Директор уходит. Как сохранить управление компанией, если все держалось на одном человеке
Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
О Сообщнике Про
Специалист по корпоративной безопасности. Работал в НЛМК и «Северстали». Провожу аудиты бизнес-процессов и функции безопасности. Профайлер. Пишу о мошенничестве, потерях бизнеса и работающих контролях. Веду канал «Безопасность Бизнеса».
Это новый раздел Журнала, где можно пройти верификацию и вести свой профессиональный блог

Директор уехал в отпуск, но уже на второй день ему звонят из бухгалтерии, затем подключаются сотрудники с объекта, а к концу недели он проводит рабочие совещания из гостиницы. Собственник объясняет просто: "Без него никак, он у нас все знает". В этих словах обычно есть уважение к человеку, который много лет держит на себе значительную часть работы. Я это уважение вполне разделяю, но как специалист по корпоративной безопасности предложил бы разобраться, почему без руководителя не получается решить даже обычные вопросы.
На старте бизнеса такая зависимость объяснима. Директор сам договаривается с клиентами, выбирает подрядчиков и разбирается с претензиями. Пока людей мало, недостающие сведения можно уточнить через стол. Потом компания растет, появляются подразделения и информационные системы, но история существенных договоренностей по-прежнему остается у одного человека. В общей папке лежит договор, а почему заказчику пообещали дополнительную работу за свой счет, знает только директор.
Представим условную компанию по ремонту коммерческих помещений. На одном объекте возникла задержка, и директор обсудил с клиентом дополнительные работы и новый порядок сдачи. Перед отпуском он передал заместителю договор, смету и контакты. Через несколько дней клиент спрашивает, когда выполнят обещанное, заместитель не находит этих работ в смете, а бухгалтерия не понимает, кто должен оплачивать материалы. Папка передана, но продолжить работу по ней не получается.
По значимому незавершенному вопросу нужно передавать и его состояние: что сделано, о чем договорились, чем это подтверждено и кто продолжит работу. Затем можно проверить на конкретной задаче, сможет ли другой сотрудник найти материалы, разобраться в них и выполнить свою часть работы. Иногда выясняется, что информация есть, но нет доступа к расчету или полномочий согласовать расход.
Для отпуска такая подготовка может казаться избыточной: директор все равно ответит на звонок. Но теперь представим, что он уходит из компании. Возможно, спокойно и по взаимной договоренности, без конфликта и подозрений. Сможет ли бизнес продолжить работу, разобраться в прежних обязательствах и прекратить полномочия человека, который больше здесь не работает? Этим лучше заняться до заявления об уходе.
Когда руководитель предупредил об уходе, но его не услышали
В моей практике был скрининг сотрудников на ключевых позициях в крупной международной компании. Дело происходило в одной из стран — назовем ее "Условностан". Во время интервью с заместителем генерального директора стали видны и сильные профессиональные компетенции, и признаки выгорания. Когда начали разбираться в причинах, выяснилось, что за годы работы его портфель задач настолько разросся, что включал даже поддержку системы учета и десятки текущих операционных вопросов. При этом от человека ждали развития бизнеса в регионе.
Такие обязанности обычно накапливаются постепенно. Здесь некому было разобраться, там заместитель однажды помог, потом еще несколько раз — и вопрос закрепился за ним. Генеральному директору удобно: есть человек, который знает, как все работает, и решает возникающие проблемы. Но у самого заместителя все меньше возможностей заниматься тем, ради чего его назначили на эту позицию.
Беседа проходила в октябре. Выяснилось, что при очередном продлении контракта заместитель подписал его только до конца года. Мы стали уточнять, известно ли об этом генеральному директору. Со слов собеседника, известно, но генеральный воспринимал его позицию как манипуляцию и не верил, что он действительно уйдет. При этом головной офис в Москве об этой ситуации не знал.
Сотрудник сообщил о проблеме по доступной ему управленческой вертикали. Более того, он уже продлил контракт только до конца года — речь шла не о неопределенном "когда-нибудь уйду". До возможного ухода оставалось несколько месяцев, но в Москве не знали, что нужно оценивать последствия и готовиться. На месте, судя по объяснению заместителя, обсуждалось главным образом, действительно ли он способен уйти.
Начать стоило с разбора его фактических обязанностей. Какие задачи соответствуют роли в развитии региона, а какие закрепились за ним потому, что когда-то больше некому было ими заняться? Кто должен поддерживать систему учета и решать технические вопросы? Прежде чем искать замену сильному руководителю, нужно было понять, можно ли вернуть ему возможность заниматься своей работой.
Для этого не обязательно увеличивать штат. Часть задач вполне могла оказаться в компетенции существующих профильных подразделений. Предстояло выяснить, есть ли у них ресурс, какие знания потребуется передать и кто примет ответственность. Просто переслать список со словами "теперь это ваше" недостаточно: нужно договориться о порядке работы и проверить, что вопросы перестали возвращаться к заместителю.
Особенно показательно, что дополнительные задачи годами переходили к нему без повышения зарплаты. Но стоило заговорить о разгрузке, как появились предложения уменьшить вознаграждение. Такие предложения действительно поступали. Получается, поддерживать систему учета в дополнение к своей работе он должен был бесплатно, а передать ее профильным специалистам — уже за свой счет. Я считаю эту позицию неверной: компания сама заинтересована в том, чтобы заместитель занимался развитием региона, а не закрывал собой все организационные недоработки.
Здесь еще можно было попробовать сохранить сотрудника, одновременно готовясь к тому, что он все-таки уйдет. Для этого нужно было обсудить с ним конкретное перераспределение обязанностей и выяснить, изменит ли оно его решение. Обещание "мы тебя разгрузим" имело бы смысл с перечнем передаваемых задач, принимающими сотрудниками и сроками.
Если ничего не менять, после ухода легко получить другую версию истории: показатели снизились, часть работы остановилась, а виноват заместитель, которому столько лет доверяли и который подвел компанию. Это возможный сценарий, а не установленный итог того случая. Но тогда службе безопасности пришлось бы восстанавливать, кто и когда знал о намерении сотрудника уйти, что он сообщал о нагрузке, почему информацию не передали выше и какие решения принимали. Причем человек, у которого сосредоточена значительная часть сведений, уже не работал бы в компании.
Скрининговая беседа позволила увидеть проблему, пока оставалось время что-то изменить. Объяснения сотрудника требовали проверки, но вопрос уже нельзя было свести к его лояльности. Нужно было разбираться и в действиях руководителей, которым он сообщил о ситуации.
Что принимать, если решение об уходе все-таки принято
Прежде чем принимать дела, нужно понять, чем руководитель на самом деле управляет. Должностная инструкция здесь вряд ли даст полную картину. Он может лично вести нескольких крупных клиентов, согласовывать исключения в закупках, распоряжаться отдельными бюджетами и оставаться единственным человеком, через которого компания общается с важным подрядчиком.
Поэтому поручение "передайте дела по акту" стоит сначала превратить в перечень того, что предстоит передать: незавершенные обязательства, документы и данные, имущество, полномочия и доступы. У каждого блока должен быть принимающий, который понимает его содержание. Финансист проверит расчеты, технический руководитель — состояние работ, ИТ и ИБ — доступы и сохранность информации. Безопасность поможет определить, где подтверждения зависят только от слов уходящего человека и какие расхождения требуют проверки.
Вернемся к условному примеру с ремонтом. В записи о передаваемом объекте должны быть сведения о выполненных и оплаченных работах, дополнительных обещаниях заказчику и условиях, которые еще обсуждаются. Нужны актуальные расчеты и подтверждения договоренностей. Если часть обещаний существовала только в устном разговоре, это тоже следует обозначить и определить, кто уточнит их со второй стороной. По каждому незавершенному вопросу должно быть понятно, кто продолжит работу и к какому сроку.
Новый ответственный открывает расчет, сопоставляет его с договором и состоянием работ, задает вопросы. Имущество проверяют по наличию и состоянию, документы — по составу и доступности. Если в перечне написано "договоры переданы", а нужного приложения или актуальной версии нет, вопрос остается открытым.
Если часть документов не нашли или по обязательствам есть расхождения, это стоит прямо записать в акте и приложениях к нему. Иначе подпись появится, а разбираться с пробелами новый руководитель будет самостоятельно. Через месяц ему придется выяснять не только содержание старой претензии, но и почему о ней ничего не было в переданных материалах.
Юридическое оформление смены руководителя, прекращение права действовать от имени компании и необходимые уведомления нужно прорабатывать с юристом применительно к конкретной организации. В плане передачи у этих вопросов должны быть ответственные и подтверждения исполнения. Отдельно предстоит выяснить, какие возможности действовать от имени компании сохраняются у человека в банке, информационных системах и во взаимодействии с контрагентами.
Почему отключить почту недостаточно
При завершении работы сотрудника техническая задача часто звучит как "заблокировать учетную запись". Но у руководителя за годы могли накопиться права в нескольких системах, внешних сервисах и общих хранилищах. Отдельно могут существовать удаленный доступ, настроенная пересылка сообщений и физический пропуск на объект.
ИТ и ИБ вместе с владельцами процессов должны определить, где директор может просматривать сведения, выгружать их, менять данные, согласовывать операции и предоставлять права другим людям. Сведения самого руководителя полезны, но полноту перечня стоит сверять с тем, что известно владельцам систем. Иначе легко забыть о сервисе, который подразделение когда-то подключило для своей работы.
В плане нужно указать систему, права, ответственного за их прекращение, согласованный момент и способ проверить результат. Поручение отключить пропуск еще не подтверждает, что он перестал действовать на всех нужных объектах. Закрытие основной учетной записи тоже не отвечает на вопрос о правах во внешнем сервисе или сохранившейся пересылке корпоративных сообщений.
Одновременно необходимо обеспечить продолжение работы. Если доступ к важным материалам был только у директора, новому ответственному потребуется собственный доступ в пределах его задач. Передача прежнего пароля затруднит последующую проверку: компания не сможет уверенно различать действия старого и нового пользователя. Прекращение одних прав и предоставление других нужно согласовать с учетом текущих операций.
При признаках инцидента могут потребоваться срочные ограничения. Тогда важно определить, кто принимает решение, какие сведения необходимо сохранить и как избежать неоправданной остановки работы. Если доступ создает непосредственный риск, защитные действия не должны ждать окончания проверки.
Отдельная ошибка — перепутать прекращение доступа с удалением информации. При споре по сделке или подозрении на передачу данных могут понадобиться история изменений, журналы событий, версии документов и относящиеся к вопросу корпоративные материалы. Их сохранение нужно своевременно поручить компетентным специалистам, пока записи не удалены или не перезаписаны. Важно понимать, из какого источника получен материал, за какой период и с какими ограничениями.
В моей практике был случай, когда поведение отдельных покупателей на переговорах создавало впечатление, что они знают внутренние условия продавца. Возникла версия о передаче информации. Но когда мы попытались проверить обращения к коммерческим отчетам в корпоративной системе, выяснилось, что нужная история действий не сохранялась: логирование предусматривали при внедрении, а затем исключили при сокращении затрат.
Систему пришлось дорабатывать, чтобы в дальнейшем видеть обращения к ключевым отчетам и сопоставлять их с ролями пользователей. Восстановить прежние действия, которые никто не записывал, эта доработка уже не могла. Поэтому вопрос "а что он выгружал перед уходом?" лучше не оставлять до последнего рабочего дня. Сначала стоит выяснить, сможет ли компания вообще на него ответить.

Как проверить решения человека, которому много лет доверяли
Уход директора может впервые за долгое время заставить собственника подробно посмотреть на его решения. До этого руководитель выбирал поставщиков, объяснял особые условия, согласовывал расходы и сам же рассказывал, какой результат получила компания. Все могли работать добросовестно, но независимо проверить происходящее собственнику было трудно.
Начинать с поручения "найдите, что он натворил" я бы не стал. Само решение уйти не является признаком нарушения, а приемка дел не должна автоматически превращаться в расследование. Однако проверить существенные обязательства и операции вполне разумно. Тем более если при передаче обнаруживаются расхождения между объяснениями, документами и фактическим исполнением.
Для начала можно выбрать несколько решений, в которых руководитель разрешал отступление от обычного порядка. Например, особую скидку покупателю, срочную закупку у единственного поставщика или выплату, измененную после первоначального расчета. Это условные ситуации, но в каждой можно восстановить основание решения, согласованные условия, исполнение и движение денег.
Допустим, клиент получил льготную цену под большой объем и быструю оплату. При разборе выясняется, что заказов было немного, оплата задерживалась, а скидка продолжала действовать. Директор мог осознанно сохранить условия ради клиента, сотрудники могли забыть пересмотреть цену, а исключение могло предоставляться в чьих-то личных интересах. Чтобы различить эти объяснения, нужны договоренности, история изменения условий, отгрузки и оплата.
Со срочной закупкой похожая история. Более дорогой поставщик мог оказаться единственным, кто привезет нужную деталь завтра. Но если потребность была известна заранее, заявки регулярно задерживали, а купленные в авральном порядке материалы потом лежали на складе, стоит восстановить последовательность событий. Кто знал о потребности, кто подтвердил срочность, какие варианты действительно существовали и кто принял результат?
При изменении выплаты сначала стоит проверить сопоставимость документов: получателя, период, состав суммы и версии расчета. Затем выясняют, было ли дополнительное согласование, возникла ли ошибка переноса или данные изменили без основания. Логирование помогает восстановить действия, но запись под определенной учетной записью еще не всегда устанавливает исполнителя, особенно если доступом пользовались несколько человек.
По нескольким операциям нельзя судить о всей работе директора. Но можно понять, сохранились ли в компании основания его решений и какие вопросы стоит разбирать дальше.
При этом важно, кто выбирает операции для проверки и получает документы. Если директор сам определяет сделки, готовит единственную выгрузку и должен разрешить передачу заключения собственнику, проверяющему будет трудно выйти за пределы подготовленной для него версии. Когда проверяют решения первого лица, порядок работы должен определять уполномоченный на такую задачу собственник или орган управления.
Самому директору дают возможность объяснить свои действия, представить документы и возразить против выводов. Он может знать обстоятельства, которых нет в выгрузке, и показать, где искать подтверждение. Возражения нужно проверить, но это не означает, что итоговое заключение должно быть с ним согласовано.
Что может дать беседа и где должны быть границы проверки
В случае с заместителем генерального директора важные обстоятельства удалось выяснить во время скрининговой беседы. В контракте можно увидеть срок его действия, но причины такого решения, накопившуюся нагрузку и попытки сотрудника донести проблему приходится выяснять у участников. Затем объяснения сопоставляют с документами, фактическими обязанностями и позицией руководителя.
Именно поэтому я вижу пользу в профайлинге и при работе с топ-менеджментом: подготовленный специалист может выяснить то, чего не видно в анкете, отчете или списке доступов. Но для этого ему нужно понимать, чем человек занимается и какие решения принимает. Иначе разговор останется обсуждением характера, хотя компании необходимо выяснить, почему руководитель сохраняет проблемного поставщика или что мешает ему выполнять основные задачи.
Предметная беседа может восприниматься спокойнее, чем неожиданное предложение пройти полиграф после десяти лет совместной работы. Если полиграф давно является понятной частью корпоративной практики, контекст другой. В любом случае результат инструмента нужно соотносить с конкретными обстоятельствами. Нервозность не доказывает обман, уверенные ответы не объясняют расхождение в платеже, а признаки выгорания требуют разобраться в условиях работы.
Иногда документов и объяснений недостаточно, и возникает вопрос об использовании сведений системы предотвращения утечек информации — DLP. Такие сведения могут помогать при проверке возможного сговора или конфликта интересов. Но сначала нужно определить, что именно предстоит выяснить, почему других данных недостаточно и кто будет проводить анализ.
Здесь уже собственнику нужно контролировать саму службу безопасности: по какому вопросу сотрудники смотрят материалы, за какой период и что выяснили. Если проверяли отношения с поставщиком, доступ к системе не дает оснований попутно собирать все интересное о личной жизни руководителя. Правовые основания и границы такой работы нужно отдельно проработать с юристами и ИБ; согласование собственника само по себе их не заменяет. Действия сотрудников безопасности тоже должны оставаться доступными для проверки уполномоченным лицом.
Что должно остаться у компании
После передачи дел компания должна понимать свои обязательства, располагать необходимыми документами и данными, а сотрудники — знать, кто продолжает незавершенную работу. Прежние доступы и полномочия проверены, по каждому расхождению понятно, что уже объяснили, а с чем еще разбираются. Подпись под общим актом этого не заменяет.
Если возникли признаки злоупотребления, их разбирают отдельно, с сохранением материалов и проверкой разных объяснений. Завершение трудовых отношений само по себе не отвечает на вопросы о произошедшем и его последствиях. Но и отсутствие нарушений не означает, что в организации работы все благополучно: сильный добросовестный сотрудник тоже может уйти, оставив после себя десятки задач, которые больше некому выполнять.
Есть управленческая байка, которую приписывают Генри Форду: якобы он отправил руководителей в отпуск и оценил, как подразделения справляются без них. Не берусь утверждать, что такой эксперимент действительно был, но сама мысль мне близка. Только для безопасности я бы расширил проверку: сможет ли компания принять у руководителя дела, сохранить свои данные и разобраться в его решениях, если он не вернется к работе?
После десяти лет совместной работы доверие вполне понятно. Но если только директор знает, что компания обещала клиентам, где лежат нужные документы и почему заплатили именно этому поставщику, собственнику стоит заняться этим еще до разговора об увольнении. Возможно, самому директору тоже давно нужна помощь: он держит все на себе и уже не знает, как из этого выйти.












