«Жила в центре Москвы и не думала переезжать в дерев­ню»: как оживают заброшенные села

Однажды летом 2002 года я случайно оказалась в селе Учма: друзья сказали, что там есть интересный Музей судьбы русской деревни. По дороге у нас сломалась машина. Основатель музея Василий вызвался помочь, так мы и познакомились поближе.

При встрече с Василием меня поразила его увлеченность музейной и исследовательской работой. Он родился в Учме, работал лесником и всегда интересовался историей села. Часто разговаривал со старожилами о том, какой там раньше была жизнь. В 15 веке преподобный Кассиан Грек основал на этой территории монастырь Кассианова Учемская пустынь.

В середине 20 века здесь появилось Рыбинское водохранилище, из-за его строительства уровень воды поднялся и часть села Учма затопило. Василий видел, как быстро меняется родное место и исчезает память о его прошлом, поэтому решил сохранить эту историю. В 1989 году он поставил поклонный крест и часовню на месте уничтоженного Успенского собора — у могилы святого Кассиана. С этого и началось преображение Учмы. В 1994 в селе появился деревянный храм во имя Кассиана Грека и Анастасии Узорешительницы, в 1999 году Василий открыл музей.

Я начала часто приезжать в Учму и помогать Василию с музеем. Он прочитал огромное количество книг, но почти никуда не ездил, поэтому ему было сложно понять, как рассказывать историю посетителям так, чтобы они не просто посмотрели экспозицию, а почувствовали связь с этим местом и людьми.

Постепенно я поняла, что хочу полностью изменить свою жизнь. Меня привлекал не только сам музей — меня покорил Василий. Он не представлял себя в городе, и я поняла, что переезжать придется мне. Мы поженились, вместе стали строить семью и заниматься музеем, делать новые экспозиции и путешествовать по местам, связанным с Кассианом.

У меня были накопления, мы решили на них полностью переделать музейные экспозиции: прежние были слишком сложными для восприятия. Объекты Музея судьбы русской деревни Василий еще до моего появления разместил в деревянных амбарах 19 века, где раньше хранили зерно.

Первые экспонаты приносили местные: фотографии жителей Учмы, одежду, инструменты, посуду, книги. В нашем музее все можно потрогать, даже сесть на стулья и кровати. Нас больше интересовали не предметы, а чувства, воспоминания и мотивы людей, живших в деревне.

На основе бесед с местными жителями в 2010 году получилась экспозиция «Один день из жизни деревни», там собраны их интервью и семейные фотографии из альбомов. Например, у нас есть аудиозаписи рассказов последних колхозников и рыбаков Учмы. А беседы с местными бабушками на кухне за чашкой чая о мужьях, детях, любви легли в основу экспозиции «Старухи о любви».

Еще у нас есть экспозиция про деревенских мужчин, видеоспектакль-застолье «Охотинские. Мужской род». В его основе — видео с воспоминаниями деревенских мужчин о жизни в советское время, семье, друзьях и повседневной работе. Во время показа посетители музея садятся в помещении за столы напротив экрана, где мужчины едят и рассказывают свои истории, — так создается ощущение общей трапезы. Мы собирали и слушали эти истории полгода, а монтировали еще год.

Нам удалось зафиксировать буквально последнее дыхание деревни. Потому что местных жителей почти не осталось, в основном там живут дачники.

В 2020 году наш музей получил отметку жюри Европейской музейной премии. Его выбрали за способность «вызывать эмпатию, рефлексию и чувство причастности к большому миру». В 2023 видеоспектакль-застолье «Охотинские. Мужской род» стал лауреатом театральной премии «Золотая маска».

Мы много участвуем в грантовых программах и получаем финансирование под проекты. В 2019 году музей стал победителем конкурса «Культурная мозаика малых городов и сел» и получил грант Фонда Тимченко на развитие территории, создание культурологического пространства на базе существующего музея и за его пределами. Сумма гранта — около 1 млн рублей. «Охотинские. Мужской род» мы сделали при поддержке фонда Владимира Потанина, получили грант 3 млн рублей.

Мы постоянно ищем партнеров и спонсоров. Проекту помогают частные лица и организации небольшими пожертвованиями в размере 5 000—10 000 ₽ и крупными суммами — 1—2 млн рублей. Мы бы хотели больше сотрудничать с бизнесом, другими музеями и организаторами корпоративных мероприятий.

У нас был удачный опыт взаимодействия с консалтинговой компанией «Ценципер» основателя журнала «Афиша» Ильи Осколкова-Ценципера. Команда Ильи помогла нам разработать навигацию по территории. Для музея сделали металлические таблички с информацией об архитектуре и истории Учмы — они выглядят как старые ржавые указатели и хорошо вписались в деревенскую среду. Все работы компания профинансировала сама. Позже я захотела заказать похожую табличку самостоятельно и поняла, что она стоит как самолет.

Я вложила в музей около 5 млн рублей своих денег. Детально не считала, потому что вкладывала все, что было и что зарабатывала как переводчик и консультант после ухода из банка. Я иногда консультирую людей, у которых есть желание создать музей, но они не знают, с чего начать.

У нас не было задачи делать музей для широкого круга посетителей — хотели сохранить и зафиксировать память о деревне. Но постепенно он стал известным. К нам в Учму приезжают туристы, мы стали частью тура по достопримечательностям нашего региона. Когда в 2018 году появилась экспозиция «Старухи о любви», люди стали приезжать чаще. Аудитория сразу помолодела, и появилось много гостей 25—30 лет.

В сезон к нам приезжает около 1 500 человек, в основном индивидуальные туристы. Группы принимаем только от турфирм, привозящих именно нашу целевую аудиторию. Это заинтересованные образованные люди, которые могут оценить наши экспозиции, а не случайные туристы с пивом в руке, смеющиеся над словом «Волголаг»  . Один раз на экскурсии это слово вызвало взрыв хохота, хотя я предварительно объяснила его значение.

Активный поток людей и машины могут мешать их уединению, несмотря на то что в музее собрана история их предков.

Мы с Василием вдвоем работаем в музее, вместе или поочередно проводим экскурсии и общаемся с гостями, создаем экспозиции, косим траву. Василий занимается техническими вопросами состояния объектов в музее и реставрацией. На мне — придумывание экспозиций, управление музеем, работа с грантами.

Музей окупает себя, доходы от туристов покрывают наши расходы. Но не более того. Мы живем на наши пенсии, иногда я даю консультации. Например, вместе с социальным антропологом и куратором музейных экспозиций Алевтиной Бородулиной делали концепции корпоративных музеев, среди заказчиков была крупная страховая компания.

У меня больше нет возможности путешествовать и делать многое, к чему я привыкла до переезда в село. Но, несмотря на это, я не жалею, что изменила свою жизнь, и чувствую себя счастливой. Мы с Василием очень хотим, чтобы про Учму помнили. Поля заросли, местный колхоз «Дружба» закрыли еще в 2006 году. Людей в деревне становится все меньше. Население зимой — менее 20 человек. В основном тут живут дачники. Но мы стараемся создать среду, где память о деревне не исчезнет.

Сначала в селе ко мне относились настороженно и считали темной лошадкой, Василия же все знали с детства. Но после открытия экспозиции «Один день из жизни деревни», где люди увидели истории о себе и своих семьях, отношение изменилось. Жители стали приносить в музей вещи, делиться воспоминаниями и охотнее общаться с нами. Одна из местных жительниц, тетя Паня Малявкина, увидела в музее свою фотографию и принесла 100 ₽ на развитие музея — для нее это были большие деньги.

Постепенно у нас возродился и деревенский праздник 7 июля: жители собираются вместе, поют частушки, устраивают концерты и приносят еду. Сейчас организацией праздника занимаются уже дети и внуки местных жителей.

Мы готовим еще один проект при поддержке фонда Владимира Потанина, на него нам выделили 5 млн рублей. Вместе с молодыми архитекторами под руководством профессора МАРХИ  ​Николая Белоусова создаем экспозицию «Хождение по свету». Для нее построили арт-объект, напоминающий одновременно греческий храм и сельскую шаху — постройку для хранения сена.

Мы хотим продолжать развивать музей и сделать новую экспозицию об истории деревни с 16 по 20 век. Планируем снова подаваться на грант в фонд Потанина и, как и раньше, сделать проект в необычном формате — более игровом и кинематографическом.

Где находится: Республика Удмуртия, Игринский район
Год основания: неизвестен
Население: около 400 человек

Я жил в Ижевске и специализировался на электронной музыке. С 1980-х годов играл в нескольких группах, записывал других исполнителей в своем лейбле KAMA records, вел программы на радио и телевидении, в нулевые организовал ночной клуб. Последние годы я работал в центре современного искусства «Арсенал» в Нижнем Новгороде.

Параллельно меня всегда интересовал фольклор. В 1990-е я стал ездить в экспедиции по удмуртским деревням и записывать, как поют удмуртские бабушки. Я записывал их на пластинки, делал серию кассет и ставил на радио. Например, KAMA records выпустила виниловую пластинку Besermen Krez, или «Бесермянские напевы».

Позже вместе с единомышленниками мы стали развивать культурные проекты в деревнях. На грант Фонда Тимченко организовали в Бобья-Уче фотоперепись жителей, выставку, записали песни местных бабушек из фольклорного ансамбля «Бубби Гуръёс», чтобы сохранить их и вдохновить на новые творческие проекты.

Еще одним нашим проектом стала «Аутентичная география», созданная вместе с учеными и фотографами при поддержке Фонда Форда. Мы выпустили серию альманахов об истории, традициях и культуре разных групп удмуртов, дополнив их архивными записями аутентичного фольклора. Так мы знакомили широкую аудиторию с культурой малых народов.

Работа с деревней Сеп началась в 2009 году. Мы познакомились с жителями, предложили местным детям нарисовать иллюстрации по мотивам песен ансамбля «Бубби Гуръёс», чтобы превратить их в мультфильм.

Жителям деревни понравилось с нами работать. Мы стали думать, что еще можем организовать в культурном и творческом плане. В идеале нам нужно было выстроить работу так, чтобы это был их проект, а мы просто помогали его создавать и делились опытом.

Сеп был бодрой деревней с активной культурной жизнью, там проводили лагеря для молодежи. Вокруг него находилось семь заброшенных деревень, жители были вынуждены оттуда уехать. В 2014 году в Сепе организовали День исчезнувших деревень, на который съехались выходцы из окрестных сел.

Директор сепского клуба Татьяна Ксенофонтовна Мосова, очень активная дама, решила, что нужно не только вспоминать о деревнях и плакать, но и запечатлеть историю и память в документах. Так у каждой деревни силами ее бывших жителей появился свой альбом с фотографиями домов и информацией, кто там жил. В 2017 году мы решили создать в Сепе Народный музей исчезнувших деревень.

Представители Сепа не понимали, каким точно хотят видеть музей. Но главное, они не хотели повторять судьбу похожих друг на друга стандартных деревенских местечковых краеведческих музеев.

К проекту присоединились мои друзья и коллеги со всей страны. Студенты Самарского университета разработали дизайн-концепцию музея, а мы вместе с жителями Сепа ездили по другим музеям, чтобы найти лучшие решения для будущей экспозиции.

Жители провели большую исследовательскую работу: встречались с выходцами из исчезнувших деревень, записывали воспоминания старожилов и собирали семейные архивы, фотографии, письма и предметы быта. Нам было важно, чтобы каждый экспонат имел свою историю и рассказывал о жизни людей, а не просто занимал место на витрине.

Районная администрация взяла на себя обязательства по ремонту здания библиотеки. Вместе мы превратили его в современный музей, где посетители могут не только увидеть экспонаты, но и услышать воспоминания жителей исчезнувших деревень и записи народных песен.

Благодаря экспонатам музея мы смогли рассказать широкому кругу людей о маленьких деревнях, которые, по мнению государства, оказались в числе неперспективных и исчезли с карты. В первые десять месяцев музей посетили 7 000 человек.

Кроме музея мы запустили в Сепе и другие культурные проекты. Открыли студию звукозаписи, которая стала площадкой для местных музыкантов, записи творческих коллективов и камерных концертов. Студию поддерживает специалист с красным дипломом музыкального колледжа. Он дважды в неделю приезжает из Ижевска.

Вместе с жителями также создали архив традиционной культуры и фольклора, сохранив на аудио и видео исчезающие ремесла, бытовые практики и народные песни.

Большинство проектов рождалось по инициативе самих жителей Сепа. Собранные ими народные рассказы-былички о нечистой силе превратились в сказку, затем — в радиоспектакль на удмуртском языке с голосами жителей деревни и архивными песнями, мультфильм, выставку и серию арт-резиденций. Один замысел стал основой сразу нескольких культурных проектов.

Мы реализовывали идеи на основе грантов. Благодаря поддержке благотворительных фондов создали постоянную экспозицию музея и обучили местных специалистов музейной и исследовательской работе. Всего за годы работы в Сепе на развитие проектов удалось привлечь около 50 млн рублей.

Сейчас работники музея сами развивают культуру в Сепе, а моя «продюсерская» работа завершилась. Дело музея живет, сепчане не воспринимают его как космический корабль посреди села. Представители других деревень потом часто звонили нам с запросом: «Сделайте и нам так, как в Сепе».

Мы ищем тему, которая интересна жителям деревни и нам, и насыщаем территорию инструментами для культурного преобразования.

Сейчас команда KAMA records занимается созданием музея в соседней деревне Кузьмовыр при поддержке Благотворительного фонда Владимира Потанина. Мы организуем там Музей тканых историй, так как Кузьмовыр был центром севера Удмуртии по ткачеству. Мы хотим посмотреть, возможно ли создать деревенский музейный кластер — содружество организаций, у которых общее понимание территории, а значит, возможна совместная деятельность по привлечению ресурсов.

Я родилась в деревне Шабердино недалеко от Ижевска. Училась в профтехучилище на художника-оформителя, в 2024 году получила высшее образование в сфере дизайна. В деревне Сеп я оказалась в 1993 после замужества. Начала работать художником-оформителем, потом стала руководителем клубного формирования. С 2026 года я заведующая Сепским домом культуры, эта работа приносит мне основной доход.

Сейчас в Сепе живет 400 человек. Народный музей исчезнувших деревень продолжает развиваться и привлекать туристов. В нем появилась экспозиция под открытым небом «Двор», где мы разместили большие экспонаты: сани, плуг, пилы, кадки для солений, весы. Музей стал стержнем для последующих проектов. Главное, чего мы добились, — изменение сознания деревенских жителей.

Во время работы над Музеем исчезнувших деревень мы узнали историю гончара Никандра Игнатьевича Кулябина. В конце 19 века он построил дом рядом с местом, где добывал глину, а изделия обжигал в печи в землянке неподалеку. В память о мастере по проекту «Луло сюй, живая земля» в селе Сеп мы открыли гончарную мастерскую: купили гончарный круг и муфельную печь. Позже оборудования стало не хватать для мастер-классов, поэтому появился проект «Двор гончара».

Наш особый проект — выставка «Здравствуй, дорогая Клаву», основанная на фронтовых письмах учителя Семена Тихонова жене. Это не просто экспозиция, а иммерсивный театр: посетители пробуют хлеб военных лет с лебедой и крапивой, зажигают керосиновую лампу и читают письма вслух.

Точка притяжения Сепа — сельский Дом культуры. Мы проводим там фестивали и праздники. Жители деревни приходят в клуб рисовать, заниматься творчеством и петь в ансамбле. Еще у нас есть формат арт-резиденций, когда художники, музыканты и другие деятели культуры приезжают к нам и вместе с жителями создают звуковые инсталляции, документальные фильмы, арт-объекты.

Туристы приезжают на фестиваль поющих деревень «Жингрес гуръёс. Звонкие голоса» и праздник цветения италмаса  ​с концертами, мастер-классами, поэтическими встречами, художественными мастерскими и танцевальными номерами. На таких мероприятиях гости могут попробовать национальную удмуртскую кухню — лепешки табани на открытом огне с сытными и сладкими начинками.

Для туристов мы разработали новую танцевально-развлекательную программу по обрядам удмуртов «Проталинка. Гуждоре потон»: она показывает, как молодежь раньше играла на лугах с наступлением весны. Есть экскурсионные маршруты с аудиогидом, посвященные эпосу удмуртов, их мифологии и культуре. Также есть тур по деревне про историю жителей и детский маршрут.

В деревню приезжают туристы из Санкт-Петербурга, Москвы, Казани, Екатеринбурга, Перми, разных городов Удмуртии. Мы видим, как молодые люди с увлечением рассматривают старинные предметы быта, слушают рассказы о жизни предков, задают вопросы и искренне сопереживают. Иногда это тяжело дается жителям, потому что туристов приходится обслуживать.

У нас пока нет полноценной инфраструктуры для туристов, например кафе и гостевых домиков, но мы бы хотели ее организовать. Часто туристы остаются на ночлег в домах местных жителей. Пока мы решаем с администрацией проблему с дорогой к деревне. Водители автобусов часто не соглашаются ехать к нам из-за плохой дороги.

В нашем архиве для внутреннего использования осталось еще много интересных документов и записей. Хотим грамотно интерактивно упаковать их в формате визуального экспоната для музея и представить публике. Например, чтобы посетитель не просто включал песню как файл на компьютере, а брал в руки красивую оформленную открытку, и там подключалась аудиодорожка.

Где находится: Архангельская область, Каргопольский район
Год основания: неизвестен, старейшая постройка — храм 1715 года
Население: около 500 человек
Подробнее: в группе деревни во «Вконтакте»

Деревня Шелоховская, или, как ее называют, Архангело, находится на берегу реки Онеги. Ее главное сокровище — два уникальных памятника северного деревянного зодчества: храм Архангела Михаила, построенный в 1715, и Сретенская церковь 1803 года. Вокруг них в Шелоховской развивалась жизнь, но к концу 20 века деревня стала стремительно пустеть.

Я работал плотником, архитектором и преподавал в реставрационном колледже в Москве. С юности участвовал в реставрационных экспедициях, а в 2010 году оказался в Архангело, где нас попросили оценить состояние двух заброшенных деревянных храмов.

Меня покорили и сами церкви, и люди. Я давно мечтал заниматься реставрацией деревянного зодчества, а жена — жить в собственном доме. Увидев, как деревня постепенно пустеет, я решил попробовать вернуть ей жизнь. В 2011 году мы купили здесь дом за 150 000 ₽ и переехали всей семьей.

Со временем я основал плотницкую артель «Архангело». Хотел заниматься возрождением храмов как живого центра общины на постоянной основе. Ко мне присоединились другие энтузиасты. Сейчас в артели три постоянных работника, которые тоже переехали в село из Москвы и Архангельска. На помощь часто приезжают волонтеры, мы обучаем их плотницкому делу.

В первую очередь мы начали противоаварийные работы в Сретенской церкви. Храм находился в тяжелом состоянии: завалился крест, начали искривляться стены. Мы укрепили конструкцию, перебрали пол и отремонтировали крышу.

Параллельно поддерживали церковь Архангела Михаила, где в советское время было зернохранилище. Главная ценность храма — редкое кубоватое завершение, характерное для деревянного зодчества Поонежья. А еще хорошо сохранившиеся расписные «небеса» — потолочные росписи, которые сегодня можно увидеть лишь в немногих северных церквях России.

В 2018 мы перевезли в Архангело историческую курную избу  ​из деревни Халуй, отреставрировали ее, восстановили интерьер и традиционную печь. Сегодня это еще одно место, где можно увидеть, как жили северные крестьяне.

Сейчас используем курную избу как место сбора и культурной жизни. Например, поем там традиционные песни жителей Русского Севера, ставим рождественские спектакли и проводим концерты. В будущем хотим сделать из нее центр традиционной культуры, чтобы местные жители и туристы могли посмотреть на старинный северный быт. Для этого в одной из частей избы оснащаем музей с экспозицией из предметов народного быта.

Наша артель занимается восстановлением не только храмов Архангело, но и других церквей и часовен Архангельской области. Среди них — церковь Николая Чудотворца в селе Троица, построенная в середине 19 века.

Многие проекты реализуем вместе с благотворительными организациями. В частности, сотрудничаем с фондом «Вереница», который занимается спасением деревянных храмов Русского Севера.

Мы не привлекали на восстановление и строительство храмов и избы в Архангело государственные деньги или крупные частные инвестиции. Исключение — деньги от Минкульта на завершение уже начатой консервации храма Сретения Господня в 2026. Мы надеемся закончить работу до конца года.

Поддерживать храмы нам помогают обычные люди. Небольшие пожертвования складываются в суммы, которых хватает на очередные работы. О планах и ходе реставрации мы рассказываем в группе во «Вконтакте». Именно так удалось собрать, например, 700 000 ₽ на первый этап восстановления Сретенского храма.

Нас поддерживают и ценители деревянного зодчества со всей страны. Так, один из наших знакомых из Москвы за несколько лет пожертвовал на восстановление курной избы около 5 млн рублей.

Полностью восстановить храмы — задача на многие годы. После завершения консервации Сретенской церкви мы планируем перейти к полноценной реставрации храма Архангела Михаила.

Региональные туроператоры привозят к нам группы туристов, иногда заезжают индивидуальные путешественники. Люди едут из Архангельской и Мурманской областей, Москвы и Петербурга, школьников и студентов привозят из соседних районов области. Многие из гостей живо интересуются темой деревянного зодчества и разбираются в ней.

Моя супруга по профессии художник-керамист, в Москве занималась керамикой. Недавно она прошла аттестацию на экскурсовода. Поэтому теперь водит по храмам экскурсии, проводит чаепития, организует мастер-классы по керамике, ткачеству закладок и поясков, изготовлению нашего местного печенья тетерка, родом из Тверской области.

Сейчас мы активно развиваем в Архангело фольклорное направление: организуем экспедиции, встречи и образовательные программы по изучению истории края. Недавно при поддержке Фонда президентских грантов запустили проект «Школа традиционного костюма в Архангело». Его участники изучают народный костюм по книгам, музейным коллекциям и во время исследовательских поездок.

Для нашей семьи Архангело стало настоящим домом. Здесь дети растут в безопасной среде, я стал священником и служу в новом храме, а жена занимается традиционными ремеслами. Мы ведем небольшое хозяйство, а когда пять лет назад у нас сгорел дом, восстановить его помогли местные жители и друзья.

Для нас восстановление храмов — не только сохранение памятников, но и возрождение традиционного уклада жизни. Мы хотим, чтобы Архангело стало местом, где ценят ремесла, ручной труд и историю. Для этого планируем создать НКО, активнее привлекать гранты и развивать проект «живого музея» северного деревянного зодчества.

Впереди — перевозка старинных домов, строительство кузницы и новых мастерских, развитие ремесел и создание сувениров. Мы хотим, чтобы все эти пространства были не музейными декорациями, а частью повседневной жизни, привлекали новых жителей и помогали деревне развиваться.