8 финансовых исто­рий актера Антона Лапенко

Актер театра и кино и видеоблогер Антон Лапенко стал гостем подкаста Т⁠—⁠Ж «План Б».

В материале — восемь историй о его первом заработке, финансовых провалах и крупных спонтанных покупках.

Помню, в детстве мы с братом играли какой-то коробкой в футбол. Просто ударили, и под ней оказалось много денег. Не помню, 20 тысяч это было или 2 тысячи — двумя купюрами. Мы зашли в магазин и сказали: «Нам жвачки», — и на первую купюру нам выдали штук семь Stimorol, по-моему. А потом еще два блока таких жвачек доложили. То есть оказалось очень много.

Когда ты находишь деньги, то почему-то боишься рассказать об этом родителям. И вот мы как-то очень глупо их потратили.

В детстве у нас с братьями и сестрами не было карманных денег. В большой семье сложно каждому их раздать. Питание было, а чтобы что-то себе купить, приходилось как-то самим изощряться. Я помню, мы с братом находили и сдавали какие-то бутылки, еще чем-то где-то промышляли.

Мыли машины: просто с ведрами стояли на дороге у колодца. И если кто-то из смелых водителей доверял нам свою машину, то мы мыли ее и покупали, я помню, какие-то пистолетики с пластмассовыми пульками и лазерные указки с разными насадками. Эти две вещи у нас считались очень крутыми.

Это был мой первый коммерческий опыт.

Студенты, которые еще на четвертом курсе института думали о будущем, уже начинали где-то сниматься. А я как-то совсем ушел в учебу, выпустился — и не понимал, что и куда.

Слава богу, меня как-то устроили в театр. Я получал там в районе 6, по-моему, тысяч рублей, и понятно, что меня это не устроило. И вообще, мне там не очень нравилось. Я ушел и просто мотался, нигде не работал. Были только какие-то халтуры: на мероприятии постоять, подержать что-то в руке, выступить в пантомиме — исключительно для поддержания штанов.

Эти халтурки были актерские. Например, планируется какое-то мероприятие у бренда. Допустим, пиратская вечеринка или что-то такое. Вот ты один из этих пиратов, который ведет конкурс. По-моему, однокурсник состоял в каком-то агентстве, и он мне подкидывал такие заработки.

Потом я пришел в электротеатр, там была уже стабильная зарплата, и можно было чуть-чуть выдохнуть и думать дальше, что-то делать. Тогда я и начал что-то снимать, придумывать и зарабатывать.

Это, конечно, большая проблема для молодых актеров. Места в театрах заняты, в кино тоже все на своем месте. Чтобы у тебя был хороший агент, надо сняться в кино, а ты не можешь сняться, потому что у тебя нет хорошего агента.

Иногда бывает так: ты снялся в рекламе, заработал большую сумму и смотришь на человека, который работает сутками, что-то таскает и получает за это копейки. И, конечно, возникает чувство несправедливости: почему так?

Но я успокаиваю себя тем, что мне вначале тоже было непросто. Вспоминаю, как я поступал в институт, как туда ездил, был вообще без денег, замерзал на станциях, ожидая ночью электрички.

С карьерой у меня тоже не то чтобы все гладко вышло. Меня не брали в кино, я окончил институт в 2011 году, и только в 2019 начался мой карьерный взлет. И то только потому, что я начал сам себя снимать. А до этого восемь лет просто мотался, не понимая, куда деться.

Когда спустя семь лет после выпуска ты не в театре и не в кино, то задумываешься: время идет, уже надо быть в обойме, а из театральных вузов выпускаются все новые студенты, появляются новые актеры. И ты как будто уходишь на задний план. Но я настолько любил эту профессию и эту работу, что даже не представлял для себя что-то другое. У меня была какая-то уверенность, что все получится.

Мне кажется, от этого и появились мои видео и сериал. Я начал снимать их, потому что понимал: я не могу этого не делать. Когда ты нереализованный актер, в тебе все равно сидит творчество. И когда мне было некуда это девать, я все идеи воплощал в своих видео. Это не было планом вроде: раз меня не снимают — окей, значит, я буду сам себя снимать, чтобы все увидели мой актерский талант. Нет, это просто была необходимость и невозможность не делать. От этого, наверное, все и пошло.

Короче, много было сложностей. Просто мозг устроен так, что все они забываются и воспринимаются как-то светло и по-доброму. Но, конечно, я благодарю судьбу и моих близких за то, что сейчас у меня все как будто бы более-менее получается.

В большой семье  ​сложно купить каждому ребенку то, что он хочет. Поэтому ты смотришь на других ребят, на соседей, которые ездят на достаточно неплохих машинах, — и все это где-то откладывается.

Сейчас я не то чтобы скупаю, но у меня уже, по-моему, шесть машин. И все они непростые и интересные. Наверное, это увлечение связано с каким-то недостатком в детстве. Я помню, что даже покупал журнал про автомобили, смотрел на них и мечтал.

Для меня самого это удивительно. Сейчас, отматывая воспоминания назад, я примерно понимаю, почему так происходит. Еще совсем недавно у меня была одна машина: мне на съемках сериала «Внутри Лапенко» подарили старенький Москвич. Но тут я заразился дрифтом — нашел занятие, которое меня отвлекает в куче съемочных дел. Открыл для себя что-то новое, что еще и хорошо у меня получается. То есть это прямо суперкайф и мое главное хобби.

В первую очередь я купил Toyota 86 — это дрифтовая машина, культовая и легендарная. Она была в неплохом состоянии, но я хочу, чтобы было вообще супер, потому сейчас она восстанавливается.

Еще из-за того, что я увлекся гонками, мне захотелось чего-то рычаще-кричащего. И я купил себе один внедорожник.

Потом случайно увидел Audi в салоне, очень красивый, 1974 года. Это оказалась моя самая неадекватная и спонтанная покупка. Потому что в салоне я был, чтобы купить машину в подарок брату, а дополнительно взял себе эту.

Я как-то снимал квартиру, мне захотелось прямо большую, 140 м². Она мне сначала понравилась, или я себя убедил в том, что она мне нравится, — и я начал там делать ремонт. Представлял уже, что я ее куплю, потому что она была выставлена на продажу.

Но оказалось, что квартира какая-то странная, соседи тоже непонятные, расположение такое себе, шумно. В общем, я потратил на ремонт миллиона полтора просто так. За это мне даже спасибо не сказали, съехал — и все. Я больше нигде вот так не терял деньги.

Я не люблю, когда деньги просто лежат. Их надо задействовать, на что-то потратить. И вот мы с другом как-то сидели на его участке в поселке, и у этого поселка был небольшой аппендикс — получается, отдельный поселочек. И я купил там недорого восемь участков с учетом, что два потом просто перепродам друзьям, чтобы соседи были свои. Потому что я слышал, что ты можешь построить какой угодно красивый дом, но если не повезет с соседом, то все, нормального загородного отдыха не будет.

Это было суперспонтанно, я быстро приехал, раз, раз — и все. Как-то мне очень там понравилось. Хотя покупка была достаточно рискованная. Я смотрел участки зимой, и могло оказаться, что там, ну, не кладбище, конечно, но что-то непонятное: странный там подрядчик или управляющая компания. Много подводных камней могло оказаться, но, слава богу, как-то повезло.

Сначала там вообще почти не было купленных участков, потом раз — и все начали их скупать. Чик-чик — уже дорожки и хороший поселок. Сейчас в нем все отлично. Здесь открыли развязку, и теперь цены выросли, наверное, раз в шесть. То есть у меня получилась случайная хорошая инвестиция.

А два соседних участка я продал однокурснику и коллеге, а сам построил баню, дом, гараж, мастерскую. Ну, то есть там почти гектар, можно разгуляться. Планирую построить еще один гараж для своих машин. Он будет прямо уютный, машины будут практически в доме стоять — вот такой будет эффект.

У меня есть баня, а после бани как будто положен какой-то массаж — ну, в идеале, конечно. И однажды я снимался с Дмитрием Нагиевым, а он был амбассадором бренда массажных кресел. И он говорит: я сейчас договорюсь, а ты выбери, что тебе нравится. Он знал там, понятно, всех главных людей. Мне сделали скидку 50%, я отдал что-то около 700 тысяч рублей. Потом привезли и установили кресло.

Я с удовольствием в нем сижу, но в основном провожу время не там, где оно стоит, а в мастерской. И это не то чтобы близко, когда быстренько, раз — и пришел к креслу. Но другие пользуются — я рад, когда приходят гости, я могу отойти чай заварить, а они сидят в кресле. Иногда даже мысли бывают: «Вы что, на кресло сюда приехали?» Но это правда кайфовая штука.