Люди стали меньше откладывать на депо­зиты, но банки не будут жестче кон­курировать за них. Почему — объясняет главный экономист Т-⁠Инвестиций

Россияне активно переводят деньги в наличные, следует из свежего обзора финансовых рынков ЦБ.

Среднемесячный объем притока наличных во втором квартале 2026 вырос в 5,2 раза год к году, до 479,4 млрд рублей. В июле — в 3,4 раза, до 643 млрд. Среднемесячный прирост депозитов за второй квартал, наоборот, сократился на 56,5%, до 361,6 млрд, за июль — на 60%, до 284 млрд. Год назад прирост вкладов почти в четыре раза превосходил прирост наличных, а теперь объем наличных вырос в два раза сильнее, чем объем денег на вкладах и счетах.

Наметилась тенденция на снижение позиций и в других накопительных инструментах. Приток вложений в ОФЗ  ​во втором квартале вырос в два раза год к году, до 56,5 млрд, но снизился на 13,9% по сравнению с первым кварталом  . Вложения в корпоративные облигации достигли исторического пика во втором квартале, но в июле упали на 4% год к году, до 87,2 млрд. При этом резко выросли вложения в БПИФ денежного рынка  , привязанные к ключевой ставке, до 75 млрд — против 10,9 млрд ежемесячно во втором квартале. Спрос на валюту умеренно снижался.

Главный экономист Т-Инвестиций Софья Донец рассказала Т⁠—⁠Ж про три причины перехода в наличные, насколько это тревожная ситуация для банков и почему они не будут очень активно конкурировать между собой за возвращение вкладчиков.

— Можно ли сказать, что идет массовый отток в наличные?

— На самом деле к этим числам можно относиться двояко. С одной стороны, действительно отток интенсивный, и если строить прогнозы по линейке, то это очень высокая скорость и можно представить, что мы увидим значительные изменения до конца года. И это изменение тренда в каком-то смысле должно настораживать.

А с другой стороны, даже вот по итогам роста наличности, по итогам снижения темпа роста депозита, все равно, если мы посмотрим год к году, то депозиты растут — темпами, сопоставимыми с темпами роста доходов. Значит, люди продолжают откладывать, просто менее интенсивно. Даже норма сбережений  ​не особо-то снижается. Люди не растрачивают, так сказать, свои сбережения.

И можно сказать, что доля наличности от общей денежной массы до сих пор остается на низких уровнях, потому что у нас произошло большое снижение объема наличности в 2024 и 2025 годах из-за высоких процентных ставок и изменения структуры расчетов. Получается, мы сейчас только возвращаемся на те уровни, на которых были в начале 2025 года. А они в сопоставлении с любыми другими периодами в жизни России отличались низкими объемами налички.

Поэтому пока можно сказать, что это скорее не настораживает, пока это выглядит как отскок. Но следить за ситуацией нужно, потому что темпы последних месяцев — это все-таки что-то необычное.

— Каковы причины перехода в наличные?

— Основная причина — это мотив предосторожности. В целом в России всегда динамика налички была завязана на нее. Такие скачки спроса на наличные были в 2020 году, в 2022, в другие моменты встряски, в том числе на финансовом рынке. В такие моменты люди думают: ну, деньги лучше держать поближе к себе, чтобы иметь возможность расплачиваться.

И сейчас этот мотив предосторожности завязан на геополитических событиях, на беспокойствах относительно изменения доступности мобильной связи. Xотя терминалы оплаты работают, просто карточку надо с собой иметь, не только мобильный.

Еще говорят о том, что это может быть элемент реакции малого бизнеса на налоговые изменения начала года, но это не вполне подтверждается цифрами. Если такой процесс есть, то он не ведущий.

Потому что мы видим, что поступление несырьевых налогов в целом и отдельно по НДС — это очень высокие числа. За первое полугодие рост несырьевых доходов — 16% году к году — в два раза выше, чем было заложено в плане по бюджету, а по НДС — на 22% год к году. Из этого только половина объясняется ростом налоговых ставок. Это значит, что собираемость очень даже хорошая.

И третий мотив — снижение ставок по вкладам. Депозиты стали не настолько аппетитными. Когда ставка по депозитам уже ушла с 20 ниже 13%, людям иногда лень какие-то телодвижения делать. Кроме роста доли наличности мы еще видим, что люди чаще хранят деньги не на депозитах, а на текущих счетах — без процентного дохода. Так тоже всегда происходит при снижении ставок.

— Будут ли банки устраивать гонки за депозиты граждан, делая ставки выше?

— Мы видим, что в принципе прекратилось массовое снижение ставок по депозитам. Это еще и реакция на изменение ожиданий относительно того, куда и с какой скоростью дальше будет двигаться ключевая ставка. Ставки, которые летели вниз вместе с ключевой, сейчас притормозили. И в последний месяц мы даже увидели, что средняя ставка по депозитам немного подросла и перестала снижаться.

Но на самом деле, чтобы мы увидели большую волну конкуренции за вкладчика, у банков должен был быть план, куда деть эти большие притоки. Где бы разместить кучу кредитов? Но для этого нужны более мощный спрос на кредитование и больший запас свободного капитала. Нам надо видеть хороший платежеспособный спрос на кредиты. И надо, чтобы все это укладывалось в требования регулирования. Тогда мы сможем использовать свой доступный капитал и не будем сталкиваться с ограничением — например, в виде жестких макропруденциальных лимитов  . Они тоже ограничивают возможности банков наращивать кредитование, в том числе потребительское. А с капиталом пока есть сложности: его не очень много и еще два года будут расти требования к нормативу достаточности капитала.

И на фоне более осторожного отношения к ставкам и торможения экономики заметного роста платежеспособного спроса пока не предвидится. Поэтому массово конкурировать за вкладчиков банки не будут.

А сейчас, мне кажется, у всех банков более-менее осторожные планы по росту кредитования. Так что конкурировать будем умеренно.