Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
Проблема
В моей семье никогда не было культа возрастных дедлайнов. Никто не вещал, что надо выйти замуж в 20, родить в 25, а в 30 учиться вязать носки или заказывать место на кладбище. Я никогда не считала, что в 30 жизнь заканчивается. Даже в детстве 40-летние не казались мне древними реликтами, а 50-летние — бабушками. И сейчас не кажутся.
Поэтому я была искренне озадачена, когда в 18 лет моя 17-летняя однокурсница назвала меня старой. Старой! В 18! Или когда юные 20-летки начали шутить про свою древность. Я не понимала этого. Я не страдала тревожностью и самокопанием, жила с уверенностью, что покорю мир, и была убеждена, что постепенно превращусь из девочки в девушку, затем в молодую женщину — и так далее, плавно и естественно, как по учебнику биологии, только приятнее. Перспектива тридцатилетия не пугала: ну и что, что 30? Это же прекрасный возраст, ты ещё молодая, энергичная, у тебя вся жизнь впереди!
Свои 30 я отметила на спокойно, с любопытством и лёгкой грустью. С любопытством — потому что вроде я ещё совсем девчонка, а уже такая круглая дата. С грустью — потому что, если честно, цифра 29 всё-таки красивее.
У меня был (и есть) большой круг друзей младше меня, разница доходит до 10 лет, и я не парилась вообще. Я видела в них таких же людей, как я, просто помладше. Я молодая, они молодые — просто младше меня. Вот и всё.
И было всё хорошо. А потом случилось ЭТО. Резко. Практически за один день.
Я внезапно начала замечать их — подростков и юных людей. Не просто видеть, как раньше, а именно замечать, осознавать. Я вдруг увидела, что они совсем другие. Они отличаются от меня и моих ровесников — у них другие лица, другая одежда, другая энергия, другие шутки, другие проблемы. И я поняла — нет, не поняла, а почувствовала всем нутром — что для них я уже взрослая женщина. Не «старшая подружка», не «девушка чуть постарше», а именно взрослая. Тётенька, если по-честному.
Накатила тоска по юности, по подростковому возрасту, который теперь кажется упущенным. По отсутствию той самой нежной школьной любви с записочками и бабочками в животе, по гуляниям шумными компаниями до утра, по ощущению, что время бесконечно. Хотя — и это самое смешное — головой я прекрасно понимаю, что всё не так уж радужно. Я школу ненавидела всей душой и ни с кем из тех людей общаться не хотела. По студенчеству тоже накатывает ностальгия, хотя студенчество у меня было вполне хорошее, но всё равно грызёт червячок: мол, недостаточно где-то участвовала, не выжала максимум, юность могла бы быть ярче, насыщеннее.
Потом я как-то переборола это состояние. Собралась, встряхнулась, поговорила сама с собой. У меня вернулось отличное настроение: да, мне 32, я молодая женщина, я себе нравлюсь, у меня всё впереди!
А потом я поехала в Питер. Вот же человек — нет чтобы просто наслаждаться красотой города, гулять по набережным, пить кофе в уютных кофейнях, а я умудрилась найти повод для экзистенциального кризиса. Жили мы рядом с университетом, и я постоянно видела толпы молодых парней и девушек. Смотрела на них — на их лица без единой морщинки, на их лёгкость, на то, как они смеются, флиртуют, строят планы — и так мне стало тоскливо. Так невыносимо, щемяще тоскливо.
Вернулась домой, легла спать. Проснулась утром с такой тяжестью на душе, что просто расплакалась.
Это было похоже на внезапную смерть. Не мою физическую смерть, а смерть меня-юной. Это было похоже на горе, как будто умер кто-то очень близкий. Та девчонка, которой я была, с её наивностью, с её ощущением бесконечности времени, с её уверенностью, что она всегда будет «одной из молодых» — она умерла. И стало так горько и больно.
Я больше не юная.
Я вдруг резко заметила, что выгляжу не так юно, как раньше. Что если поставить меня рядом с 20-летней девушкой, разница будет колоссальная. Нет, я хорошо выгляжу, морщин нет, но видно уже, что я из другой возрастной категории. Что я уже не «девочка», не «студентка».
Мозгами я понимаю всё правильно. Что возраст прекрасный, что впереди столько всего: рождение детей, путешествия, карьерные достижения. Я понимаю, что через 10 лет буду оглядываться на себя 32-летнюю и думать: «Боже, какой же молодой я была! О чём я вообще переживала?» Я понимаю, что моя жизнь сейчас во всех смыслах лучше, богаче, интереснее, чем 10-15 лет назад. Да что уж там — я и нравлюсь себе сейчас больше, чем в те самые «юные годы»! И моя взрослая внешность мне нравится больше, чем юная, угловатая с неровной кожей и кривыми зубами.
Но тоска… Она не слушает логику. Она буквально грызёт изнутри. Это ощущение невозвратимой потери чего-то важного, чего-то, что уже никогда не вернёшь. Я не ожидала, что это произойдёт так резко и так внезапно. Думала, это будет постепенный процесс, а тут — бац, и ты проснулась в другом возрасте.
И общество, конечно, ещё добавляет. Всё вокруг — для молодых и юных. Вся реклама — юные девушки с сияющей кожей. Я всегда смотрела на рекламу и видела там девушек старше себя, думала: «Вот я такой стану». А потом в один момент все модели в рекламе стали резко младше меня. Просто щёлк — и ты уже не в целевой аудитории «молодости и красоты», ты в аудитории «anti-age» и «сохранить то, что есть».
Культ молодости повсюду. Косметологи обещают «вернуть молодость». Молодые люди иногда относятся к взрослым снисходительно, как к динозаврам, которые не понимают мемов. А на женщин вообще идёт колоссальное давление: «тётка», «бабка», «ягодка опять» — едва тебе исполняется 30. Это очень давит, это въедается в сознание. Мужчинам тоже непросто, конечно, но, по-моему, такого количества оскорбительных, уничижительных наименований у них нет. Если назвать молодого парня мужчиной — это комплимент, это звучит солидно. А для девушки слово «женщина» почему-то стало чуть ли не ругательством. «Девушка» — это хорошо, это молодо, это привлекательно. «Женщина» — всё, приговор.
И вроде бы жить можно и нужно: работа интересная, спорт, путешествия, семья, друзья, планы. Но когда вижу юных студентов и школьников в университетских дворах — накатывает такая тоска и зависть. Острая, почти физическая.
И я понимаю, что зависть эта неправильная, иррациональная. Я не завидую конкретному человеку с его конкретной жизнью. Это как смотреть на идеальную картинку в инстаграме и думать, что у всех жизнь прекраснее твоей, хотя за кадром может быть что угодно. Головой я прекрасно понимаю, что у этих юных студентов тоже куча проблем, тревог, неуверенности, что их жизнь не так романтична, как кажется со стороны. Но вот это осознание, что я больше не такая… Что я не принадлежу к их миру. Что эти молодые девочки — не мои подружки, что между нами уже пропасть. Что молодые парни смотрят сквозь меня, как сквозь воздух.
Может быть, это просто новый этап жизни, который нужно прожить и принять? Я не знаю. Но сегодня я почувствовала, как умерла я-молодая. Как будто на похоронах побывала — только хоронила саму себя, прежнюю. И теперь стоит вопрос: как принять себя-женщину, а не себя-девушку? Как полюбить этот новый статус?
Может, с рождением детей станет проще? Может, тогда этот переход станет естественным, логичным? Хотя иногда боюсь, что и от материнства будет грустно — мол, вот теперь точно всё, теперь я окончательно «взрослая тётя». Или вообще начну завидовать своим детям.
В один день я осознала скоротечность жизни. Я пока ещё ощущаю себя привлекательной, но мне страшно стать невидимкой. Я вижу, как взрослые женщины становятся невидимыми — как на них перестают обращать внимание, как их перестают замечать, как будто они растворились в воздухе. И мне страшно, что это ждёт и меня. Мне кажется, что дальше будет только хуже. Что это только начало.
Но ведь есть же другие примеры! Я очень хочу научиться принимать себя. Ведь я встречала женщин (и мужчин тоже) 30, 40, 50+, которыми невозможно не восхищаться. Таких цельных, состоявшихся, излучающих уверенность и харизму.
Я помню, когда мне было 23, у меня была преподавательница — ей было 45. Я смотрела на неё и чувствовала себя бледной молью по сравнению с ней. Настолько она была… харизматичной, уверенной в себе. Она совершенно не молодилась и не выглядела младше. Но её походка, взгляд, манера держаться — от этого просто захватывало дух, мне даже сложно это описать. На неё оборачивались все — и мы, девчонки, и парни. Но такие женщины — редкость. И среди толп 20-летних я таких не встречала ни одной. Это что-то совсем другое.
Но как? Как быть такой? Как не стать невидимкой? Как не стать тёткой?
Кто через это проходил? Кто проходит сейчас? Поделитесь, пожалуйста, своими историями, мыслями, советами. Как вы прошли через это? Пройдёт ли это острое, болезненное чувство потери? Станет ли легче? Или я буду всю жизнь оглядываться назад с тоской?
Буду благодарна за любую поддержку и честность. 💙
Как это влияет на меня
Тоска… Она не слушает логику. Она буквально грызёт изнутри. Это ощущение невозвратимой потери чего-то важного, чего-то, что уже никогда не вернёшь. Я не ожидала, что это произойдёт так резко и так внезапно. Думала, это будет постепенный процесс, а тут — бац, и ты проснулась в другом возрасте.
Что я пытаюсь делать с этим
Я пыталась помочь себе логикой — представить себя древней старухой. И я смотрю на бабушек и понимаю, что для них я совсем юная, молодая женщина. Но это не помогает. Я всё равно смотрю на подростков и студентов — и чувствую эту пропасть.
