Чем плоха жизнь в Кабо⁠-⁠Верде

30—40 минут

может быть очередь на кассе в продуктовом магазине

При этом сотрудники стремятся уделить время каждому — одновременно принимают деньги от одного клиента, выдают бумажки другому, отвечают третьему, которому «только спросить», советуют что-то коллегам и еще умудряются говорить по телефону. Отсюда бесконечное количество ошибок во всех документах и расчетах.

Например, когда я заказывал справки об отсутствии криминальных записей для ВНЖ, документы мне переделывали три раза. Когда я получал бумаги, обратил внимание, что есть ошибка в фамилии жены и номере моего паспорта. Я указал на это, мне сказали зайти после обеда — они исправят. После перерыва выяснилось, что исправили только одну ошибку, а про вторую забыли. Сказали зайти завтра, я пришел, все сделали как положено, но комиссара, который подписывает обновленные справки, нет. Предложили зайти во второй половине дня, но наученный горьким опытом я пришел через день и забрал готовые документы.

Но, кроме особенностей местного менталитета, есть и системные проблемы. Например, в стране не развит цифровой сервис: у компаний и госструктур часто нет приложений и даже сайты работают нерегулярно. Еще здесь доисторическая система распределения клиентов — в редких банках есть отдельные кассы для юрлиц. Поэтому, если кто-то приходит от компании сдать выручку, окно блокируют на пару часов.

Также для меня странно, что за онлайн-трансферы, которые упрощают процесс, берут комиссию. Например, чтобы перевести 1 000 CVE⁣ (1 000 ₽), я заплатил сверху 103,5 CVE⁣ (103,5 ₽).

Затормаживает процесс нестабильная работа программного обеспечения. Фраза «у нас система зависла» звучит довольно часто.

Например, в соцфонде INPS  ​и так всегда очередь под 40 человек с больничными, инвалидностью, пособиями и прочим. Но однажды, когда я пришел и зависла система, мне пришлось прождать несколько часов, чтобы та возобновила работу. За это время успел поговорить с соседями по очереди, сходить в магазин, выпить кофе. Через три часа ничего не изменилось, а через час заканчивался рабочий день. Охранник сказал, что ждать нет смысла, и всех распустили.

Из-за всего перечисленного кабовердианцы зачастую устраивают «чес» по нескольким организациям сразу — набирают везде талонов, потом идут по своим делам и между ними пытаются успеть что-то оплатить или решить бюрократические вопросы. Отсюда дикое количество окошек, когда место в очереди забронировано, а человек не пришел или опоздал, взял новый талон, и история начинается заново.

Но все же я нашел способы избежать огромных очередей. Например, брать электронный талон, обычно это делают на портале NhaBex — главный сайт по всем очередям в Кабо-Верде. Там есть банки, страховые, поликлиники и даже мэрия.

Талон выдают онлайн, без авторизации и лишних вопросов. Его можно сфотографировать или хранить на телефоне. В очередь встают из дома, а когда время подходит — люди выдвигаются в нужную организацию. Также в системе есть оповещение звуком до пяти человек и уведомление на электронную почту. Если нужного учреждения нет на NhaBex, в очередь встают на сайте конкретной организации.

На месте талончик отображается как senha online — «электронная очередь». Обычно все сначала идут к охраннику, он помогает сориентироваться. Они в Кабо-Верде не только охраняют, но еще и выполняют обязанности администраторов: смотрят, чтобы все шли строго по очереди, пропускают вперед женщин с младенцами и пожилых людей.

Еще один лайфхак — воспользоваться толерансией  . Это зазор обычно в три человека, в это время могут принять, даже если очередь уже прошла. Например, я взял в банке талон с номер A-81, но отошел в магазин, а когда вернулся, оператор уже принимал человека с номером А-83. По праву толерансии я пошел следом, а номеру А-84 пришлось меня пропустить.

Чтобы пользоваться этой фишкой, поможет знание португальского, а еще лучше — местного креольского языка  . Также потребуется предупредить охранника и желательно — человека, который не пойдет по своему номеру, хотя его очередь на экране.

Наша семья довольна непритязательна. Мы всю жизнь прожили в обычном российском городе с населением 300 000 человек, и нас не пугает отсутствие тыквенного латте и бутиков, а слово «каршеринг» в нашей местности считалось чем-то ругательным. Но Кабо-Верде удалось удивить.

Допотопный сервис такси. Здесь нет приложений, сайтов, ни даже единого номера телефона, чтобы вызвать машину. Такси ловят в основном рукой на дороге.

Лучше всего взять личный телефон таксиста и позвонить напрямую, но у них нет понятного графика работы. Сегодня он приедет, завтра отдыхает, послезавтра уехал к родственникам на другой остров, а потом еще что-нибудь.

Кроме того, в Кабо-Верде нет адресов. Есть формальные названия улиц, но их мало кто знает, а номеров домов не существует. Так сложилось исторически: люди всегда ориентировались по названиям районов, например:

• Ашада-Гранди-Френте  ​— «Переднее Большое плато», расположенное ближе к океану и порту;
• Ашада-Гранди-Траш  — «Заднее Большое плато», уходящее вглубь территории;
• Тира-Шапеу  , с португальского буквально — «Сними шляпу». По легенде, это возвышенность, где снимали шляпу верующие путешественники при виде церкви Богоматери Милосердия  , а в 2026 году это промзона.

Сами районы невелики, там есть заметные ориентиры: школа, церковь, полицейский участок, торговый центр или спортбар.

Чтобы вызвать такси, необходимо на португальском объяснить что-то вроде «район такой-то, розовый дом рядом с кафе, затем свернуть у пальмы направо, и я там выйду». И все равно водитель приедет не туда — в этом, кажется, они во всем мире одинаковы.

Зато дешево: поездка по городу стоит от 100 CVE⁣ (100 ₽) до 250 CVE⁣ (250 ₽). Туристов могут слегка обмануть: накинут 50⁠—⁠100 CVE⁣ (50⁠—⁠100 ₽) сверх цены, но это скорее редкость, а обмана на большую сумму я не встречал ни разу и подобных историй не слышал. В целом таксисты мировые парни: помогут с багажом и подождут бесплатно, если недолго.

Проблемы с доставкой. Она есть, но настолько не развита, что пользоваться ею нет никакого желания. Чтобы заказать, придется объяснять по телефону, но большая вероятность, что все перепутают. Иначе тут не бывает.

Но если готовую еду еще худо-бедно привезут, то за продуктами только идти лично. Пожилые люди нанимают помощников или просят знакомых таксистов за 100⁠—⁠200 CVE⁣ (100⁠—⁠200 ₽). Те покупают продукты по списку и приносят.

Доставки из-за рубежа — это китайские «Алиэкспресс» и «Шейн». Я заказываю на «Али», посылка идет месяц, иногда два-три. Заказы до 10 000 CVE⁣ (10 000 ₽) не облагаются пошлинами, а на суммы выше я никогда не покупал.

Одежду берем на специальном рынке, который называется «йа», он работает по воскресеньям на одной из авеню в центре. На этом базаре продают качественные вещи из США, Бразилии и Европы. Уехавшие родственники присылают местным вещи на продажу через океан в бочках — прямо в них же торговцы везут товар на рынок и выкладывают кучами на прилавок или клеенку на земле.

Примеряем одежду, как в 90-х и нулевых — на картонке. Зато дешево: футболки на взрослого стоят 1 000 CVE⁣ (1 000 ₽), а дочка умудряется находить на ту же сумму два-три хороших платья.

Ленивые работники. После двух лет жизни в Турции мы привыкли, что общепит — это святое. Турецкие официанты шустро бегают с подносами и всегда наготове, рады поболтать и встречают как родного. В Кабо-Верде иначе: до персонала необходимо докричаться, иногда дополнительно выпросить ложку, вилку или трубочку для сока. Иногда про заказы и вовсе забывают.

Здесь есть странная закономерность: в заведениях подешевле все работает лучше, чем в дорогих. Путем проб и ошибок я нашел несколько мест в своем районе с относительно быстрым обслуживанием.

В Кабо-Верде действует специфическая система, когда обеды в кафе готовят к 13:00—14:00, а в другое время их нет или приходится узнавать, готов ли повар сделать заказ отдельно. Однажды мы пришли в кафе в центре города в 12:00 и больше часа ждали заказ, потому что не знали об этой системе. С тех пор я смотрю на часы и каждый раз спрашиваю, сколько ждать и стоит ли зайти попозже.

Отдельная история — доброжелательность. В некоторых кафе и ресторанах принцип «Вас много, а я одна!» возведен в абсолют. Заходишь внутрь, а на тебя смотрят как на врага.

Работники в Кабо-Верде — как писал Салтыков-Щедрин: «От природы не имеют никаких поползновений к действию». Могут и дело знать, но без начальства смотрят в потолок.

Знаю, что владельцы предприятий сильно страдают от нехватки кадров и берут кого попало. Платят обычно МРОТ — 17 000 CVE⁣ (17 000 ₽) или чуть больше, отсюда и все проблемы. Но хозяева заведений говорят, что повышение зарплат не ведет к тому, что приходят более ответственные и квалифицированные сотрудники, так что зачем платить больше.

Например, у моего знакомого несколько заведений. Он сказал, что ежедневно посещает все точки и контролирует работу персонала. Многие сотрудники безынициативны, кто-то часто ошибается или подворовывает. Из-за этого ему сложно расширяться.

Средний возраст жителей Кабо-Верде 29,5 года — здесь много молодых людей, которые часто жалуются, что в стране нет работы.

Такое происходит не только в общепите. В магазинах бесполезно спрашивать сотрудников, есть у них в продаже что-то или нет. Ответ на этот вопрос знает только владелец — хорошо, если он на месте. В остальных случаях — «вон на полках поищите».

Однажды в трехэтажном магазине я искал резинку для одежды. На первом этаже мне сказали, что она на втором, там отправили на третий. На третьем оказалась офисная мебель, где мне сообщили, что резинки внизу. Я так ничего и не купил.

В другом магазине хотел приобрести испанскую сковородку. Стоимость там выше, я думал, что и обслуживание лучше. Подошел незадолго до обеда и хотел для начала узнать, сколько стоит товар, потому что ценник отсутствовал — тоже частая история. Но девушки-продавцы развели руками — компьютер уже выключили, все спешили на обед, поэтому, синьор, дверь вон там. Пришлось вернуться в другой день.

Во многих магазинах есть сиеста — дневной перерыв с 13:00 до 15:00. Работают в это время в основном китайские магазины и некоторые продуктовые. К этому пришлось привыкать: несколько раз мы приходили к закрытым дверям, потом уже стали обращать внимание на время.

Но самое сложное — это строительные магазины. В основном они принадлежат китайцам, а работают там местные. Сначала я думал, что достаточно показать фото материала или инструмента, но продавцы часто не понимают по изображению, что от них хотят. Изначально я показывал картинку и объяснял словами, предварительно узнав нужные фразы на португальском. Но это не помогало.

Однажды я пришел за клеем ПВА, который здесь называется cola branca, то есть «белый клей». Работник магазинчика сначала минут пять пытался понять, что я хочу, потом достал из-под прилавка белый герметик. Подошел покупатель из местных и сказал, что синьор просит «колу-бранка», а не это. Я подумал, что мое произношение смутило продавца, но на слова кабовердианца он тоже пожал плечами и надолго задумался.

Я показал фото клея, стал объяснять, что это белый клей для дерева, но все тщетно. Кончилось тем, что из-за кассы встал китаец, устремился к нам и хотел отвесить работнику подзатыльник, но тот ловко и, видимо, привычно, увернулся. Сказав что-то ругательное на китайском, хозяин достал нужный мне клей. Еще я хотел болты с гайками, но решил, что за ними зайду в другой раз.

Услуги мастеров. Про местных ремонтников ходит множество баек, но я редко сталкивался с этим, так как в основном по дому делаю все сам. К нам один раз приходил мастер по холодильникам, который перезаправил его фреоном  , но этого хватило недели на две. Договорились с хозяином квартиры, что он купит новый холодильник. Проблема заключалась в утечке фреона, а не в мастере, но тут это обычное дело: починить в надежде, что сломается не сразу, а поработает подольше. Так и живут.

Еще у соседки сверху делали ремонт гвинейские рабочие. Они выкидывали мусор в окно, и одна из оргалитовых панелей попала в наше стекло — оно разлетелось вдребезги. Пришел один из гвинейцев с виноватым лицом, видимо, ожидая, что на него будут орать, но я отреагировал спокойно. Мы вынули раму, он забрал ее и пообещал, что отвезет в китайскую мастерскую, чтобы там вставили новое стекло. Через пару дней он принес застекленную раму. Это было удивительно: я ожидал, что придется ходить за ними полгода.

У той же соседки же прорвало трубу, которую другие рабочие только что замуровали в стену. На входном кране в квартире не было ручки, чтобы отключить водоснабжение, и женщина пыталась дозвониться до сантехника, который к тому времени ушел. Вода тем временем текла по всему подъезду. Я перекрыл кран разводным ключом, а соседка с мужем весь вечер собирали воду тряпками.

По поводу бьюти-услуг для женщин моя жена считает, что тут ничего нет. Несколько раз она ходила на стрижки к разным мастерам и осталась недовольна. Парикмахеры здесь привыкли работать с жесткими, как проволока, волосами и делать специфические вещи — дреды, «ананасы»  ​и разнообразные завитушки. Некоторые иностранки ездят к мастерам в Португалию или США — обычно это совмещают с отпуском или командировкой.

Мы не самые требовательные мигранты, но даже нам не хватает привычной инфраструктуры.

Мало детских площадок. Они есть, но их не так много и находятся в ужасном состоянии. Местные дети играют на улицах: гоняют мяч на свободном пространстве, лазают по деревьям и столбам или сидят на поребриках и общаются. Немного спасают ситуацию спортплощадки при школах и на улицах, но они подходят не для всех возрастов.

Наши дети адаптировались и вместе с местными друзьями выходят на улицу и болтаются по району. Но главное в Кабо-Верде — не гулянки, а ходить друг к другу в гости. Здесь эта тема развита: детей постоянно оставляют у кого-то, иногда один родитель забирает нескольких и отвозит к кому-то, а другой развозит по домам. В общем, постоянно происходит круговорот детей, и порой трудно понять, кто где находится.

Нет места для прогулок. Здесь негде выйти и пройтись. Тротуары в основном разбиты, мало деревьев, нет набережных и палящее солнце, от которого негде спастись, кроме как в шумных кафе.

Нет велодорожек. Когда мы только приехали, купили детям по велосипеду. Но быстро поняли, что кататься негде. Единственным местом для этого оказалась парковка у здания национальной ассамблеи. Туда приходят и другие дети с родителями после 17:00, так как до этого там стоят машины. Кроме того, это единственное место, где безопасно: территорию охраняет военная полиция с автоматами. В иных районах велосипед у ребенка могут отобрать, а оставить без присмотра — гарантированно его лишиться.

Нет организованных парковок. Машины стоят как попало, местные не отличают тротуары от дорог и ставят автомобили как бог на душу положит — пусть весь мир подождет. Полиция не обращает на это никакого внимания.

С другой стороны, водят здесь крайне аккуратно и риск, что тебя собьют, минимален.

Электричество — его периодически отключают. За два года мы пережили множество коротких отключений и один энергокризис. Осенью 2025 провели сутки без света. Тогда в Прае проводили веерные отключения  ​— подачу электричества прекращали по районам на четыре — шесть часов, где-то на 12, а ряд окраин отключили на три дня.

Больше всего пострадал малый бизнес. В магазинах перестали работать холодильники и испортились продукты. У торговок, которые готовят еду и продают ее на улицах, произошло то же самое. Для местных женщин испорченная морозилка мяса это катастрофа, так как основной заработок с продажи еды обеспечивает всю семью.

Из-за постоянных отключений произошел крупный скандал. Тогда перестали работать опреснители — начались перебои с водой. Люди стали возмущаться, и энергетическая компания EDEC  ​сделала 10% скидку по всем счетам в течение двух месяцев. Кроме того, пострадавшие жители завалили энергетиков претензиями и под угрозой судов заставили выплатить 4 000 000 CVE⁣ (4 000 000 ₽) компенсациями. Правда, выплаты поступили только тем, кто написал претензию и подтвердил ущерб, остальные обошлись скидками.

Есть несколько причин, по которым отключают электричество.

Сложность оборудования и проблемы с запчастями: Праю обеспечивает электричеством геотермальная станция c финским оборудованием Wärtsila, еще на этой станции есть солнечные панели. Так как Кабо-Верде находится посреди океана, бывают поломки, которые невозможно быстро устранить: запчасти отправляют кораблями. Я не знаю, что мешает сделать запас или иметь на подхвате аварийные генераторы — наверное, нехватка денег.

Воровство — по данным EDEC, 25% мощности разворовывают. Я слышал от кабовердианцев, что это называется fazer um gato na eletricidade — «сделать кота», то есть незаконную врезку. В 2024 году два человека в разных районах погибли при таких врезках от удара током. Хотя кража электричества влечет штраф до 2 000 000 CVE⁣ (2 000 000 ₽) или даже тюремный срок от 1 до 5 лет, это мало кого останавливает. Киловатт-час в Прае стоит 33 CVE⁣ (33 ₽), и в бедных районах людям остается только красть.

В водопроводе в Кабо-Верде нет постоянного давления воды, но и графика подачи тоже нет. Она идет как попало, а для регулярности в квартирах, на крышах домов стоят танки — черные баки, каждый из которых вмещает 1 м³ воды. Один на квартиру. Это позволяет зарезервировать снабжение воды.

Например, нашей семье из четырех человек танка хватает на три-четыре дня. Если за это время в водопроводе не появится давление, танк опустошится, и мы останемся без воды.

Перебои с подачей случаются постоянно: на опреснительной установке ломается трансформатор, происходит утечка или что-то еще.

Первые недели в новой квартире мы не знали, что и как работает, поэтому у нас регулярно кончалась вода. Вместо душа я ходил на пляж, пару раз пришлось идти ночью. Также мы сделали запас воды в больших бутылках — такое есть во всех квартирах.

Если вода в танке кончилась, а в городскую сеть ее не подают, остается один вариант — заказывать водовозку. В Прае множество компаний, которые закачивают воду в танк по шлангу, но это очень дорого. Кубометр в водопроводной сети стоит 240 CVE⁣ (240 ₽), услуги водовозки обойдутся в 1 000 CVE⁣ (1 000 ₽), а если проблемы во всем городе, цена доходит до 2 000 CVE⁣ (2 000 ₽).

В новостройках и ряде старых домов есть дополнительные подземные резервуары с водой на всех жильцов. У нас тоже есть такой, но, когда мы заехали, он был отключен за долги. Обычная и для России история: не сошлись показания индивидуальных и общего счетчиков воды — то ли где-то утечка, то ли еще что-то, в итоге пришли из водоканала и отключили подземный бак, чтобы все платили только по своим счетчикам.

Когда мы в очередной раз остались без воды, я написал хозяину квартиры, и он вместе с председателем нашего дома пошел в водоканал разбираться. Насколько я понял, дому простили 50% долга, а остаток разрешили погасить по графику.

Через пару месяцев подземный бак опять отключили, и я снова писал хозяину, и он в очередной раз что-то решал. Вот уже больше года все работает стабильно. Если в танке на крыше нет воды, я иду в подъезд, включаю насос и вода закачивается из подвала в танки всех жильцов. Насос старенький и периодически отключается, так что мне приходится выходить по нескольку раз, но все же это лучше водовозок.

Мусор — самая неприятная проблема, о которой часто пишут в соцсетях жители. Прая не самый чистый город, так как у местной администрации не получается вывозить мусор вовремя. Я читал десятки разных объяснений, среди которых нехватка мусоровозов и контейнеров, плохое состояние последних, дефицит работников и так далее.

В 2024 году мэр города дошел до того, что обвинил в разбрасывании мусора из контейнеров своих политических конкурентов из партии «Движение за демократию». Он заявил, что те нанимают специальных людей, которые по ночам переворачивают баки и таким образом снижают рейтинг градоначальника перед выборами на фоне случаев лихорадки Денге.

Я не знаю, кто в это поверил, но дошло до того, что возле мусорок поставили охрану — сам видел «наблюдателей» в желтых жилетах. Они целыми днями тупили в телефон напротив помоек.

После выборов ситуация с мусором не изменилось. Каждый в Прае знает, что разбрасывают его вовсе не демократы и их приспешники, а местные нищие, которые выходят по вечерам и ищут в помойках еду. Для удобства они опрокидывают контейнеры, и если найдут съедобные остатки, уносят их под дерево и потрошат. За ночь ветер разносит мусор по улицам.

Второй момент — вечернее паломничество к мусоркам от всех магазинов и кафе. У торговых точек часто нет отдельного вывоза отходов, и они выбрасывают все в общие контейнеры. В результате к 22:00 мусорные площадки превращаются в пирамиды из дурно пахнущих мешков и коробок.

Правовая система и законы в Кабо-Верде во многом скопированы с португальских. Вроде бы это хорошо, но, когда дело доходит до практики, начинаются проблемы.

Нет системы защиты прав потребителя. В России мы привыкли к жесткому закону в этой сфере, и я считаю его одним из поводов для гордости: всегда знаешь, что плохую вещь заменят или вернут деньги. В крайнем случае добьешься этого в суде, а магазин еще и заплатит штраф.

В Кабо-Верде нет ничего подобного. Страна завалена низкокачественным китайским товаром, за который никто не отвечает. Детские игрушки ломаются в течение дня, а новую обувь можно выкинуть через 100 метров. Чеки не выдают, а когда приходишь с претензиями, продавец делает вид, что ничего не помнит. Порой удается урегулировать вопрос через хозяина, особенно если вы знакомы, но это не система, а исключение.

За два года жизни здесь я ни разу не видел гарантийного талона на что-либо. Ремонт по сроку обслуживания, по словам местных, — шаманство, которое длится месяцами, после чего прибор поработает пару недель, и его снова придется чинить.

Однажды мы купили дочке сандалии, и они прослужили ровно неделю, потом порвался ремешок. А игрушки-безделушки живут сутки.

Два китайских вентилятора проработали ровно год — и уже к следующему лету пришлось их выбросить. Когда я покупал новый вентилятор, спросил, есть ли гарантия. Продавец в магазине ответила что-то в духе: «Мы же проверили — он работает. Так чего еще хотите, синьор?»

Нет письменных договоров. Не то чтобы их нет во всех сферах — например, для аренды договор заключат. Но во всем остальном на бумаге ничего не фиксируют.

Даже поставки в бизнесе выглядят так: продавец и покупатель договариваются на словах. Если продавец не получил товар вовремя или обнаружил брак, что случается нередко, ищут другого, и так до бесконечности.

Отсюда полная расхлябанность во всем: ничего не делается вовремя и с предсказуемым результатом.

Неэффективный суд. О судах здесь ходят легенды. Простейший спор рассматривают годами и без результата. Однажды мой знакомый с Балкан снял в Прае коммерческое помещение, оплатил два месяца вперед, но хозяйка не отдала ключи. Он долго ходил за ней, пока не выяснил, что она сама поселилась в его будущем офисе. Оказалось, владелица только вышла из тюрьмы, где отбывала срок за наркотики.

Тогда арендатор подал в суд и регулярно ходил на заседания. В итоге суд постановил, что ему должны вернуть депозит, но предоплату за два месяца так и не взыскали. В итоге ни офиса, ни денег.

Другая знакомая судилась из-за некачественной перетяжки мебели — обычный потребительский спор. Судья вызвал мастера, стал его опрашивать и попутно прямо в зале суда сообщил, что у него тоже есть старая мебель для ремонта, и не возьмет ли мастер ее в работу. Не помню, чем кончился суд, но без толку.

Ущемление прав работников. Тут все как везде: незаконные увольнения, неоплата сверхурочной работы и отсутствие выходных. Последнее часто встречается в сфере розничной торговли, туризма и гостиничного бизнеса на островах Сал и Боа-Вишта — там много туристов.

В Кабо-Верде сильные профсоюзы и постоянно кто-то бастует: только так люди добиваются улучшения условий труда.

Есть и еще одна неприятная особенность — местные начальники. Когда кто-то получает власть, гнобят подчиненных не хуже колонизаторов. Сам не раз это наблюдал. Например, в одном из банков замдиректора стала при всех отчитывать молодую работницу. Она не кричала, но обращалась с выраженной агрессией. Девушка стояла, сложив перед собой руки и молчала склонив голову.

Говорят, по степени бюрократии Кабо-Верде превзошла Испанию и Италию вместе взятые, и это похоже на правду. Для любого действия здесь нужна бумажка, причем с печатью. А еще лучше бумажка и немного денег — официально, через кассу.

Например, выписку с банковского счета недостаточно принести в распечатанном виде, ее необходимо получить и заверить в банке. Но тот выдает ее не сразу, а через день, причем она еще и платная — от 200 CVE⁣ (200 ₽) до 1 000 CVE⁣ (1 000 ₽). Реквизиты счета тоже не принимают на бумажке, их отдельно получают в банке и заверяют — это бесплатно, но придется постоять в очереди.

По каждому поводу миллион формуляров, которые заполняют вручную. Я уже стал забирать их домой, заполнять и возвращать, иначе придется часами сидеть в учреждении и разбираться.

Во всех организациях для детей есть вступительные взносы — inscrição. Например, чтобы поступить в школу, необходимо заплатить за первый месяц обучения плюс inscrição в размере месячной платы. В конце учебного года — это июнь — в отдельных школах берут плату за июль, хотя в этом месяце ребенок не ходит в школу и дня.

В компаниях практикуют платные собеседования — берут 5 000⁠—⁠10 000 CVE⁣ (5 000⁠—⁠10 000 ₽), чтобы рассмотреть резюме и провести интервью. Думаю, многим отказывают.

Еще невозможно быстро сделать ксерокопию, потому что в организациях машины только для сотрудников, а они не хотят делать копии. Простым людям приходится где-то искать офис печати, стоять там в очереди и платить 5⁠—⁠10 CVE⁣ (5⁠—⁠10 ₽) за лист.

Правительство Кабо-Верде регулярно отчитывается о цифровизации госуслуг, и для небольшой африканской страны в этом направлении сделано действительно немало. Но все это рушится на практике. Такое чувство, что бумажный документ здесь обрел магическое значение, при этом у волшебства есть срок — действует только до тех пор, пока служащий желает заполучить документ. Как только его принесешь, он тут же теряет сакральность и летит в ящик стола.

Во всех организациях стоят сканеры, через которые «протягивают» бумажные документы. Хотя я много раз приносил распечатки с местных госуслуг, где есть штрихкод и номер, по которому их легко получить онлайн.

Самым ужасным столкновением с местной бюрократией стала поездка в Россию в июле 2026. Моя жена и дети летели без меня. В час ночи в аэропорту выяснилось, что годом ранее в Кабо-Верде приняли поправку в закон, что на вылет детей, если они с одним родителем-иностранцем, необходимо нотариально удостоверенное согласие второго родителя. Я провожал семью, предложил написать согласие от руки, но все наотрез отказывались и отправляли к нотариусу.

В итоге полиция отказала в выезде, все это происходило в отвратительной хамской манере. Одна из женщин-полицейских, увидев, что старшая дочка расплакалась, сказала что-то вроде: «Меня раздражают такие дети, как она». Это именно то, что здесь называют crueldade — жестокость. Вместе с нами сняли с рейса еще несколько семей с той же проблемой, и никто не попытался решить вопрос.

Наши билеты за 900 €⁣ (90 000 ₽) сгорели. Заверение, которое от нас требовали, стоило у нотариуса 450 CVE⁣ (450 ₽), и дети с женой улетели через день.

Когда я рассказываю эту историю, никто не понимает, зачем какая-то бумага от отца, если в тот момент я стою рядом и подтверждаю, что даю согласие на выезд детей.

Самое неприятное в этой ситуации, что и нотариальные заверения в Кабо-Верде — это условный документ. Нотариус не смотрел мое заявление, а парой месяцев ранее я случайно заверил в нотариальной конторе справку на русском языке: она затесалась среди местных документов и на нее тоже поставили печать.

В этом все Кабо-Верде: правила появляются и исчезают и никто не скажет, как надо, а главное — зачем. Поэтому я много раз слышал, что местные власти не хозяева своей правовой системе: принимают нормы по «советам» Евросоюза, а потом пытаются придумать, как с этим жить.

Есть две версии насчет Кабо-Верде: первая — это центр планеты, вторая — это жопа мира. В разных смыслах оба варианта верные, но географически страна расположена интересно: отсюда одинаково тяжело добираться до популярных стран.

Местные авиалинии летают в Португалию, Францию и Испанию. Также в 2026 году возобновлен прямой рейс между Праей и бразильским городом Ресифе, а еще в апреле открылся рейс в американский город Провиденс. Цена билетов туда-обратно на одного человека 300 €⁣ (26 839 ₽) в Бразилию и 600 €⁣ (53 679 ₽) в США. Африканские авиакомпании с континента делают регулярные рейсы в Дакар, марокканская Royal Air Marocco — в Касабланку, туда лететь шесть часов. Через Лиссабон местные жители отправляются в любое место.

Из России перелеты доступны в аэропорт Праи, откуда легко полететь на другие острова. Лучший вариант — рейсы авиакомпании Royal Air Marocco, они летят из Москвы каждый день и из Петербурга через день. Стыковка в Касабланке занимает 12 часов, но предоставляют ваучер на гостиницу и бесплатный микроавтобус, чтобы туда добраться. Дорога до отеля занимает 15 минут.

Гостиница среднего уровня, но питание включено в стоимость авиабилетов, а в теплое время года приятно искупаться в бассейне. Номера — как повезет: или чистые, или приходится отдельно требовать уборку.

Однажды нас заселили в номер, где на столе стояли открытые недоеденные йогурты, валялись бумажки и не было полотенец. Попросил заменить номер — дали чище, но меньше и снова без полотенец. Я три раза ходил их выпрашивать, но тщетно. Потом поймал горничную в коридоре и попросил у нее лично — это помогло.

Самая большая проблема — постоянные потери багажа. Касабланка — черная дыра, где чемоданы исчезают бесследно. Знаю десятки таких случаев, и наш в том числе.

Общаться с Royal Air Marocco бесполезно: они не отвечают на электронные письма, а если им звонить, то делают вид, что не говорят по-английски. На французском или арабском выражают сочувствие и советуют не терять надежды. Компенсации за утерю добиться невозможно. Это не проклятье рейсов именно в Кабо-Верде: на всех остальных линиях у этой компании ровно то же самое.

В Кабо-Верде существует понятие «морабеза» — так называют местное гостеприимство. Это не пустой звук, туристов действительно встречают радушно. Но, когда живешь здесь подольше, замечаешь и еще одну вещь.

Для меня она концентрируется во взглядах, которые сочетают в себе недоверчивость и ощущение опасности. Будто кто-то замахнулся на человека, и он боится ответить, потому что чувствует себя слабым или понимает, что любое действие по отношению к белому станет фатальным.

В 2012—2013 годах ученая из Португалии Селия Дуарте Дельгадо исследовала особенности ведения малого бизнеса в Кабо-Верде и пришла к выводу, что главным барьером для создания бизнес-альянсов выступает глубокий дефицит доверия falta de confiança. Это пошло от рабства и колонизации Кабо-Верде.

В жизни кабовердианцы общительные и дружелюбные, но, когда дело касается денег и совместных дел, между ними мгновенно возникает глухая подозрительность. Из опыта прожитых лет подтверждаю, что это касается не только предпринимательства.

Антрополог Жуан Лопиш Филью объясняет это так: «Жители Кабо-Верде настолько не уверены в своей жизни, что неопределенность превращается в единственную определенность. Им пришлось научиться принимать неопределенность и жить в таких условиях»  . Предки кабовердианцев веками страдали от засух, голода, непредсказуемости океана и насилия португальцев, поэтому в менталитете закрепилась привычка решать только текущие проблемы.

Отношение к белокожим двойственное: с одной стороны, иностранца часто воспринимают как угнетателя, с другой — как источник средств. Местные любят просить деньги у белых, причем делают это и физически здоровые мужчины. Первое время я не понимал, как реагировать: «на праздник» выпрашивают пожилые женщины, будто им по 10 лет. Потом привык.

Думаю, что все это — реакция на историческую реальность и расовую дискриминацию.

Например, один раз я выходил из дома с дочкой, а мимо проходила местная женщина тоже с дочкой. Последнюю явно заинтересовала белая сверстница, и она хотела познакомиться, но мать пробурчала: «Не подходи к ней, а то заразишься!» Не сомневаюсь, что имелся в виду цвет кожи. Я также склонен думать, что это не только нежелание общаться с чужаками, а реальный страх заразы — в силу плохого образования.

Но если говорить про «обратный расизм» — ущемление белых, это редкость. Цены для туристов редко завышают, а иногда говорят с ухмылкой: «Хм, бранку!..»  , на что я обычно отвечаю: «Хм, прету!»  . Пока жив.

Большего местные себе не позволяют. Сами кабовердианцы — это креолы, то есть смешанная раса, которая зародилась через контакты черного и белого населения. Здесь есть даже специфический юмор, когда два черных парня на улице здороваются так: «Хэй, нига!»

На любом из островов Кабо-Верде хорошо пожить в отпуске, но постоянно здесь делать нечего. За исключением джазовых концертов раз в неделю и пары-тройки ежегодных фестивалей, развлечений нет.

Для любителей тусить по клубам — совсем швах. Местные заведения сильно отличаются от российских или европейских и вряд ли будут интересны приезжим: там шумно, зачастую грязновато и опасно.

Развлечений для детей тоже не густо. Есть летние лагеря за 5 000⁠—⁠10 000 CVE⁣ (5 000⁠—⁠10 000 ₽) в месяц, но в основном там сидят и ничего не делают в ожидании родителей.

Кружки и секции не впечатляют, наша старшая дочь ходит на гимнастику, платим за это 2 500 CVE⁣ (2 500 ₽) в месяц, больше мы ничего не нашли. Одно время еще ходили на «развивашки», которые в частном порядке давала у себя дома итальянка. Мы платили 8 000 CVE⁣ (8 000 ₽) в месяц, но потом они переехали, а новый кружок мы не нашли.

Местные активно занимаются спортом, все спортзалы забиты и стоят недорого: безлимитный абонемент 2 000 CVE⁣ (2 000 ₽), но я решил, что лучше буду бегать на улице. Оказалось, ни в одном из залов нет кондиционеров — если прийти в период летней жары, там можно и помереть. Также нет душевых — кабовердианские качки после тренировки идут купаться в океан, ведь он тут близко.

Думаю, основной проблемой Кабо-Верде стоит считать преступность, так как это влияет на все сферы жизни. Туристу безразлична местная бюрократия, с ней он, скорее всего, не столкнется. А вот с грабителями — запросто, потому что иностранец с рюкзаком для них лакомая добыча.

Местные понимают, сколько страна теряет из-за криминальной славы. Я уже много раз встречал на туристических форумах обсуждение Кабо-Ведре с позиции «не суйтесь туда — вас убьют из-за 100 €». Не могу сказать, что власти ничего не делают с этим, но африканская пословица гласит: «Голодный желудок не знает закона». То есть уровень преступности зависит не только от усилий полиции, но еще от общего уровня жизни.

У меня сложилось впечатление, что со временем многие проблемы решаются. Например, появились сильные профсоюзы, в стране уже есть конкурентная политическая система и правительство вкладывается в цифровизацию, без которой невозможен экономический рост. Но стоит учитывать особенность островных государств — мало места для масштабирования. Например, здесь нет и не будет каршеринга, так как островам некуда расти.

Мне интересно смотреть, как идет жизнь, что происходит нового в стране. Об этом я рассказываю в своем телеграм-канале «Клянусь своей треуголкой | Кабо-Верде».

Например, пока я готовил эту статью, отреставрировали офис местного банка Banco Interatlântico. Теперь там не хуже, чем в Сбере. А годом ранее возле нашего дома полностью переделали сквер и проложили тротуар вдоль всей улицы — до этого он отсутствовал.

Местные постоянно жалуются в соцсетях на деградацию и вымирание Кабо-Верде, да и для приезжих странно закрывать глаза на очевидные минусы. Но за два года жизни тут я все-таки склонен сделать вывод, что через 10 лет в этой стране произойдут положительные изменения. Кроме того, я описал атмосферу жизни только в столице, в городе Прая. Жизнь на других островах, например на туристических Сале или Сан-Висенти, сильно отличается: меньше криминала, больше европейского сервиса, но и дороже.

Что еще почитать об эмиграции:

1. Как выбрать страну для эмиграции: 10 критериев.
2. Как самостоятельно организовать переезд.
3. Как к нему подготовиться.
4. Куда переехать без знания иностранного языка.