Как я жила в Баварии в Мюнхене

В данной статье мне бы хотелось осветить свою жизнь в Баварии. Я переехала в Мюнхен в 2018 году. Я работала в университете Людвига-Максимилиана, это один из самых уважаемых университетов Германии.

По данным QS World University Rankings LMU занимает 2 место среди германских вузов, а в мировом рейтинге — 63 позицию. The Times Higher Education World University Rankings называет Мюнхенский университет Людвига-Максимилиана 1 в Германии, а в мировом — ставит на 32 место.

Я работала на кафедре органической химии, являясь, являясь стипендиатом фонда Гумбольдта, а также получала небольшую доплату из фонда Сименса. Бавария — это самый зажиточный район Германии, где живут коренные немцы, и который является очень чистым, богатым и перспективным.

Практически все мои коллеги прошли очень жесткий отбор и сейчас работают очень крупными менеджерами, лидерами групп таких компаний, как BASF, и других химических гигантов. Коллектив был преимущественно мужским. Отрасль, которой мы занимались, достаточно травмоопасна: пожары случались с завидной регулярностью, нужно было реагировать быстро и иметь стальные нервы. К слову сказать, всю свою диссертацию я работала со взрывчатыми веществами, которые гораздо более коварны, нежели вещества, которые быстро воспламеняются на воздухе. Германия, как всем известно, готовит высококачественных специалистов. Вы сами знаете, как ценится немецкое качество и немецкое образование.

Я получала свою визу в Париже, с помощью которой я могла получить вид на жительство уже в Мюнхене. В Мюнхене я не открывала банковского счета, потому что это мне показалось очень сложным и ненужным. Я открыла счет в мобильном банке, который называется N26. Мне очень понравился опыт с этим банком, рекомендую. Жилье было довольно трудно найти, я нашла его через женщину, которая работает в университете, в центре Мюнхена, Münchner Freiheit. Хозяйка сдавала свою квартиру, а сама работала в Мадриде, я жила с мексиканкой. У каждой была своя комната, мы делили кухню, было два туалета и ванная, за все это в 2018 году я платила 800 евро. Первый и последний месяцы я жила в других местах, я посчитала, что за всю мою жизнь у меня было 11 переездов, и я верю, что это не конец, в том числе, поэтому у меня так мало личных вещей. Моряк всегда грустит о море.

Немка оставила очень много личных вещей, это было неудобно, потому что убираться было трудно, так как я не хотела трогать личное. Немка была своеобразная: вспыльчивая, властная, крупная и громкая. Она приезжала время от времени, останавливаясь в этой же квартире. Вера –мексиканка была хорошая соседка, мы с ней ладили, но практически никогда друг друга не видели. На работу мне нужно было ехать на метро и довольно долго. Я приходила на работу, в 7:30 утра, и уходила за семь вечера. Немцы работают гораздо меньше, чем иностранцы, немцы выполняют большую часть времени функцию менеджеров, управляющих.

Немцы были дружелюбны, но мне не хотелось с ними сближаться, и они это чувствовали. Наверное, у меня, все-таки, историческая травма. Но они, правда, были очень прямые, добрые по большей части, но совершенно не мои люди. В качестве друзей в этой огромной группе я нашла французов. По сравнению с французами, которые гораздо более легкие, озорные, интересные, немцы были немножко скучноватыми и пресноватыми для меня, но, нужно отдать должное: у них есть много других достоинств.

Кроме того, я в то время была в отношениях, и отношения на расстоянии– это всегда сложно. Поэтому мне не хотелось создать никаких двусмысленных ситуаций, я себя вела максимально корректно, максимально достойно. Однажды мой молодой человек не разговаривал со мной в течение недели, когда увидел меня на групповой фотографии, где меня слегка приобнимал немец. Я удивилась, но сделала вывод, что лучше таких ситуаций избегать.

Мы с моим молодым человеком виделись практически каждый месяц: он либо приезжал ко мне, либо мы встречались в других местах: Дании, Австрии, Венгрии, Италии и тд. Немцы, конечно, красивые, высокие, очень подтянутые, и физически, и ментально, крепкие. Но это совершенно не мой типаж.

Мюнхен мне не запомнился своей кухней, я довольно аскетична в еде. Единственное, что я помню, это то, что Бавария вдохновляется Италией, там очень много апероля, вино Primitivo и спаржи в мае. Очень вкусно. Биргардены, пивнушки на открытом воздухе, тоже очень популярны. Я туда ходила с коллегами, с МЧ, с его родителями. Дважды посещала Октоберфест. Первый раз немка одолжила мне дирндль, другой раз я его взяла напрокат, с МЧ мы выпили каждый по четыре или пять литров пива за 5 часов. Мне было тяжело, не помню, как мы добирались до дома.

Я помню, когда я только приехала в Мюнхен, стоял конец зимы. Температура была достаточно лютая, и я села на не совсем нужный поезд, не зная немецкого. Мне пришлось выйти. Я стою, ночь, очень холодно, ни души, в ночи горит табличка: следующий поезд на Дахау. Это бывший концлагерь, рядом с Мюнхеном. Мне хотелось в тот момент плакать, крайне редкая ситуация.

Мой профессор был невероятно известный, но у него был очень тяжелый, переменчивый характер. Из-за этого всего я очень сильно нервничала, у меня вылез очень сильный псориаз на голове, по всему лицу, в ушах, в ноздрях, на бровях. Это было не самое приятное мгновение.

Что меня очень удивило в лаборатории сортировки мусора не было. То есть, силикагель, стекло, все летело в одни отходы, и я так и не поняла, почему. Кроме того, я всегда обедала недалеко от своей тяги. И это странно: не было разделения на офис и на рабочее место, то есть я дышала химией и ела тут же, вдобавок разрешалось было выпить одну банку пива во время работы.

Хотя я говорила в течение четырех лет постоянно на английском, я знала: чтобы сдать IELTS на уровень носителя, нужно очень много готовиться. Даже самому носителю языка пришлось бы готовиться, привыкнуть к структуре теста и найти к нему подход. В свободное время я много занималась английским. Сама готовилась к этому тесту. Но об этом я расскажу в части, посвященной Великобритании.

У меня была страховка, но я никогда ей не пользовалась. Никогда не ходила по салонам красоты в Германии, если не считать парикмахерскую, где всегда делала очень сильное высветление. В немецких парикмахерских волосы ты сушишь сам себе феном.

В общем, за год я стала автором двух статей в крутых журналах, на разную тематику. Это отличный результат. Лауреаты стипендии Гумбольдта — это звание на всю жизнь. До сих пор я получаю письма от этой ассоциации, приглашения в различные салоны, они очень интересуются карьерным продвижением своих подопечных. Это самая престижная немецкая стипендия.