Что такое закон Мерфи и работает ли​ он на самом деле

Вы опаздываете на важную встречу, роетесь в ящике и не находите ни одной пары носков.

На кухне тост съезжает с тарелки и приземляется на пол — конечно же, маслом вниз. На вокзале вы встаете в очередь за билетом, а соседние очереди начинают двигаться быстрее.

У этого феномена есть имя — закон Мерфи, он же закон подлости. Рассказываем, откуда он взялся, какие у него бывают версии, работает ли он на самом деле и что показали научные эксперименты.

Закон Мерфи кратко формулируют следующим образом: «Все, что может пойти не так, пойдет не так». Это не физический закон и даже не научная гипотеза, хотя у него есть и полушутливые титулы: например, «четвертый закон термодинамики».

В технических справочниках закон Мерфи определяют как принцип: если что-то может сломаться, оно сломается, а значит, аварии нужно просчитывать заранее и защищаться от них. Британская энциклопедия формулирует похоже: закон указывает на непредсказуемость ситуаций и на то, что к неожиданностям стоит готовиться.

История вопроса. Математик Огастес де Морган еще в 1866 году написал: «Все, что может случиться, случится, если сделать достаточно попыток». В 1877 Альфред Холт докладывал инженерному обществу, что в море рано или поздно ломается все, что может сломаться, — и делал из этого практический вывод: конструкция должна быть простой, а человеческий фактор нельзя сбрасывать со счетов. А в 1908 британский фокусник Невил Маскелайн жаловался, что на премьере нового трюка непременно идет наперекосяк все, что может пойти наперекосяк.

Современная формулировка родилась на военном аэродроме Мурок в Южной Калифорнии. С 1948 по 1949 год военный врач Джон Стэпп руководил проектом MX981: людей и манекены разгоняли на ракетных санях по рельсам и резко тормозили, чтобы понять, какие перегрузки выдерживает пилот. Капитан ВВС и инженер Эдвард Мерфи-младший предложил измерять нагрузку тензодатчиками, закрепленными на ремнях.

Во время пробного запуска в июне 1949 датчики показали ровный ноль: их подключили неправильно, часть — задом наперед. Что именно сказал раздосадованный Мерфи, участники вспоминали по-разному. Инженер Джордж Николс утверждал, что тот свалил вину на помощника: «Если у этого парня есть хоть один способ ошибиться, он им воспользуется», — а команда переделала фразу в «если это может случиться, оно случится» и назвала законом Мерфи в насмешку.

Сын инженера, Роберт Мерфи, версию Николса отрицал: по его словам, отец имел в виду другое — «если есть несколько способов сделать работу и один из них ведет к катастрофе, кто-нибудь выберет именно его».

В широкий обиход фразу ввел Стэпп. На пресс-конференции его спросили, почему за все испытания никто серьезно не пострадал. Он ответил, что команда всегда держала в голове закон Мерфи: перед каждым тестом перебирала все, что может пойти не так, и отказывалась от этого варианта.

Дальше закон зажил своей жизнью. В 1955 в бюллетене авиатехников появилась формулировка: «Если деталь самолета можно установить неправильно, кто-нибудь ее так и установит». В 1977 вышла книга Артура Блоха «Закон Мерфи и другие причины, почему все идет не так» — с этого началась массовая популярность. В 2003 Стэпп, Мерфи и Николс получили Шнобелевскую премию по инженерному делу — «за то, что (вероятно) дали закону имя».

Кстати, сам Мерфи от своей славы был не в восторге. Как пишет Мэтьюз, инженер имел в виду осторожность при проектировании, а вошел в историю как автор шутки про невезение.

Почему закон Мерфи называют законом подлости. Фокусник Маскелайн в 1908 писал, что дело то ли в «злокозненности материи», то ли в «полной испорченности неодушевленных предметов». В 1948 юморист Пол Дженнингс придумал для этого термин «резистенциализм» — от слов «сопротивление» и «экзистенциализм»: предметы вроде потерянных ключей или ускакавшего мячика якобы проявляют к человеку злобу.

Против такой трактовки резко возражает Ричард Докинз в книге The Magic of Reality: How We Know What’s Really True: закон Мерфи требует, чтобы у неодушевленных предметов были собственные желания, а это бессмыслица. По Докинзу, события определенного типа происходят постоянно, но мы замечаем их только тогда, когда они мешают. Например, самолеты в небе есть всегда, но вспоминаем мы о них, только когда их гул портит съемку.

Разницу между двумя прочтениями хорошо видно по первоисточнику. У раздраженного Мерфи — брюзжание, у Стэппа — утверждение, что предсказуемое можно победить планированием и резервированием. Закон подлости — для тех, кто уже опоздал на поезд и оправдывает это некоей объективной закономерностью.

Самые популярные примеры закона Мерфи:

• бутерброд падает маслом вниз — этот пример старше самого закона: еще в 1884 сатирик Джеймс Пейн утверждал, что тост всегда падает намазанной стороной;
• в ящике накапливаются непарные носки;
• соседняя очередь движется быстрее;
• если довериться прогнозу погоды и взять зонт, дождь не пойдет;
• машина ломается по дороге на важную встречу, а выходные оказываются самыми пасмурными днями недели.

После книги Артура Блоха закон оброс сотнями производных. Одна из самых известных подборок разбита по темам — общие, военные, технологические, про любовь и работу. Вот характерные примеры.

Общие законы. «Ничто не бывает так просто, как выглядит». «Все занимает больше времени, чем вы думаете». «Если несколько вещей могут пойти не так, первой пойдет не так та, которая нанесет больше всего ущерба». «Если все идет хорошо, вы явно что-то упустили». «Невозможно сделать что-то защищенным от дурака, потому что дураки изобретательны».

Технологические. «Если бы строители строили дома так, как программисты пишут программы, первый залетевший дятел разрушил бы цивилизацию». «Ошибаться свойственно человеку, но чтобы устроить настоящий бардак, нужен компьютер». «Любой уроненный инструмент закатится в самый недоступный угол». «Сбой не проявится, пока изделие не пройдет финальную проверку».

Военные. «Ни один боевой план не переживает встречи с противником». «Дружественный огонь — не дружественный». «Если наступление идет отлично, вы входите в засаду».

Отдельно выделяют юмористические варианты: «Закон миссис Мерфи»: все, что может пойти не так, пойдет не так, пока мистера Мерфи нет в городе. «Следствие Дженнинга»: вероятность, что бутерброд упадет маслом вниз, прямо пропорциональна стоимости ковра. «Философия Мерфи»: улыбнитесь, завтра будет хуже. Зеркальная версия — закон Yhprum: все, что может пойти хорошо, пойдет хорошо.

Воспринимайте закон как инженер, а не как жертва обстоятельств. Исходная формулировка — совет по проектированию: если один из способов сделать работу ведет к катастрофе, кто-нибудь его выберет, поэтому у неправильного способа не должно оставаться шансов.

Сортируйте риски по цене ошибки. Если от неудачи вы теряете много — принимайте все возможные меры. Если терять нечего или перемены вам только на руку — расслабьтесь. Это помогает не тратить нервы на очередь в супермаркете и сохранять силы и фокус внимания.

Меняйте физику ситуации. В примере с бутербродом буквально: он падает маслом вниз из-за малой высоты стола — хлебу просто не хватает времени на полный оборот.

Перестаньте перебегать из очереди в очередь. Если очереди одинаковые, шанс встать в самую быструю равен 1/N, где N — число касс. Даже если сравнивать только с двумя соседними, ваша окажется быстрее лишь в одном случае из трех. От смены очередей это соотношение не изменится — а вот ваше настроение может ухудшиться.

Уменьшайте разнообразие. Если все носки в ящике одинаковые, терять их можно сколько угодно — уцелевшие легко составят пару друг другу.

Ричард Докинз считает закон Мерфи проявлением confirmation bias, когнитивного искажения, известного как склонность к подтверждению: мы ищем свидетельства в пользу уже сложившегося мнения и не замечаем противоположных.

Статистик Дэвид Хэнд добавляет: события, которые описывает Мерфи, и должны иногда происходить. Дальше включается ошибка отбора — редкие неудачи запоминаются, а бесчисленные случаи, когда закон не сработал, забываются.

Атану Чаттерджи из Индийского технологического института в Мадрасе формализовал закон Мерфи и разобрал его математически, придя к выводу, что «закон» — неудачное слово. Кроме того, сама конструкция содержит логическую ошибку: у события всегда остается конечная вероятность пойти и правильным путем, а формулировка с усилителем «обязательно» эту возможность просто игнорирует.

Впрочем, есть и экспериментальные расчеты, по сути, доказывающие существование некоторых примеров закона Мерфи. Так, британский физик Роберт Мэтьюз не на шутку заинтересовался вопросом неизбежности падения бутерброда маслом на пол и потратил на исследования несколько лет. В 1996 году его изыскания были награждены Шнобелевской премией по физике.

Ученый сделал такие выводы: неудачное падение тоста с маслом описывается механикой твердого тела. Соскальзывая с тарелки, тост получает слишком малый крутящий момент и с высоты примерно 80—100 см успевает сделать лишь пол-оборота. Масло тут ни при чем — ни по весу, ни по аэродинамике. Ключевой фактор — высота: чтобы тост успел перевернуться на 360 градусов, ронять его нужно примерно с высоты от 2,5 до 3 м.

Из 9821 падения тоста на пол 6101 с обычной высоты закончилось маслом вниз — 62% вместо ожидаемых при случайности 50%. Тост без масла падал «маслом» вниз в 58% случаев — значит, дело действительно не в масле. А с высоты 2,5 метра доля падений маслом вниз снизилась до 47%.

Таким образом, закон Мерфи — не закон природы, и никакого универсального механизма невезения за ним не стоит. Но и списывать его целиком на самовнушение не получается: часть знаменитых примеров объясняется особенностями памяти и восприятия, а часть — обычной геометрией, физикой и теорией вероятностей.