребята во многом купили сами, выиграли грантовые конкурсы.

Для тех, кто пока не готов ни к сцене, ни к камере, есть волонтёрство. Это самый мягкий способ войти в сообщество: здесь можно попробовать всё понемногу. Ребята вместе с педагогами придумывают мероприятия, отвечают за квартирники и киноклуб. Во время спектаклей они помогают осветителям и звукорежиссёру, открывают занавес, регистрируют гостей. А ещё ходят в магазин для пожилых жителей станицы и помогают им по хозяйству. Ребятам, которые настороженно относятся к взрослым, здесь легче начать: просто прийти и помочь.

А однажды на спектакль приехали люди из общества слепых. После представления их руководитель подошёл к Инне и сказал: «С нами никто не хочет заниматься». Теперь некоторые незрячие ребята и взрослые приезжают в станицу и играют в том же театре, вместе с подростками.

Артёма в театр привела мама, когда он учился в восьмом классе. Учёба давалась ему непросто, и про него говорили, что на него нельзя положиться. Поэтому, когда Инна дала ему главную роль царевича в сказке, коллеги её отговаривали: «Что ты делаешь? Он же всё сорвёт». Не сорвал. «Когда я вышел на сцену, понял, что это моё, — вспоминал он потом. — И решил, сделаю всё, чтобы доказать: из меня может что-то получиться».

После школы он поехал поступать в Москву. В первый год дошёл до третьего тура в трёх театральных вузах и не прошёл никуда. Ещё год готовился, а на второй раз поступил уже во все три и выбрал ВГИК. Этим летом он приезжал в станицу, и они с Инной вспомнили ту сказку. «Если бы вы тогда не дали мне эту роль, я не знаю, что бы со мной было», — сказал он.

Двое выпускников театра сейчас учатся в киношколе в Москве, ещё несколько ребят выбрали профессии в культуре. Но главный результат Инна видит в другом. Раньше подростки в станице и не думали о творческих вузах. «А теперь дети хотят сдавать литературу, — говорит она. — Это самое главное».

Со стороны истории Никиты и Артёма похожи на чудо. Но за ними стоит простое правило, которое в «Живом Роднике» сформулировали ещё в самом начале: не наказывать, а выяснять, почему так получается. «С того момента изменилась не только история детей, но и наш подход к работе», — говорит Татьяна.

Правило не отменяет трудностей. Катя пришла в театр в самом первом наборе, вместе с компанией Никиты. Дома у неё была непростая ситуация, и путь её на сцене напоминал качели: несколько недель всё хорошо, потом срыв. В первой же сказке она играла принцессу, своевольную, почти как она сама. Перед генеральной репетицией она вновь поступила своенравно, и Инне пришлось отдать роль другой девочке. Катя хлопнула дверью, а через несколько дней вернулась и извинилась. Потом всё повторялось ещё не раз.

Перелом случился не сразу, и помогли многие взрослые, которых она встречала. Среди них была и съёмочная группа, которая приехала в станицу снимать документальный фильм. «Вы показали мне, что может быть другая жизнь», — сказала потом Катя Инне. Сейчас у неё своя семья и маленький сын. На его крестинах она повернулась к Инне: «Инна Михайловна, вы представляете: я — и в храме».

Инна считает, что Катя поняла главное: значимые взрослые всё это время были рядом. «Она может в любой момент к нам прийти, и её как минимум выслушают и не прогонят. Я считаю, это дорогого стоит».

Ещё одну вещь Инна повторяет часто: почти всё начинается в семье. «Если семья идёт на контакт — это восемьдесят процентов успеха. Если хотя бы не мешает — уже хорошо».

Много лет команда работала на чутье. Верили в ребёнка, искали, в чём он силён, но ничего не записывали. «Не фиксировали, каким ребёнок к нам пришёл. Мы просто жили, просто работали», — говорит Инна.

Когда им предложили стать партнёрами «Большой Перемены», она сомневалась. Думала, что это очередное обучение, после которого ничего не меняется. Больше всего боялась, что придётся тонуть в отчётах. А потом увидела нашу технологию и узнала в ней свою работу, только продуманную и описанную. «Зачем изобретать велосипед, если люди работают так же, как ты, только структурнее?»

Больше всего ей откликнулся консилиум — встреча, на которой педагоги, психолог и куратор вместе разбирают ситуацию одного ребёнка, чтобы каждый работал не только «на своей грядке». Раньше ведь их педагоги обсуждали истории ребят на бегу, между репетициями. Однажды девочка на сцене громко предупредила остальных: «Сейчас придёт Инна Михайловна и всё нам порежет». Она и не знала, что Инна уже полчаса репетирует с ними в одном зале. Одного взрослого ребёнок побаивается, с другим он открыт. Когда специалисты разбирают ситуацию вместе, это видно сразу, и понятно, кто из взрослых сейчас ребёнку ближе.

Второе открытие — динамика. Такие перемены как у Кати складываются из маленьких шагов, и их легко не заметить. Светлана, которая руководит отделом по делам молодёжи в Курганинске и теперь стала куратором центра, говорит, что технология научила её замедляться. «В моей работе всё время требуют списков, отчётов, результатов. А здесь я поняла, что могу сделать шаг назад и посмотреть на ситуацию глазами ребёнка». Она учится замечать, как меняется подросток, и говорить ему об этом. «Обычно таким ребятам говорят обратное: ты стал хуже, у тебя плохое поведение».

Летом Светлана проводила смену в палаточном лагере для сорока подростков, которые стоят на учёте. Вместе с ними устраивали круглые столы: обсуждали, чем ребятам хотелось бы заниматься. Многие договорились с родителями и с сентября пришли в центр сами, а не потому что их отправили туда.

Технологию изучали не только будущие кураторы. Позвали четырнадцать человек, никого не заставляли. «Пятилетку за два дня — этого мы не приемлем, — говорит Инна. — У нас всё должно быть по любви». В итоге семеро готовы вести детей по индивидуальным маршрутам. Больше всех удивили коллеги, которым за шестьдесят: от них ждали сопротивления, а они загорелись первыми.

На очной встрече в фонде этим летом у команды было ощущение, что они приехали домой. На сессии плейбек-театра Инна почти вытолкнула Татьяну рассказать свою историю. Та всегда сомневается в себе, а в тот момент переживала непростое время. После этого, говорит Инна, Татьяна будто перезагрузилась.

Размышляя о будущем, Инна говорит сначала о людях, которые работают рядом. «Такие проекты помогают не только детям, но и педагогам поверить в свои силы и понять, что они делают нужное дело». А ещё ей хочется, чтобы и дети, и взрослые в станице почувствовали, что и здесь тоже есть поддержка. «Надо делать хорошо там, где живёшь. Тогда всем будет хорошо».

Спасибо Инне, Татьяне и всей команде «Живого Родника». И всем, кто поддержал сбор в «Курсе добра»: теперь в Родниковской ребята могут учиться в своём темпе, рядом со взрослыми, которые в них верят. А педагоги — делать такое важное дело.