Сокращение может произойти внезапно, а иногда сотрудники ждут его годами.
Вне зависимости от контекста такой процесс редко проходит безболезненно. Читатели Т—Ж рассказали, как узнали об увольнении, какие компенсации получили и удалось ли им найти новую работу. Присоединяйтесь к обсуждению и делитесь своими историями в комментариях.
Это истории читателей из Сообщества. Собраны в один материал, бережно отредактированы и оформлены по стандартам редакции
Когда к сокращению готовились больше двух лет
Суть работы. Я руководила клинической группой в крупной международной контрактной исследовательской организации, или КИО. Такие компании по заказу правообладателей лекарств и медицинских изделий изучают их эффективность и безопасность.
Над каждым исследованием совместно трудятся разные функциональные группы: регуляторная, логистическая, медицинская, по управлению данными и другие. У каждой есть руководитель. Я отвечала за клиническую команду. Ее специалисты контролируют сбор данных, проверяют их и выезжают в исследовательские центры.
Работа сложная, напряженная и разноплановая. Нужно быстро ориентироваться в больших объемах информации и справляться с внештатными ситуациями. За это хорошо платят как в России, так и за рубежом, предлагают комфортные условия и нематериальные бонусы. Я очень любила свою профессию.
Причина увольнения. В 2022 году ситуация в отрасли начала меняться. Стало понятно, что клинические исследования зарубежных компаний в России под угрозой — не из-за решений фармкомпаний или КИО, а из-за международных ограничений. Ввозить лекарства и оборудование, транспортировать биоматериалы оказалось сложно или невозможно.
В 2023 году я решила поступить в магистратуру, чтобы освоить работу с данными и по возможности сменить направление внутри своей сферы — перейти из клинической группы в команду управления данными.
Летом я сдала вступительные экзамены, а осенью в компании началась первая волна сокращений.
Процесс. Первыми под сокращение попали сотрудники на локальных позициях, например логисты. Следующие два года увольнения продолжались.
У меня нет претензий к компании и выбранной ею тактике. В течение 2022 года сотрудникам из России и Украины помогали с релокацией, а сокращения откладывали сколько могли. Летом 2025 я защитила магистерский диплом, а через несколько дней очередь дошла и до меня.
Меня пригласили на звонок с представителем российского отдела кадров и главой моего отдела по Европе. Там сообщили о решении, вариантах оформления увольнения и компенсации.
Остаться в компании, даже перейдя в другой отдел, было невозможно: наем заморозили еще три года назад.
Я больше двух лет готовилась к этому, но все равно было горько осознать, что я очередная строчка в чьих-то списках и мне придется расстаться с любимой профессией. И все же это, наверное, один из самых мягких сценариев увольнения.
На фоне грусти была и радость: полтора года я совмещала работу, учебу и семейную жизнь и сильно истощилась. При увольнении мне компенсировали около 50 дней неиспользованного отпуска — это хорошо показывает, насколько мне был нужен отдых.
Тяжелее всего оказалось расставаться с коллегами. Не только из-за конкретных людей, с которыми мы четыре года вели проект, — я ценила общий уровень подготовки, экспертность и уважение к правилам профессии. Конечно, сотрудники встречались разные.
Итоги. После увольнения я дала себе три месяца, чтобы ничего не делать — даже не искать работу — и качественно отдохнуть.
90% компенсации положила на вклад с ежемесячной выплатой процентов. Личные и часть семейных расходов покрывала за их счет и постепенно тратила оставшиеся 10%. Основную финансовую нагрузку на это время взял на себя муж.
Когда отдых закончился, я стала искать работу и к началу 2026 года почти отчаялась. Моя прежняя отрасль сжалась до уровня выживания, а в аналитике мне было так же сложно устроиться, как недавнему выпускнику. Возможно, даже сложнее — из-за возрастных фильтров.
Но в итоге удача все же улыбнулась: я нашла позицию аналитика. Зарплата и бонусы заметно ниже, чем на прежнем месте, но я очень рада и такой возможности.
Могу добавить очевидную вещь: подготовка к плохим сценариям помогает легче их пережить. Если жизнь меняется, надо меняться вместе с ней.
Когда сокращение оказалось выгоднее увольнения по собственному желанию
Суть работы. Я была делопроизводителем в одном из банков в башне «Москвы-Сити». Каждый день разбирала входящие документы, отправляла корреспонденцию курьерской службой и консультировала сотрудников по телефону.
Работа непыльная и несложная. На тот момент я выбрала ее из-за денег и близости к дому. Еще на собеседовании мне все уши прожужжали, что специалиста нужно найти как можно быстрее: людей не хватает, а документов очень много.
Было ненапряжно, никто особо не следил, кто во сколько уходил: начальство сидело в другом офисе.
Поначалу мне, как историку архитектуры, было любопытно изучать этот «муравейник» изнутри — как устроена башня и куда ведет тот или иной проход.
Из минусов — долгое ожидание лифта. Еще раздражало, что люди не могли расстаться с телефонами и ноутбуками даже в нем или курилке. Казалось, все вокруг трудоголики до мозга костей.
Со временем мой энтузиазм пропал, началось выгорание. Я уже собиралась уйти после праздников, но меня опередили.
Причина увольнения. Все произошло внезапно. Приехала начальница, объявила о сокращении штата и вызвала в переговорную только меня, без коллеги.
Через пару дней мы узнали, что в соседнем юридическом отделе уволили 20 человек. Не имело значения, проработал сотрудник год, как я, или шесть лет, как некоторые юристы.
Процесс. Увольнение прошло спокойно, по соглашению сторон. Мне выплатили два оклада и компенсацию за отпуск — даже больше, чем я ожидала. Когда я приехала за трудовой книжкой в главный офис, в холле встретила начальницу. Она только сказала: «Мне очень жаль, что так получилось».
Я рада, что попала под сокращение, а не ушла сама. «Еще и в плюсе осталась», — сказал один мой друг.
Итоги. «Москва-Сити» напоминает мне фильм «Духless» с Данилой Козловским. Все — один в один: девушки с заметной пластикой и собачками, офисный планктон, который сидит в «Кофемании» и заключает договоры, дорогие машины у входа в башни.
Помню, в конце нулевых многие мечтали работать в «Сити». Это считалось престижным: офисы класса люкс, панорама Москвы.
На деле — вид на Третье транспортное кольцо и соседние башни. Воздух в офисах сухой, кондиционер и увлажнитель помогают ненадолго. А кабинет без окон похож на коморку.
После Нового года нас с коллегой как раз пересадили из общего отдела с панорамными окнами в такую бывшую переговорную. Даже друзья и родители сказали, что это странно и к нам не относятся как к сотрудникам. Для меня это стало последним звоночком — пора уходить.
Когда издательство уволило всю редакцию без предупреждения
Суть работы. В конце мая 2024 года я устроилась корректором переводов в старейшее издательство научной литературы. Проверяла тексты, библиографию, рисунки и таблицы. Работала с русско-английской языковой парой.
Причина увольнения. При трудоустройстве я сразу заметила, что контракт заключен до 31 декабря 2025 года. На вопросы о сроке отвечали, что это формальность, связанная с реструктуризацией предприятия. Так что в конце 2025 я спокойно подписала заявление на увольнение, рассчитывая получить новый договор после праздников.
Оформление затянулось до 19 января. Я решила, что неделя — ничего страшного, тем более зарплату за это время выплатили. В итоге мне предложили договор ГПХ всего на два месяца.
Компания организовала видеоконференцию, чтобы рассказать, что происходит. Удаленных сотрудников было много, и телемост мог бы прояснить ситуацию. Но желающих оказалось больше, чем позволял лимит участников, и часть людей, в том числе я, не смогли подключиться.
Я спросила в отделе кадров, что обсуждали на встрече. Меня заверили, что речь шла о текущих планах. Такой формат объяснили реорганизацией, больше ничего конкретного не сказали.
Через два месяца я снова подписала соглашение о расторжении договора и стала ждать решения работодателя. Тут все исчезли: ни непосредственные руководители, ни отдел кадров не отвечали на письма. Позже начали оправдываться фразами вроде: «Подождите, все решается. Как только появится информация, мы сообщим». Прямой вопрос, стоит ли уже искать другую работу, оставили без ответа.
Процесс. Подождав еще немного, я нашла контакт коллеги и спросила, как у нее дела. Она работала в офисе и могла знать внутреннюю кухню. Оказалось, одним махом уволили всю редакцию. Офисным сотрудникам сообщили об этом на корпоративе за неделю до последнего рабочего дня, удаленщиков не предупредили вовсе.
После разговора я написала в отдел кадров, который игнорировал меня уже две недели, и попросила выслать трудовую книжку по почте. И — о чудо! — мне сразу ответили и отправили документ. На этом наше общение закончилось.
Я не жалею, что работала там: формат был удаленным, график — удобным, оклад — стабильным, а нагрузка — небольшой. За полтора года я закрыла множество дел, которые долго откладывала, накопила на ремонт ванной и туалета.
С любой компанией, даже крупной и государственной, может произойти что угодно, особенно в кризисные времена. Меня мучает только одно: почему нельзя было по-человечески сказать, что никого не собираются трудоустраивать обратно? Люди ждали, надеялись, теряли время и деньги.
