«Владыка благословил нас на спешелти»: как монахи на Валааме обжаривают и продают кофе
Кейсы: открыли бизнес
300
Фотография — opt.bratskycoffee.ru

«Владыка благословил нас на спешелти»: как монахи на Валааме обжаривают и продают кофе

История о мирских радостях, неутомимом ростере и талантливом монахе Аммоне
4
Аватар автора

Анна Бобылева

поговорила с послушником Александром

Страница автора
Аватар автора

Братия Валаамского монастыря

рассказала про спешелти-кофе

На Валааме мы привыкли рассчитывать только на себя.

Поэтому, когда мы решили предложить паломникам хороший кофе, пришлось разобраться во всех деталях. Изучать профили обжарки и финальную температуру, устраивать каппинги, учиться различать на вкус зерна из Колумбии и Эфиопии.

Так появился «Братский кофе» — спешелти-кофе по послушанию. Мы заказываем зерна со всего мира, обжариваем их прямо в монастыре, готовим кофе для паломников и туристов, а еще отправляем наши пачки по всей России — на пике отгружали 4 000 пачек в неделю только для Ozon. Меня зовут Александр Комаров, я послушник Валаамского монастыря, расскажу от имени братии, как все это получилось.

Расскажите о своем бизнесе в Т⁠—⁠Ж

Вы предприниматель? Заполните анкету и опубликуйте свою историю в Журнале

Как устроен общепит на острове

Валаамский монастырь — один из главных мужских монастырей России с тысячелетней историей. Он находится на труднодоступном острове посреди Ладожского озера. Исторически здесь жило до 2 000 монахов, и обитель практически полностью обеспечивала себя сама. Были и кузница, и гончарная. Все, что касалось еды, тоже производили на месте.

Мы и сейчас многое делаем сами. Во-первых, негоже праздным существовать без дела. Нужно своим трудом обеспечивать себе пропитание. Вторая причина утилитарная: зимой Ладога замерзает, и мы не то чтобы совсем отрезаны от мира, но становимся труднодоступными. Любые доставки к нам — это большие усилия и затраты.

У нас есть свое форелевое хозяйство. Рыба выращивается в садках на Ладоге, в чистой воде. Есть ферма, где уже несколько десятилетий производят всю молочную продукцию и сыры. Хлеб, пирожки и торты тоже печем сами.

Последние 30 лет монастырь возрождался после упадка советского времени. Мы наладили туристические и паломнические маршруты. В период навигации, с весны до осени, нас посещает около 200 000 человек. Встает вопрос: как накормить всех этих людей.

При этом на территории монастыря практически нет мирских организаций, кроме самых необходимых. Мы не можем открыть здесь условную «Крошку-картошку». Все-таки нужно постараться сохранить место аутентичным. К тому же на острове нет праздно стоящих зданий. Нельзя что-то арендовать, потому что не у кого. Да и построить что-то не так просто. Есть только ты и твое хозяйство.

В какой-то момент мы всерьез взялись за организацию точек питания: на территории монастыря работают две паломнические трапезные и ресторан «Шишкин», который ориентирован на более светскую аудиторию.

У нас есть постные и скоромные дни. В скоромные дни мирянам можно вкушать мясо, а нам — молочные продукты и рыбу. В трапезных, конечно, стараются соблюдать распорядок.

Обед обедом, а иногда хочется просто перекусить, поэтому пару лет назад на территории монастыря открыли еще несколько кафе с разным уровнем организации. Есть и просто кофе с собой, и полноценное кафе в живописной бухте. Где-то упор делается на горячие блюда, а где-то продают только пирожки и кондитерские изделия.

У нас нет профессиональных рестораторов или команд, которые приезжают и делают все под ключ. Мы все создаем сами, из подручных средств, в простоте сердца. © Kirill Skorobogatko / Shutterstock / FOTODOM
У нас нет профессиональных рестораторов или команд, которые приезжают и делают все под ключ. Мы все создаем сами, из подручных средств, в простоте сердца. © Kirill Skorobogatko / Shutterstock / FOTODOM

Рождение монастырского спешелти

К 2024 году мы разобрались с питанием и перешли к кофе. У нас с братьями уже было некоторое представление о спешелти: кто-то привез гостинец руководству, и нам тоже довелось попробовать.

До этого весь монастырь пил «Жокей» и мучился всякими движениями в желудке. А это — совершенно другое. Решили, что раз нам самим нравится, надо предлагать гостям хороший продукт, за который не стыдно. И желудок не болит, и тремора не чувствуешь. Одни положительные эффекты.

Но тут появились наши обычные вопросы: как привозить, сколько закупать, где хранить. Ведь кофе — как хлеб. Свежевыпеченный — вкусный, а несвежий — сухари.

У свежеобжаренного зерна совершенно другая ароматическая картина по сравнению с тем, которое пролежало полгода. Конечно, если кофе сам по себе скучный и простой, то большой разницы нет. Кофеин есть и там и там. Но если зерно интересное, правильно выращено, обработано и обжарено, то получается совершенно другой вкусовой букет. Правда, со временем он постепенно улетучивается — поэтому делать запасы и закупаться впрок не получается.

Недолго думая, мы дерзнули и решили обжаривать кофе сами.

Мы находимся на острове, помощи ждать неоткуда. Делать нечего, залезли в интернет. Несколько месяцев читали все, что можно найти про кофе и обжарку. Я пересмотрел километры видеоматериалов, даже консультировался с кофейными экспертами.

Для старта купили небольшой кондукционный ростер Roaster Bullet. По сути, это печка для обжарки кофе. В нем тепло передается зерну при соприкосновении с нагретой поверхностью барабана.

На первое время взяли модель на 1 кг зерна. Достаточно компактный формат, можно поставить прямо в кофейне и жарить кофеек для себя. © Архив братии Валаамского монастыря
Значительно позже купили более мощный ростер — об этом расскажу дальше. © Архив братии Валаамского монастыря
1/2
На первое время взяли модель на 1 кг зерна. Достаточно компактный формат, можно поставить прямо в кофейне и жарить кофеек для себя. © Архив братии Валаамского монастыря

Ростер мы покупали через официального дистрибьютора, компанию Aillio. Они приехали к нам, помогли во всем разобраться. Целую делегацию отправили.

Аппарат обошелся в 450 000 ₽. Цикл обжарки 1 кг кофе занимал примерно 12 минут. По паспорту ростер мог работать 15 часов в месяц и обжаривать до 100 кг. Из 1 кг зерна получается около 66 чашек фильтр-кофе.

Но мы люди брутальные. Что это такое — 15 часов? А остальное время чем заниматься? Поэтому вместо 100 килограммов в месяц мы жарили полторы тысячи. Ростер работал практически круглосуточно.

Выбор Владыки

Изначально кофейной затеей занимались двое: я и брат Николай. Он приехал на Валаам в 18 лет, уже пять лет здесь. Он мирской брат — человек, который просто живет и трудится в монастыре.

Ростер мы заказали в феврале 2024 года. Ладога замерзла, и его пришлось ждать целый месяц. К этому времени мы с Николаем уже посмотрели все видео, прочитали все книжки и стали большими экспертами. По крайней мере, лучшими на нашем острове.

Есть своя специфика жизни в монастыре: ты сильно ограничиваешь себя в каких-то занятиях. А когда дорываешься до интересного дела, тебе, конечно, сильно неймется. Нам очень не терпелось начать, и мы не стали дожидаться ростера.

Заказали килограмм зеленого кофе и пошли на монастырскую кухню, чтобы пожарить его в обычном конвектомате. Так, конечно, кофе не делают, но мы очень старались. То, что в итоге получилось, пить было можно. Но гостям я бы предлагать не стал.

Когда ростер наконец приехал, мы подошли к делу по-научному. Брали одно и то же зерно и жарили его десятью разными способами, каждый раз меняя один из параметров. Например, слегка повышали или понижали температуру, до которой дожаривается зерно. Результаты записывали в таблицу.

Постепенно учились разбираться в нюансах, устраивали каппинги — когда пробуют кофе из разных зерен или несколько раз один и тот же, по мере остывания, а потом пытаются более-менее объективно оценить вкус. Мы, конечно, еще ничего не умели. Старались хотя бы формально, по внешним признакам, провести оценку.

Звали на каппинги всех, кого видели. Но поскольку эта процедура довольно формализованная, до конца выдерживали немногие. Скучно же 12 минут стоять и пробовать кофе. Поэтому приходили десять человек, а оставались двое.

В какой-то момент Владыка, то есть игумен монастыря, тоже стал пить наш кофе. И попросил обжаривать его немного по-другому, чтобы вкус был более брутальным, с ярко выраженной горчинкой.

Мы обжарили первую партию, он нас скорректировал. Сделали еще несколько итераций. Владыка внимательно все пробовал и давал советы. Так появилась позиция под названием «Выбор игумена». Это не просто красивое название, а вполне конкретный кофе. На него потом пришло огромное количество положительных отзывов.

Аудитория удивилась

Кофейное сообщество в России камерное, дружелюбное и гостеприимное. Поэтому мы быстро перезнакомились со всеми ключевыми людьми. Первые партии кофе заказывали у той же компании, у которой покупали ростер. До сих пор продолжаем с ними сотрудничать, но появились и другие поставщики.

Изначально мы брали все, что видели: Бразилию, Колумбию, Эфиопию, Кению. И немного по остаточному принципу — например, Китай. Там сейчас интересно развивается кофейная индустрия и есть хороший кофе. У себя в монастырских теплицах тоже посадили кофе. Но, конечно, он не плодоносит.

Раньше я воспринимал кофе так же, как большинство людей. Теперь знаю, что привычный многим вкус — это просто сильно пережаренные зерна. Пережарка позволяет скрыть, завуалировать дефекты зерна.

В ягодах и фруктах содержится огромное количество вкусоароматических соединений. В кофе их тоже тысячи: кислоты, сахара и чего только нет. Но вместо этого ты как будто жуешь пережаренную корку хлеба. Совсем не то.

Я лично теперь каждый день пью фильтр-кофе. Он позволяет почувствовать тот букет вкусов, который заложили в зерно Бог и природа. Начинаешь по-другому ценить этот напиток, различать нюансы. © Архив братии Валаамского монастыря
Например, хороший кофе может быть кислым и при этом вкусным. Для нас это стало большим открытием, которым мы побежали делиться с нашими посетителями. © Архив братии Валаамского монастыря
1/2
Я лично теперь каждый день пью фильтр-кофе. Он позволяет почувствовать тот букет вкусов, который заложили в зерно Бог и природа. Начинаешь по-другому ценить этот напиток, различать нюансы. © Архив братии Валаамского монастыря

С гостями, кстати, есть определенный парадокс. В храмах у нас кто в основном? Люди взрослые, консервативные, традиционные. Чаще всего они не хотят бамбл-кофе  . Они привыкли к напитку, который пили в девяностые годы, а может, и раньше.

Думаю, у остальных обжарщиков плюс-минус одинаковая аудитория. Там все уже сами эксперты и кого хочешь научат. А наша аудитория — совсем другая. Для этих людей все это было в новинку, и мы вместе с ними открывали разные вкусы.

Конечно, первой реакцией было удивление. Многие до сих пор говорят, что свежеобжаренный кофе на Валааме точно не ожидали увидеть. Но с негативом мы не сталкивались.

Есть и забавные случаи. Например, у нас продается конилон — это очень крепкий кофе, в котором кофеина в четыре раза больше, чем в обычном. Его активно покупают люди 60—70 лет и очень хвалят. Интересно потом читать отзывы. Например, такой: «Напился кофе и не знал, куда себя деть, всю квартиру убрал». В общем, конилон пришелся нам ко двору.

Взыграла гордыня

Первые гости попробовали наш кофе в апреле 2024 года. Тогда же мы стали понемногу продавать в монастырских кафе зерно под брендом «Братский кофе». Каждую пачку подписали маркером от руки.

Люди смотрели на самодельные упаковки довольно скептически. Помню, как мы прыгали от радости, когда за день удалось продать 40 пачек. Для сравнения: сейчас продаем уже по 250.

В общем, особых надежд мы не питали. Но когда сезон закончился, внезапно через знакомых стали поступать заказы на кофе.

Со временем мы расширили линейку. Теперь продаем не только зерна, но и кофе в дрип-пакетах. © Архив братии Валаамского монастыря
Со временем мы расширили линейку. Теперь продаем не только зерна, но и кофе в дрип-пакетах. © Архив братии Валаамского монастыря

Есть у нас такая поговорка — «заболеть Валаамкой». Так говорят о человеке, который однажды побывал на Валааме, а потом возвращается сюда из года в год. Особенно остро люди скучают по острову, когда навигация закрывается. В такие моменты хочется хоть как-то прикоснуться к любимому месту. Пачка кофе с Валаама становится одним из способов сохранить эту связь.

Сразу возник вопрос логистики. Ладно, одну пачку ты как-нибудь отправишь. Но ведь все это нужно организовать по-человечески: удобная оплата, доставка. Так и началось.

Я сделал на «Тильде» первую версию сайта и остался очень доволен. Даже нормально работало. Но потом мы все-таки решили его переделать.

На острове есть отделение Почты России, где принимают наши посылки и отправляют получателям. Раз в неделю ходит почтовый корабль. Если правильно подгадать, то во вторник он уйдет, а в субботу человек в Петербурге уже получит посылочку.

Люди привыкли, что сегодня доставка измеряется часами, а не днями. Но мы придумали такой ход: представьте, что вы ждете нашу посылку, как раньше ждали письма от бабушки.

Еще два раза в неделю ходят наши грузовые корабли. Но у них и без нас много грузов, поэтому первое время мы пользовались только Почтой России.

Большие надежды мы возлагали на Новый год. Заранее нажарили побольше кофе, попросили наших братьев сделать анонс в монастырской группе. А там все-таки 50 000 человек. Думали: ну, сейчас все скупят.

Люди откликнулись, но не в таком количестве, как мы рассчитывали. Было около 150 заказов. Вроде бы хорошо, если ты один жаришь кофе на кухне. Но если пытаешься выстроить большую историю, это немного отрезвляет.

Бывают такие иллюзии. Мы их называем помыслами. В голове начинает крутиться, что тебя только мир и ждал с этим кофе. Но это, конечно, совершенно неправильно. Гордыня.

Проблемы с айдентикой

Понемногу мы стали осваивать инструменты, которые используются в электронной коммерции. Пошли рекламироваться в «Яндекс Директ», изучать социальные сети. Надо учитывать, что мы никогда этим профессионально не занимались. А последние годы вообще целенаправленно уходили от мира.

Пришлось выяснять, чем рилсы* отличаются от шортсов.

Сегодня все грезят о том, чтобы какое-нибудь видео набрало миллион просмотров. Играют в эту рулетку, крутят рычажок в надежде, что сейчас все изменится. Но у нас пока такого не случилось.

Надо признать, что делать контент интереснее, чем просто запускать «Яндекс Директ», где ты платишь деньги — и тебя показывают, а завтра отключаешь рекламу, и все, ты опять никто. Контент же остается с тобой. Несешь в мир какой-то смысл, пользу или удовольствие. И стараешься делать это повеселее.

Наш стиль общения в соцсетях немного дурашливый. А как иначе? Ты пытаешься с серьезным лицом жарить кофе, а потом взял и пережарил его. Ну, кто ты такой, чтобы все делать безошибочно? Кажется, людям нравится наша искренность.

Уже в первый сезон встал вопрос, как оформлять пачки с кофе. Мы всерьез задумались об айдентике. Потому что доморощенный продукт, на котором просто что-то написано от руки, люди покупать не готовы.

С другой стороны, возможности репрезентации ограничены. В моей голове «Братский кофе» выглядит так: бородатые монахи в черном стоят около ростера, потом брутально выходят из темноты, а вокруг дым. Но так сделать нельзя: люди приходят в монастырь не для того, чтобы сниматься для пачки кофе. Важно не заиграться в эту историю. Нужно отдавать себе отчет, какую цель ты преследуешь, и не заниматься десакрализацией.

Есть мирское духовенство — священники, которые живут в семьях, общаются с прихожанами. Но в монастырь люди уходят за другим. Это сложные вопросы.

В общем, мы столкнулись с этой проблемой, но тут удачно подвернулся наш брат Аммон. Очень талантливый художник, на грани гениальности. У него есть серия картин, посвященных Валааму, на которых одновременно может быть до 25 сюжетов.

Так и нашлось решение. Фотографировать монахов нельзя, а вот использовать картины Аммона — совсем другое дело. И мы адаптировали их для наших пачек.

В каждую посылку мы вкладываем открытки и отчеты о нашей жизни. Рассказываем, что произошло за месяц, какая была погода, чем кормили в трапезной, как поживает наш кот Жутик. Просто смотрим по сторонам и делимся тем, чем живем.

Успех на маркетплейсах

Со временем мы купили конвекционный ростер, который обжаривает кофе потоком горячего воздуха. Он вмещает 5 кг зерна, а цикл обжарки занимает в два раза меньше времени.

В итоге производительность выросла кратно. Раньше мы обжаривали тонну кофе в месяц. Сейчас — около пяти тонн. Это примерно 10 000 пачек кофе.

В первый же год работы мы вышли на маркетплейсы. На пике популярности отгружали по 4 000 пачек в неделю только для Ozon. Попали в 4% лучших кофейных компаний на площадке. Я считаю, это очень сильный результат, особенно если учитывать, кто мы такие и где находимся. Так получилось за счет постоянства и стабильного качества. Плюс мы всегда реагируем на замечания: если кому-то что-то не понравилось, обязательно заменяем продукцию.

Красивая упаковка и наши письма о жизни на Валааме тоже дали эффект. Дело в том, что на маркетплейсах отзыв просят оставить еще до того, как покупатель попробовал продукт — есть же известный мем: «Корм вкусный, коту пока не давал». Что в этом случае можно написать? Про доставку и упаковку. И если вместе с заказом покупатель получает открытку, это влияет на общее впечатление и оценку.

У меня к маркетплейсам ноль вопросов. Они берут на себя огромный пласт работы: доставку, логистику, информационную платформу. Не знаю, как бы мы развивались без них.

Но недавно мы отказались от маркетплейсов: комиссии постоянно растут, а рисков много. Получается, что нужно работать с большими объемами ради маленького процента. При благоприятных условиях удается вытянуть около 10% от цены пачки.

На маркетплейсы приходилось 80% продаж. Надеемся, что со временем удастся перераспределить этот объем и продавать столько же через собственный сайт, с доставкой. Стараемся жить по послушанию, а там Господь поможет.

Чтобы быстрее заместить прежние объемы продаж, мы активизировались. Подключили к Почте России еще СДЭК и «Ozon Доставку», а отгружать заказы стали не один, а два раза в неделю. Отправляем посылки своими кораблями в Санкт-Петербург, где передаем груз транспортной компании.

Сегодня мы больше внимания уделяем контенту и развитию соцсетей: «Инстаграм»*, «Тикток», «Одноклассники», «Ютуб». Стараемся присутствовать везде, где это возможно, и для каждой площадки выбираем свой подход.

Мы чувствуем определенную ответственность за то, что недостаточно обучаем наших покупателей разбираться в кофе. Спешелти-кофе — сложный продукт. Важно хотя бы немного понимать, что ты делаешь. Люди платят за кофе немаленькие деньги и иногда просто не знают, как правильно его приготовить.

Платим налоги как все

В монастыре есть такое понятие, как трудничество. Трудники — это люди, которые приезжают, чтобы попробовать пожить монастырской жизнью. Они питаются вместе с братией, ходят на службы, помогают чем могут. Для тех, кто хочет в будущем прийти в монастырь, это один из этапов. Есть и те, кто приезжает в отпуск и заодно помогает, принося пользу и себе, и монастырю. Такая практика существует издавна.

На Валааме трудники тоже есть, но в «Братском кофе» мы придерживаемся коммерческой модели — по совокупности причин. Во-первых, трудников мало. Их не хватает даже для обеспечения основных нужд монастыря. Питание, дрова, огород — очень много задач.

Во-вторых, нам нужен постоянный коллектив, обладающий определенными навыками. Мы не ракеты строим, но все равно нужны надежные, профессиональные сотрудники, готовые за финансовое вознаграждение стойко переносить невзгоды. В-третьих, важно, чтобы не было текучки. Чаще всего люди берут отпуск, приезжают в монастырь и помогают. Если у тебя каждые две недели меняется коллектив, многого не построишь.

К производству за плату привлекаем постоянных мирских работников. В основном требуется ручной труд: обжарка, фасовка, упаковка и отгрузка кофе. © Архив братии Валаамского монастыря
К производству за плату привлекаем постоянных мирских работников. В основном требуется ручной труд: обжарка, фасовка, упаковка и отгрузка кофе. © Архив братии Валаамского монастыря

Конечно, есть и люди, которые помогают нам бескорыстно. Например, инстаграм* ведет одна из наших сестер — просто во славу Божию. Другими соцсетями занимаюсь я. Контент делаем сообща.

У нас нет четкого разделения на отделы, как это принято в миру. Один и тот же человек может и кофе обжаривать, и ночью грузить корабль, и при этом руководить производством. Полы тоже моем сами.

Стороннему человеку бывает сложно объяснить наш контекст и tone of voice  . Понять, о чем мы можем говорить, а о чем нет. Люди за пределами острова и те, кто живет на нем, могут совершенно по-разному смотреть на происходящее.

Кто-то считает, что мы должны постоянно говорить именно о религии. Но у монастыря есть отдельные подразделения, которые занимаются этой темой по благословению. Мы же не про это. И уж тем более не считаем, что имеем право кого-то учить жизни.

Сегодня в нашей команде около десяти человек, если считать вместе с сотрудниками на материке, среди которых экспедитор и бухгалтер. Восемь человек постоянно требуется на производстве.

У нас оформлено отдельное ИП. И вопреки распространенному мнению, никаких поблажек и льгот у нас нет. Налоги мы платим наравне со всеми.

Участвуем в выставках и ярмарках

В Москве ежегодно проходят три крупные кофейные выставки, куда съезжаются обжарщики со всей страны. Какое-то время я тоже грезил участием в них. Наверное, из тщеславия. Но это сложно, да и все-таки не наша история.

А вот участие в православных ярмарках и выставках стало складываться само собой. Таких мероприятий сейчас немало. Например, в Санкт-Петербурге, в Митрополичьем саду при Александро-Невской лавре, регулярно проходит ярмарка, где у нас есть своя палатка.

Мы отправляли кофе на большое мероприятие в храме Христа Спасителя, с лекциями и концертами. Собралось много известных православных людей. Например, Борис Корчевников с телеканала «Спас» и Тутта Ларсен.

В Печорах проходила Всероссийская ярмарка монастырской кухни. Туда приехали, по-моему, 13 монастырей со всей страны. Они готовили на глазах у посетителей, а мы встали со своим кофе. Говорят, у нас были самые большие очереди. Кажется, даже губернатор был.

К мирским мероприятиям мы относимся осторожно. Не хотелось бы оказаться там, где атмосфера и ценности откровенно противоречат нашим.

Сейчас иногда говорят о русском ренессансе — возрождении интереса к отечественным брендам, которые стараются делать качественный продукт и вкладывать в него определенные ценности. Если нам встречаются такие выставки, мы стараемся участвовать, насколько позволяют силы и возможности. Например, недавно были на ярмарке «Матушка Земля» в петербургском пространстве «Севкабель Порт».

Кроме того, поставляем кофе в монастыри и лавки при храмах. Таких партнеров уже несколько десятков. Некоторые заказывают регулярно, каждый месяц, на 50 000—70 000 ₽, продают кофе у себя, а потом возвращаются за новой партией.

Недавно мы стали официальным партнером хоккейного клуба «Спартак». Они заказали у нас брендированные корпоративные подарки к Новому году и Рождеству. Кроме того, поставляем кофе для сотрудников клуба. А наш рекламный ролик показывают на главном табло хоккейной арены во время перерывов.

Про планы

Мы жарим кофе под заказ, поэтому у нас нет забитых стеллажей с готовой продукцией. Стараемся, чтобы кофе не залеживался. Получаем заказ, обжариваем и отправляем.

Самая дешевая пачка стоит 850 ₽. Это базовая Бразилия Серадо, 250 г. Самая дорогая позиция — 950 ₽. Для оптовых покупателей предусмотрены скидки в зависимости от объема заказа — 10, 20 или 30%. Наверное, как у всех.

Сейчас думаем над программой лояльности для розничных клиентов. Если кто-то умеет рассчитывать такие программы, напишите нам, пожалуйста. Мы пока не очень понимаем, как к этому подступиться. Боимся, что неправильно все рассчитаем, а потом придется поднимать цены.

Вообще, мы очень переживаем за цены. Не любим, когда нам пишут, что мы слишком дорогие и это не по-братски. Сложно людям объяснить, что спешелти-кофе — очень затратная история.

В ближайший год нам предстоит плотно заняться логистикой. Кроме того, хотим окончательно определиться с позиционированием. И купить новый ростер, примерно в четыре раза мощнее нынешнего.

Еще у нас есть мечта — открыть на территории монастыря настоящую спешелти-кофейню. Сейчас наши кофейни работают скорее в формате кофе с собой, потому что основная аудитория — паломники. Приходит группа из 50 человек, и у них есть всего пять минут, чтобы выпить кофе и дальше побежать. Поэтому мы в большей степени ориентируемся на суперавтоматические кофемашины. Чем быстрее удается обслужить людей, тем они счастливее.

В таком формате, конечно, не до сложных кофейных напитков. Но нам хотелось оборудовать хотя бы одну полноценную кофейню. Чтобы была возможность спокойно посидеть и не торопясь выпить кофе, приготовленный вручную.

Не хочу умалять ни достоинства самого кофе, ни качество зерна, с которым мы работаем, ни старания наших обжарщиков. Мы сами пьем наш кофе, и другим он тоже нравится. Но в конечном итоге мы пришли к пониманию, что мы не столько про гастрономические изыски, сколько про эмоции. Впечатления, человеческое общение и отношение.

Валаам один. И гораздо важнее то, кто мы, где находимся и как относимся к людям. Чем надежда на то, что мы обжарим кофе лучше других.

бизнескофе
Анна БобылеваКакой кофе больше любите — классику или спешелти?
  • Самуил ФишерА нас Господь благословил кофе употребляти и пити3
  • АнтонОчень рад, что кофейная культура развивается и качественный свежеобжаренный кофе добирается до таких, даже неожиданных локаций нашей страны правда, "Бразилия Серрадо" это всё же не спешлти, но хороший середнячок. но так даже лучше, настоящий спешлти явно будет многим посетителям дороговат, да и не все поймут и оценят разницу. а это хорошее соотношение цены и качества плюс коробка дрип-пакетов - это отличный сувенир. и не тяжёлая, и в дороге не разобьётся, и оценят хороший кофе многие0
  • DombeyСтатья про маркетинг, в которой обвинения самого себя в гордыне и тщеславии, а также декорации в стиле модных сейчас сериалов по Стругацким являются частью стратегии жители Арканара, покупайте монашеское спешелти1
  • Dombeyярлык "спешелти" сейчас вешают все обладатели ростера0
Вот что еще мы писали по этой теме
Сообщество