Сериал о заморозке яйцеклеток: Настя рассказывает о пункции, восстановлении и планах

Это последний выпуск сериала Т⁠—⁠Ж и клиники «Docmed ЭКО» о заморозке яйцеклеток.

Ведущая подкаста «Прием» Настя Тютюкова решила сохранить яйцеклетки, чтобы воспользоваться ими, когда будет готова к материнству. Девушка откровенно описывает все этапы программы и делится своими ощущениями.

В прошлой серии Настя рассказала, как пережила стимуляцию яичников и почему терапия затянулась дольше ожидаемого. В этом выпуске она опишет, как перенесла пункцию и восстанавливалась после нее. А главное — расскажет, сколько яйцеклеток удалось получить, как она планирует ими распорядиться и какие впечатления от программы у нее остались.

Последние уколы «Пурегона» и «Цетротида»  ​пришлись на субботу. По договоренности с врачом я сдвинула их по времени: сделала в 18:30 вместо привычных 20:00—21:00.

Потом сходила к подружке в гости, вернулась домой и завела будильник на 0:30, чтобы сделать уколы препарата «Декапептил». Это триггер овуляции — он приводит к дозреванию фолликулов, и ввести его нужно за 36 часов до пункции. В отличие от «Пурегона» и «Цетротида», эти шприцы выдали в клинике уже в готовом виде — не нужно было ничего смешивать и прикручивать.

Наконец, в ночь с субботы на воскресенье я сделала, надеюсь, последние в своей жизни уколы в живот: это оказалось не так страшно, как я себе представляла, но все же было неприятно колоть себя каждый день почти две недели. К тому времени на животе уже появились синяки, а накануне я случайно поцарапалась иголкой. В первое время никаких следов инъекций не было, но потом что-то пошло не так: то ли я расслабилась и стала делать уколы быстрее и не так аккуратно, то ли живот просто «устал» от ежевечерних процедур.

Я написала репродуктологу, что уколы сделаны. Врач ответила, что до пункции нужно беречь себя.

Я с удовольствием выполнила рекомендации: проснулась без будильника, вкусно ела, смотрела фильмы на проекторе — устроила себе полноценный выходной без домашних забот. Не уверена, что смогла бы так спокойно пролежать весь день, если бы находилась дома в Петербурге, а не в гостях в Москве.

Ощущения в тот день были как будто меня немного придавило: чувствовалась слабость, двигаться не хотелось. Еще появилось распирание внизу живота, о котором предупреждала врач. Это странное и неприятное ощущение — необычная тяжесть внутри, но без боли.

Еще в воскресенье мне написал анестезиолог — в клинике меня предупреждали, что он со мной свяжется. Врач прислал анкету: уточнил рост, вес, наличие аллергий и хронических болезней. Еще спросил про курение, употребление алкоголя, прием препаратов и предыдущие операции. Я быстро ответила на все вопросы, так как ни вредных привычек, ни хронических болезней у меня нет.

Затем доктор прислал рекомендации. Последний полноценный прием пищи разрешен за 8 часов до пункции, а легкий перекус можно сделать за 6 часов. Пить можно максимум за два часа до процедуры.

Мне предстоял первый в жизни наркоз, но особого волнения перед процедурой не было: я полностью доверяла врачам.

В понедельник утром я чувствовала себя нормально: сохранялось распирание в животе и слабость, но необходимости вызывать такси не было. Мы с парнем решили доехать до клиники на метро.

От станции шли пешком около 10 минут. Я нормально передвигалась, но для подстраховки шла медленно, а рюкзак отдала парню. Наверное, похожее ощущение бывает у женщин перед роддомом — хочется, чтобы побыстрее все закончилось. Я надеялась, что выйду из клиники с легким животом, а еще рассчитывала перекусить после процедуры: я не ела и не пила с вечера.

Подготовка. В палате, больше похожей на номер в отеле, лежали махровый халат и одноразовая розовая сорочка. Меня попросили полностью раздеться, оставить можно было только бюстгальтер. Я надела сорочку и халат сверху, одноразовые носки и тапочки.

Процедура. В операционной сняла халат и тапочки и легла на кресло типа гинекологического — только спинка у него была плоская, как у кровати, и ноги лежали в подставках выше головы. Еще анестезиолог подложил мне под голову подушку, чтобы было удобнее.

Справа стояла медсестра-анестезист, слева — анестезиолог. Врач измерил давление, потом медсестра поставила катетер и начала вводить препараты. Мне предложили загадать что-нибудь хорошее. Я сказала, что загадываю, чтобы мы все в этом году поехали на Мальдивы или Сейшелы. Врачи посмеялись, что теперь мы настолько близки, что поедем вместе. Я ответила, что лучше все-таки по отдельности, — это последнее, что помню.

Очнулась примерно через полчаса. Помню, что меня под ручку отвели в комнату, где уже была расправлена кровать.

Я подумала, что сейчас досплю: было ощущение, будто разбудили от глубокого сна и хочется еще. Но на деле начала просыпаться. Пункцию начали в 11:30, а в 12:01 я уже записывала подругам войс, что проснулась. Когда переслушала свое сообщение, поняла, как странно и медленно говорила, хотя тогда казалось, что все в порядке.

Зашел анестезиолог, спросил про самочувствие и объяснил, как безопасно вставать: нужно сначала опустить ноги, почувствовать ими пол, несколько раз сесть и встать, а потом походить по комнате.

Потом принесли чай без сахара и перекус: детское пюре и несколько мюслевых батончиков. Я была голодной, но еще больше хотела пить — провести несколько часов без глотка воды было трудно, — поэтому съела и выпила все с удовольствием.

Низ живота немного тянуло, но в целом было терпимо. Катетер еще не сняли — на случай, если понадобится что-то ввести дополнительно. И действительно, когда зашла медсестра и спросила, как я себя чувствую, я ответила, что внизу живота все еще ощущаю дискомфорт. Она ввела обезболивающее и только потом убрала катетер и сделала повязку.

Зашла репродуктолог и сказала, что все прошло штатно: удалось получить 32 яйцеклетки — вау! Я посмеялась про себя, что получилось столько же яйцеклеток, сколько мне лет. Врач предупредила, что из-за большого количества извлеченных клеток риск кровотечения у меня чуть выше обычного.

Я оставалась в палате под наблюдением еще полчаса. Потом оделась и пошла на УЗИ — его делают этажом ниже в кабинете гинеколога.

Врач еще раз отметила, что 32 клетки — это отличный результат, но сколько из них эмбриологи отберут для сохранения, еще неизвестно. По результатам УЗИ тоже все хорошо — главное, что нет признаков кровотечения.

Врач дала рекомендации не напрягаться, беречь себя и стараться отдыхать и предупредила, что в течение двух дней могут быть небольшие мажущие выделения. Доктор объяснила, что при усилении кровотечения нужно вызвать скорую и сообщить в клинику, и предложила взять прокладки прямо в кабинете. И еще она предупредила, что новый цикл начнется в течение недели.

Сразу после выписки мы с молодым человеком пошли в ресторан. Кровотечения не было — только небольшая мазня. Чувствовала себя сонно и слабо, ходить могла, но медленно. Внизу живота все еще немного потягивало, поэтому мы решили хорошенько поесть и поехать домой.

А в 16:00 доктор написала, что удалось заморозить 28 яйцеклеток. Это много: хорошим результатом считается получение 10—20 пригодных ооцитов.

В понедельник я брала больничный, поэтому провела остаток дня отдыхая. А во вторник пришлось возвращаться к работе — правда, я старалась беречься и в основном работала лежа на диване. У меня все еще тянуло живот, ощущалось, что там была какая-то манипуляция.

Вечером в среду мы уехали на «Сапсане» в Санкт-Петербург. Дорогу я перенесла нормально. Но в тот же день почувствовала, что немного простыла: была слабость и в горле будто чесалось. Дома я старалась лежать, пила чай и отдыхала. Врачам о простуде сообщать не стала — состояние было терпимым.

К пятнице стало значительно лучше. В этот же день начались месячные. Я написала об этом врачу и спросила, можно ли возобновить прием комбинированных оральных контрацептивов. Врач сказала, что противопоказаний нет. Половой покой нужно было соблюдать еще примерно неделю.

Я заметила, что любимая юбка снова застегнулась без усилий — несколько килограммов ушли.

Тогда же стала постепенно возвращаться к привычному объему физической активности, но полностью восстановившейся почувствовала себя недели через три-четыре.

Теперь мне предстоит ежегодно платить за хранение яйцеклеток 19 700 ₽ — получается своеобразная плата за страховку на случай, если я захочу родить ребенка, когда естественное наступление беременности для меня уже будет невозможным.

Во время одного из приемов врач сказала, что в моем случае можно было бы не спешить — вступить в протокол через два года. Но я решила не откладывать этот вопрос и не пожалела.

Я рада, что оказалась у репродуктолога, сдала АМГ и узнала, что с овариальным резервом все хорошо, яичники богатые, матка красивая, эндометрий пышный — так описывали состояние моей репродуктивной системы врачи. Это все звучало приятно, а еще было здорово осознавать, что в организме все работает как надо.

Раньше я думала примерно так: когда-нибудь запланирую беременность, но это далеко в будущем, буду разбираться по ходу дела. Теперь воспринимаю эту тему не как что-то далекое, что меня не касается, а как часть своей жизни.

Скорее всего, до 40 лет я смогу забеременеть самостоятельно — это вывод врача на основании моих данных. И в мои планы это вполне вписывается. А замороженные яйцеклетки могут понадобиться, если вдруг в 45 захочется родить еще ребенка — нельзя быть уверенным, что в этом возрасте беременность наступит самостоятельно. Тогда-то я и сделаю ЭКО с замороженными клетками.

Теперь я спокойна, что могу планировать беременность тогда, когда захочу, а не потому что часики тикают. Я чувствую, что у меня появилась маневренность в жизненных планах, и это дает уверенность.

Ни разу за все время мне не было страшно или больно, зато я научилась делать уколы — классный новый навык! А еще узнала много интересного о женском здоровье в целом и криоконсервации яйцеклеток в частности. Мне не удалось вместить все это в один рассказ, поэтому своим опытом я подробно поделилась в выпуске подкаста «Прием». А еще договорилась с редакцией собрать самые важные вопросы и ответы об отложенном материнстве в отдельном материале.