«Джентльмены», сезон 2: отличное продолже­ние крими­­­­­­­нального сериала Гая Ричи про британскую аристократию

К главным ролям вернулись Тео Джеймс, Кая Скоделарио, Дэниел Ингс, Рэй Уинстон и Винни Джонс. К ним присоединились Хью Бонневилль из «Аббатства Даунтон», Серджо Кастеллитто из «Конклава», Микеле Морроне из «Горничной» и музыкант Бенджамин Клементин, снимавшийся в «Дюне».

🎭 У Тео Джеймса выдающийся перформанс. Первый сезон во многом строился на сопротивлении Эдди преступному миру: он хотел расплатиться с долгами брата и договориться с Глассами. Теперь спокойствие ему чуждо. Эдди словно проверяет границы дозволенного — что именно может себе совершить человек, который одновременно носит герцогский титул и является бандитом.

Когда кажется, что Эдди окончательно осатанел, он снова тебя ошарашивает. Остатки человечности, правда, иногда прорываются наружу: например, он не решается убить человека на глазах у его детей и доказывает, что способен любить. Но сцена исповеди в шестом эпизоде расставляет все по местам — настоящего раскаяния Эдди не испытывает. За этой трансформацией очень интересно наблюдать, ведь следующий шаг героя предугадать невозможно.

♟ Героиню Каи Скоделарио тоже раскрывают гораздо глубже. Химия Скоделарио и Джеймса по-прежнему остается одной из сильнейших сторон сериала, причем создатели не пытаются свести их отношения к роману. Эдди и Сьюзи куда интереснее как партнеры — преданные друг другу, но постоянно выясняющие, кто из них на самом деле контролирует ситуацию.

Сама Сьюзи при этом становится заметно объемнее. В первом сезоне она была железной леди, почти всегда оставалась невозмутимой правой рукой Бобби. Выполняла его поручения, управляла бизнесом и редко позволяла себе дерзить отцу. Теперь Сьюзи часто дает Бобби отпор, болезненно реагирует на то, что он все больше уважает Эдди, и впервые оказывается уязвимой — в том числе из-за не самой счастливой любовной истории.

🎬 Здесь много кивков в сторону других фильмов. Но они не выглядят как ленивые заимствования. Главные референсы сезона — «Крестный отец» и «Крестный отец 2». Линия Эдди во многом повторяет путь Майкла Корлеоне, но есть и почти буквальные оммажи. Лорд Хоторн просыпается рядом с трупом, после чего Эдди и Сьюзи используют ситуацию, чтобы заставить его сотрудничать. Похожее происходит с сенатором Пэтом Гири в «Крестном отце 2»: тот просыпается в борделе рядом с мертвой женщиной.

Еще одна классная отсылка — крещение младенца Тарквина. Эдди стоит в церкви, повторяет обеты и отрекается от Сатаны — прямая рифма со знаменитой сценой крещения в «Крестном отце». Похожий каламбур есть и с итальянцами: герой Серджо Кастеллитто буквально оказывается «крестным отцом» — он одновременно приемный отец Беллы и мафиозный босс.

Седьмой эпизод напоминает «Рэмбо: Первая кровь». Джеффу, егерю в исполнении Винни Джонса, приходится практически в одиночку защищать поместье и семью, и сериал на час превращается в сурвайвал-боевик.

При этом шоу не пытается стать «Озарком» или «Во все тяжкие». Здесь по-прежнему много юмора и абсурда. В эпоху, когда любой успешный антигерой рано или поздно начинает смотреть на себя в зеркало под тревожную музыку, приятно видеть шоу, которое способно показать моральное падение героя и все равно помнить о смешном. Чего только стоят банные переговоры Эдди с Бобби Глассом.

👔 «Джентльмены» по-прежнему невероятно стильный сериал. Тут балуют локациями: есть Италия и джунгли Перу, много экшена и жестокости, графические вставки, как, например, надписи на стоп-кадрах, которые Гай Ричи написал от руки.

Ну и, конечно, отличные костюмы. Еще в первом сезоне Лулу Бонтемпс рассказывала, что пыталась одновременно воспроизвести и слегка преувеличить реальный гардероб британской сельской элиты: твид, шерсть, клетку, цветные брюки, платки и очки. Во втором сезоне перенос части действия в Италию позволяет ей столкнуть уже два вида роскоши — английскую наследственную эксцентрику и южноевропейскую демонстративную элегантность.