Как я сходила на «Барона Мюнхгаузена» в Театре имени Комиссаржевской

«Мы были искренни в своих заблуждениях!» — эта фраза из пьесы Г.Горина звучит как нельзя оправдательно. Во все времена.

Заблуждался или нет режиссер Роман Габриа (знаменитый своими смелыми интерпретациями русской, зачастую классической, прозы — как, например, «Евгений Онегин», или зажигательный «Хоттабыч»), неизвестно. Однако в любом случае его трактовка «Барона Мюнхгаузена» на сцене Театра имени Комиссаржевской определённо заслуживает внимания искушённого театрала и вызывает подлинный трепет после просмотра.

На этот раз главный герой — не усатый джентльмен с умопомрачительным прищуром (каким его воплотил в кино Олег Янковский, влюбивший в себя всех женщин Советского союза образца 1980 года), а крепкий, аккуратно побритый, в некотором роде Энди Уорхолл в тёмных очках, носящий строгий черный костюм, чрезвычайно харизматичный и убедительный персонаж в исполнении талантливейшего актера Богдана Гудыменко. Благодаря весьма достойным работам (взять хотя бы «Доктора Живаго» и «Зойкину квартиру»), Богдан абсолютно заслуженно занял одну из самых высоких актерских позиций в пространстве Комиссаржевки.

Спектакль (лауреат Высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой Софит»—2023) получился лаконичным, ярким, сочным, в достаточной мере музыкальным и оставляющим нотку лёгкой грусти (к счастью, он живет уже 3,5 года и продолжает радовать ценителей творчества Романа Габриа).

Первое действие расставляет акценты, прорисовывая черты каждой фигуры этой истории. Строгая и дерзкая Якобина (Евгения Игумнова) — жена барона, которой и бросить жалко, и нести тяжело. Совершенно неземная, нежная и безмолвная Марта (София Большакова) — возлюбленная барона, уставшая от вечного неустройства и бесконечного обещания: развестись, обвенчаться, быть вместе. Словоохотливая журналистка «Ганновер ТВ» (Екатерина Карманова) — девушка столь же активная, говорящая одновременно на нескольких языках, сколь и равнодушная. Беззащитный Феофил (Василий Гетманов) — брошенный сын барона, запутавшийся и вызывающий жалость.

Есть ещё герцог, бургомистр, судья, пастор и солдаты — это все, с кем барон ведёт свои игры, плетет интриги, пугает, рискует, лавирует, шутит, фантазирует (казалось бы, не желая никому зла). Он — тот, кто был на Луне, он писатель, он художник, он — тот, кто объявляет войну Англии, и тот, кто желает миру мира. Он балансирует в своих полётах во сне и наяву, изощряется, не перестаёт.

В этом первом действии слово «война» звучит так часто, будто это ключевой мотив. Борьба — за право быть свободным, то есть быть собой — не прекращалась никогда. Мюнхгаузен, кажущийся всем сумасшедшим, — тому доказательство.

Во втором действии, намекающем на драматичный, если не трагичный исход, о войне забывается, и новое слово режет слух — это слово на букву Ж, вполне уместное, когда речь идёт о метафорической лошади, стоящей к зрителям отнюдь не лицом. Всё стало ещё хуже и страшнее, чем казалось — теперь «луна-луна, цветы-цветы» (рефрен спектакля) звучит нарочито минорно, безнадежно. Самые сложные вопросы выходят на первый план: вопрос выбора, самоидентификации, самоценности, личного счастья. Один правитель сменяет другого, обещая подлинные блага (и тут узнается старая, жизненная история), те, кто хотел подчинить своей власти жизнь другого человека (хотя как можно меняться из-за каждого идиота?), добились своего, но сами стали сумасшедшими — людьми в жёлтом. И кто в итоге прав, а кто нет — еще труднее определить. Одно печально и неоспоримо: «нам часто в жизни не хватает друзей и доброты». Впрочем, это не повод перестать улыбаться. Улыбайтесь, господа!

Билет в 16 ряд партера был куплен за максимально адекватные для такого чудесного спектакля 700 руб., но капельдинеры разрешили пересесть на свободное место в 11 ряду по центру (его стоимость 2000 руб.) — был отличный обзор.