Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
Аня всегда приходила не просто в гости — она приходила с миссией. В одной руке — сумочка, в другой — миссия по спасению моей кожи от всех бед, какие только могут существовать в природе. Каждый визит был как премьера блокбастера: она распаковывала очередной «абсолютно незаменимый» крем и начинала презентацию так, будто ей за каждый проданный тюбик начисляют баллы в небесной программе лояльности.
В тот раз она расхваливала крем с таким вдохновением, что даже я на секунду поверила: ещё чуть-чуть — и моя кожа начнёт исполнять марши вместо того, чтобы просто выглядеть ухоженной. «Сама мажу каждый день, эффект — вау!» — говорила она, демонстрируя лицо, которое, честно говоря, не слишком-то кричало о чудесах преображения. Но интонация была такая убедительная, что я пробормотала что-то вроде: «Ну, наверное, возьму, если уж он такой замечательный».
Эта оговорка, брошенная между делом, оказалась юридически значимым согласием. Не успела Аня дойти до остановки, как мне прилетел счёт на две тысячи рублей. Скидка, разумеется, «только сегодня», «надо срочно, а то раскупят». Я перевела деньги. Крем занял почётное место на полке — в статусе экспоната «как дружба превращается в транзакцию».
Следующая встреча была уже не встречей, а продолжением маркетинговой кампании. Аня говорила про свой сетевой проект без пауз, будто боялась, что если остановится хоть на секунду, магия продаж рассеется. В какой-то момент она протянула мне бальзам для губ: «Возьми, попробуй, это совсем недорого». На мой осторожный вопрос «А сколько?» последовал фирменный ответ: «Да копейки, тебе точно надо!»
А потом — снова счёт. На этот раз на 1800 рублей. И началось то самое «ну ты просто не понимаешь», «это реально нужно», «без него никак». В какой-то момент мне захотелось сказать: «Аня, я ценю твою веру в продукт, но моя вера в себя пока держится без бальзама за полторы тысячи». Но вместо этого я просто сказала «нет». И почувствовала себя почти героиней боевика — той самой, которая устояла перед гипнозом злодея.
Сейчас мы почти не общаемся. Я старательно избегаю ситуаций, где дружба может внезапно потребовать оплаты картой. Иногда думаю: может, у Ани где-то в телефоне есть автоответчик, который после каждого визита запускает рассылку счетов? Или это такой особый талант — превращать чашку чая в коммерческую сделку?
Теперь я твёрдо знаю: если кто-то снова начнёт рассказывать про «чудесный продукт», я вежливо, но уверенно скажу: «Спасибо, я пока собираю коллекцию несъеденных скидок и непройденных акций». И, пожалуй, буду держать эту фразу наготове — на всякий случай.
До Ани, конечно, было много похожих ситуаций, однако с людьми, которым я не могу принести материальной выгоды, я постепенно перестала общаться, хотя и были, разумеется и более абсурдные ситуации, об этом поведаю в следующих статьях.
