Я начала писать иконы и нашла в этом неожиданный источник внутреннего ресурса

Если бы еще недавно мне сказали, что я займусь иконописью, я бы ни за что не поверила. Я занимаюсь стратегическим брендингом, руковожу компанией, привыкла к дедлайнам и высоким скоростям бизнеса. Но однажды в моей жизни появилось занятие, которое потребовало тотального замедления и стало мощнейшим источником энергии.

Рассказываю, как за четыре с половиной месяца я написала свою первую икону, почему этот процесс оказался лучше любой медитации и как древнее искусство помогает справляться с внутренними кризисами.

Всё случилось благодаря Евгению Леонову — талантливому архитектору из Риги (а теперь уже московскому), который создал арт-пространство «Архип». Евгений обладает удивительной способностью вовлекать людей в творчество. В декабре он позвонил мне со словами: «Празднуем Рождество в "Архипе", с тебя — поэтический перформанс». Так появился мой иммерсивный спектакль «Предчувствие Рождества».

А чуть позже он так же бросил: «В среду мы иконы пишем, приходи». И я пришла — ничего не ожидая и не думая, зачем мне всё это нужно и что из этого получится.

В мастерской собираются художники, архитекторы и иконописцы. Я сразу почувствовала там ту же среду сотворчества и поиска смыслов, которая так важна для меня в моей основной профессии. Нашим преподавателем стала чудесная Анна Афанасьева, которая училась у известного мастера Екатерины Ильинской и выпускницы Троице-Сергиевой Лавры Олеси Яковлевой. Анна не просто учит, она экспериментирует с основами (например, пишет на металле) и создает невероятные вещи вместе с нами.

Для своей первой работы я выбрала образ архангела Михаила из Звенигородского чина Андрея Рублева. Многие его узнают, но, конечно, моя работа — это не точная копия, а скорее авторское прочтение.

Разметку на доске мне помогли сделать с помощью проектора, но всё остальное — рисунок, опись, роскрышь и дальнейшие этапы — уже дело моих рук.

Мы пишем строго по канону: по доске, покрытой левкасом (специальным грунтом), используем яичную темперу — натуральные минеральные пигменты, смешанные с желтком. Техника невероятно кропотливая. После «роскрыши» (заполнения основных цветовых пятен) начинается проработка лика. Шаг за шагом наносятся:

• Санкирь — базовый темный тон;
• Охрение — высветление санкиря;
• Пробела — самые светлые участки, символизирующие присутствие Божественного света;
• Оживок — светлые пятна и черточки в напряженных участках лица;
• Подрумянок.

Краски кладутся тончайшими слоями, и всё это заполняется очень тонкой кистью — «единичкой».

Для меня этот процесс оказался не просто техникой живописи, а настоящей аскезой. Признаюсь, терпение иногда меня покидало. Но прошло четыре с половиной месяца кропотливой работы — и вуаля, икона была готова!

Я поняла, что иконопись подобна глубокой медитации. Но не той популярной релаксации под музыку, а медитации отношения к себе и миру. Каждый тонкий слой краски — это слой твоего собственного внутреннего состояния, который ты вкладываешь в образ. Самое удивительное: я замечала, что икона продолжала жить своей жизнью даже в мое отсутствие, неуловимо меняясь со временем.

В процессе написания у меня происходил постоянный диалог с собой. Были моменты настоящей эйфории, но случались и кризисы. Во время одного из таких сложных этапов я попросила у Жени фигурку Ангела, которую он купил на ярмарке в Измайлово. И этот Ангел мне реально помог! Я посадила его у себя на мольберте и постоянно с ним «советовалась».

Недавно я освятила свою первую икону. После этого я нанесла на нее надпись «Архангел Михаил» и покрыла олифой. Это прикосновение к тысячелетней традиции, где искусство и духовность абсолютно неразделимы, дало мне колоссальный ресурс.

Когда я только начинала писать, я не думала, что захочу продолжать. Но как только первая работа подошла к концу, ко мне сразу стали приходить новые идеи.

Сейчас я пишу уже вторую икону. Причем в этот раз я решила усложнить себе задачу и сделала построение рисунка тонким карандашом прямо на доске. Это очень сложно. Анна меня даже похвалила: профессионалы, чтобы так не мучиться, обычно работают «от пятна» (ищут силуэт большими пятнами охры без яйца, чтобы ошибку можно было легко смыть). А карандашом работают только по бумаге. То, что я рискнула начать сразу на доске и у меня получился хороший силуэт, оказалось классным достижением. Это безумно вдохновляет!

Иконопись стала для меня тем самым хобби, которое забирает время, но взамен возвращает утраченную энергию, учит выдержке и дает возможность прикоснуться к вечному.