Разочарования марта: что я читал в прошлом месяце
Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
А я вам в январе говорил, что это не повторится
1. Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных

У этой серии обычно нет каких-то провалов, и это не провал конечно, но в общем-то ответ даётся быстро и однозначно, а потом ещё раз даётся быстро и однозначно, а потом ещё раз. И интересное есть, но все равно не покидает чувство затянутости и самоповторов
2. Перевал в середине пути

Когда читаешь какой-то современный научпоп о мозге и нервной системе, там всегда авторов не откажет себе в том, чтобы пройтись по Фрейду, а заодно и по Юнгу (чтобы 2 раза не ходить). И вот когда читаешь автора, приверженного юнгианства, понимаешь почему. В остальное время попадается пара интересных мыслей, но ничего в корне неочевидного
3. Падение дома Ашеров

Все эти нескончаемые исписанные страницы я пробирался сквозь рассказы, которые при ближайшем рассмотрении выглядели гораздо менее привеливо и более безотрадно, чем я себе представлял. Это оформление заставило меня забыть об осторожности и не изучить подбор рассказов, хотя в глубине души (не так и глубоко, если быть честным) сидело осознание, что это будет похоже на Лавкрафта, где ужас вызывался скорее тем, что тебе надо пережить громадное количество описаний, чтобы добраться до действия, которое, что иронично, было настолько же интересно, насколько скучно подведение к нему. На первом же рассказе мной овладело уныние, нестерпимое от того, что всё оказалось ещё мрачнее. Бесконечные детали ради деталей…Пространные философские рассуждения…Мелькавшие среди них крохи действия мгновенно стыдливо скрывались из вида, словно нахождение у тебя на глазах угрожало их существованию.
Душу мою томила тоска, не прекращая мучить разум вопросом, зачем же я в это ввязался. А меж тем, кое-как пробравшись сквозь эту чащу, я выяснил, что По, тот самый, известный большинству как классик мистики и ужасов, был прекрасным сатириком. А кроме того написал отличный (псевдо) путевой дневник, который, словно это какая-то злая шутка, остался недописанным














