Сотни человек собираются, чтобы вместе петь «Коня»: как я делаю бизнес на хоровых вечеринках

После первого же хора мы зафиксировали структуру мероприятия, определили требования к площадкам, прописали сценарии, собрали универсальные трек-листы. В них вошли песни Надежды Кадышевой, песня «Конь» группы «Любэ», «Мой ненаглядный» и «Ясный мой свет» Татьяны Булановой.

За август и первую половину сентября мы провели четыре хора. Люди активно смотрели ролики с мероприятий в «Инстаграме»*, за неделю после четвертого хора у нашей страницы набралось 1,5 млн просмотров.

Подписчики спрашивали, когда следующий хор и приедем ли мы к ним в город. Это был главный сигнал, что формат можно развивать.

После пары мероприятий начали поступать предложения от разных площадок: торговых центров, арт-пространств, фестивалей. Для них хор был способом привлечь аудиторию. В некоторых случаях даже плату за аренду с нас не брали: им было выгоднее получить поток людей, которые потом оставались в заведении.

С процентами от бара мы не работаем, в последние годы общепит почти отказался от таких схем. Обычно сотрудничество строится так: либо нам предоставляют помещение бесплатно ради трафика, либо мы арендуем площадку на стандартных условиях. Радуемся, когда удается найти красивое историческое здание для хора: колонны, высокий потолок, балконы на втором этаже. В такой атмосфере звук становится объемнее, происходящее выглядит более грандиозно.

Рекордное число участников в Иркутске — шесть тысяч человек. Это мероприятие было приурочено ко дню рождения ТРЦ «Модный квартал», оно проходило в центре города. «Хит Хор» был частью большой праздничной программы, не все зрители пришли именно на нас. Причем как только на сцену вышел хор, пошел ливень, но люди не уходили и пели с нами.

После второго хора в Иркутске, где было полторы тысячи участников, нас пригласили в Улан-Удэ на гастрофестиваль. Этот момент стал проверкой: будет ли работать формат вне нашего родного города.

В Иркутске у нас уже была команда и процессы. В другом городе пришлось все выстраивать заново: искать подрядчиков, изучать аудиторию, контролировать качество звука, набирать людей. В Улан-Удэ помогал местный коллектив, а процесс мы организовывали сами. Может показаться, что проще привезти команду из Иркутска и все сделать под ключ. Но у всех вокалистов есть семьи, другая работа, и постоянно возить их на гастроли нереально. Кроме того, мы хотим выращивать коллективы на месте, чтобы они могли выступать самостоятельно, на городских и заказных мероприятиях, или организовывать собственные ивенты.

До мероприятия мы работаем через билетные сервисы и соцсети: публикуем организационные детали, напоминаем о времени и месте, отвечаем на вопросы. Также на привлечение новой аудитории лучше всего работают видео, которые люди снимают, когда поют. Потом выкладывают их в интернет, а городские паблики репостят.

Когда мы начали выходить в другие города, подключили платное продвижение: «Телеграм», «Вконтакте», таргетированную рекламу и размещение в городских медиа. Но даже сейчас реклама скорее усиливает интерес, а не создает его с нуля.

Процессом управляет ведущий — проводит распевку и создает настроение зала. От его работы напрямую зависит, как пройдет мероприятие. На первые одно-два события в новом городе мы привозим своих ведущих, чтобы задать формат. Параллельно подбираем кандидатов на месте, чаще всего из вокальных коллективов. После обучения следующие хоры может вести уже местный ведущий, хотя на практике это не всегда происходит сразу.

Мы провели уже больше 60 мероприятий более чем в 20 городах. В каждом городе формат приходится донастраивать: другая площадка, другая команда, другая аудитория. Ищем локальные хоровые коллективы, иногда кавер-группы, и договариваемся о создании совместного проекта в каждом городе. В итоге мы отвечаем за организационную часть — поиск мест и заказчиков, — а местные ребята занимаются репетициями и выступлениями.

Заметили повторяющиеся ошибки со стороны партнеров: упрощение формата и слабое ведение, выбор площадок без задела на рост, заниженная стоимость билетов, недостаточная работа с соцсетями и местными СМИ. В таких случаях мероприятия проходят один-два раза и постепенно сходят на нет.

Почти 50% затрат на проведение хора съедает реклама. Еще оплачиваем аренду техники и площадки, работу вокалистов, командировочные — они нужны, если мы запускаем хор в новом городе. Туда приезжают ведущий и куратор, они следят за подготовкой и проведением мероприятия.

Бывает, что мы не платим за аренду площадки, если нас, например, приглашает бар. А за аренду исторического пространства с красивой архитектурой можно заплатить и 100 000—120 000 ₽.

Отдельная статья расходов — обучение ведущего в новом городе, мы оцениваем его в 50 000 ₽. В эту сумму входят авиабилеты, такси, проживание и командировочные расходы для человека из нашей команды, который будет обучать его.

Организация одного события обходится в 155 000—440 000 ₽. Билеты стоят 800—1 200 ₽. Чтобы выйти в ноль, нужно собрать 250 участников. Если приходит больше людей, проект начинает зарабатывать. Например, в Иркутске, когда билет стоил 300 ₽, при 1 500 посетителей мы заработали 450 000 ₽, из которых 380 000 ₽ ушло на организационные расходы. А в Краснодаре потратили около 250 000 ₽, получили 100 000 ₽ чистой прибыли.

При запуске хора в новом городе нужно сразу заложить 250 000—300 000 ₽ на мероприятие для 200—250 гостей. Следующие концерты получаются дешевле за счет снижения расходов на рекламу: люди уже поделились впечатлениями о прошедшем хоре, добавились в паблики. Многие хотят прийти еще раз и привести друзей.

В бэк-офисе сейчас работает восемь человек. Это постоянная команда, которая отвечает за координацию городов, организацию процессов и развитие формата. Есть два творческих лидера: я и второй креатор. Мы занимаемся масштабированием, ищем локальные коллективы для партнерства, обучаем, придумываем темы для хоров.

Сейчас у нас 22 города, в каждом из которых раз в три-четыре недели проходят мероприятия: Иркутск, Москва, Красноярск, Владивосток, Новосибирск, Самара, Краснодар и другие. Получается 22—30 мероприятий в месяц по всей стране. Чтобы их провести, нужны два куратора городов, которые ищут площадки, звуковое оборудование в аренду, решают организационные вопросы. Мы часто меняем места проведения хоров, чтобы зрителям было интересно петь в акустике новых залов, и поиск тоже ложится на плечи кураторов.

Еще в команде есть СММ-специалист, она ведет контент-план в трех соцсетях для каждого из 22 городов: во «Вконтакте», «Телеграме» и «Инстаграме»*. Скоро еще добавим Max. Это 66 пабликов, в каждом надо сделать хотя бы три публикации в неделю, которые должны быть интересными и разнообразными, — получается 792 публикации в год.

Отдельный сотрудник закупает для всех мероприятий рекламу на интернет-площадках, оценивает ее и анализирует. Также в бэк-офис входит специалист по работе с блогерами: он ищет инфлюенсеров в каждом городе, договаривается с ними о посещении мероприятия. В Москве у нас еще есть два сотрудника, которые общаются с заказчиками и корпоративными клиентами, там же находится художественный руководитель. Он готовит коллектив к выступлению, подбирает вокалистов, проводит репетиции, выбирает трек-листы, решает вопросы по текстам, одежде и стилю.

Основные риски возникают за пределами сцены. Крупные и уличные площадки требуют согласований с администрациями, которые кураторы городов начинают за две-четыре недели.

Отдельная задача — организация входа. За десять минут до начала может прийти сразу 700 человек. Подобных случаев пока было два. В итоге охранники помогали кассирам сканировать входные билеты, но очередь все равно растягивалась на полчаса, оба мероприятия начались позже.

В другой раз, в Ростове-на-Дону, действовал запрет на уличные мероприятия, а хор хотели провести во дворе между несколькими музыкальными барами. Собираться можно было не более чем по 50 человек из-за общей ситуации в стране и близости региона к границе. Местный организатор был в курсе, но уверял, что все будет в порядке. Оказалось — нет.

Пришлось за один день срочно менять локацию, искать новое место и оперативно сообщать об этом всем участникам. В итоге хор перенесли в бар, который находился рядом. Владелец предоставил площадку бесплатно. Людей встречали у входа во двор и направляли в новое место. В целом все прошло успешно, хотя часть билетов пришлось вернуть, потому что люди хотели петь именно во дворе.

В Краснодаре возникла проблема со светом: вечером площадка оказалась слишком темной, и артистов подсвечивал фотограф. Параллельно мы попросили участников включить фонарики. Это помогло сохранить атмосферу.

Может начаться дождь, гроза. Иногда слабо продаются билеты. Но мы ни разу не отменяли мероприятия, притом что хоры в помещениях в холодный период могут уйти в минус или в ноль. В бюджет каждого мероприятия закладываем резерв в пределах 50 000 ₽ на непредвиденные расходы.

Сейчас ищем спонсорского флагмана для серии летних фестивалей под открытым небом, потому что летом планируем провести более 90 мероприятий. Пока наши спонсоры — локальные компании, которые хотят подарить гостям подарки и сертификаты за упоминание.

В среднем активная аудитория мероприятий — только около 5% жителей города. Из них всего около 0,05% могут прийти на конкретный формат. Но этого достаточно, чтобы собрать зал на 1 500—3 000 человек. Поэтому мы считаем, что можем найти большого спонсора.

У проекта уже есть мерч, и сейчас мы готовимся к старту продаж во всех городах присутствия. Это отдельное направление, которое планируем развивать параллельно с мероприятиями. Но идея остается прежней: мы дарим людям эмоции, и я считаю, что, пока им хочется петь вместе, формат будет жить.