В 2026 году я оказалась на заводе, где время будто остановилось 200 лет назад. И решила посмотреть на его финансовую отчетность
Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
О Сообщнике Про
Продакт-менеджер финтеха и психоаналитик из вышки. Разбираюсь, почему люди говорят одно, делают другое, а продакты потом пытаются это монетизировать.
Это новый раздел Журнала, где можно пройти верификацию и вести свой профессиональный блог
На свой день рождения я придумала довольно необычное развлечение: купила индивидуальную экскурсию на Гжельский фарфоровый завод, собрала семью и повезла всех смотреть, как делают фарфор.
И знаете что? Все были в восторге.
Но больше всего меня поразило даже не производство, а ощущение, что мы попали куда-то в XIX век.
Огромные помещения, бесконечные стеллажи с фарфоровыми изделиями, сотрудники, которые вручную выполняют тончайшую работу.
А теперь представьте, как рождается обычная фарфоровая чашка.
- Создание формы. Сначала мастер изготавливает гипсовые формы, в которые заливают жидкую фарфоровую массу.
- Отливка. Работник вручную заливает массу, контролирует толщину стенок, сливает излишки и извлекает изделие.
- Обработка. Другой мастер зачищает швы, убирает неровности, доводит каждую деталь до нужной формы.
- Обжиг и глазурование. Изделия проходят термическую обработку, покрываются глазурью и снова отправляются в печь.
- Роспись. Художники вручную наносят знаменитые синие узоры. Затем, в зависимости от технологии, следует ещё один обжиг.
На каждом этапе — человек. Его руки, внимание, опыт.
И знаете, что самое удивительное?
Из всей автоматизации на заводе нам показали только ОДИН ЛИФТ.
Огромный технический подъёмник, который опускает изделия в печь. Выглядит, кстати, довольно устрашающе.
Всё остальное, что мы увидели, — преимущественно ручной труд.
И пока я наблюдала за производством, во мне проснулся продакт.
А какая вообще экономика у бизнеса, в котором столько ручного труда?
Полезла в открытую финансовую отчётность.
По итогам 2025 года у АО «Гжельский фарфоровый завод»:
— 217,6 млн рублей выручки;
— 5,9 млн рублей чистой прибыли;
— 128 сотрудников.
То есть чистая рентабельность бизнеса — всего около 2,7%.
И это при том, что речь идёт о производстве с многовековой историей, узнаваемым стилем и огромной культурной ценностью.
Но есть ещё один момент, который меня задел.
Люди.
Когда видишь, сколько ручного труда стоит за одной маленькой фарфоровой фигуркой, начинаешь совершенно иначе воспринимать её стоимость.
По моим впечатлениям от экскурсии, оплата такого труда очень скромная. И мне действительно стало грустно от мысли, насколько непросто зарабатывать на жизнь людям, которые сохраняют целое ремесло.
И здесь возникает интересный бизнесовый парадокс.
Мы привыкли считать, что ручная работа, история и уникальность должны стоить дорого. Но высокая ценность продукта для покупателя совершенно не гарантирует высокую прибыль производителю. И тем более — высокую зарплату мастеру.
С одной стороны, хочется спросить: почему здесь не автоматизировать больше процессов, не повысить производительность, не улучшить экономику?
С другой — а не уничтожим ли мы этим именно то, ради чего люди покупают настоящую Гжель?
Где заканчивается сохранение традиций и начинается неэффективность бизнеса?
Я пока не знаю ответа.
Но точно знаю, что после этой экскурсии буду смотреть на фарфоровые изделия совершенно другими глазами.
И если будете думать, куда необычно съездить всей семьёй, очень рекомендую экскурсию на производство. Оказывается, завод может быть гораздо интереснее очередного ресторана:)
