Можно ли добиться исключения сайта из «черного списка» Центробанка и Роскомнадзора

Кейс Get-Investor: как медиа-платформа об инвестициях в бизнес оказалась в «серой зоне» после изменений законодательства и что из этого вышло.

Первого апреля 2026 года я открыла ноутбук, налила себе кофе — и увидела сообщение от нашего маркетолога: «Наталья, у нас не загружается сайт». Проверила — правда, не загружается. Проверила еще раз, из другой сети, с телефона. Тот же результат: «Доступ к ресурсу ограничен на основании требований законодательства Российской Федерации».

Пять лет работы. Собственная редакция. Двадцать пять тысяч читателей в месяц. Каталог с сотнями инвестиционных фондов, бизнес-клубов, грантов и особых экономических зон, который мы собирали вручную, чтобы предпринимателям не приходилось часами искать эти данные самостоятельно. Запланированные статьи с экспертами. Все это — по одну сторону экрана. По другую — короткое системное сообщение.

Первая мысль была: «Это какое-то недоразумение или первое апреля. Кто-то очень неудачно пошутил».

Оказалось, не пошутил.

Я долго думала, стоит ли писать этот материал. С одной стороны, история личная и, честно говоря, болезненная — каждый день блокировки это потеря наработанных годами позиций в поиске, вопросы от клиентов и много чего еще. С другой — на моих глазах в такую же ситуацию попадают все больше коллег: авторы блогов об инвестициях, консультанты, предприниматели. И многие до сих пор не знают об изменениях в законодательстве за последний год.

Поэтому в этой статье я расскажу три вещи:

Во-первых, что реально изменилось в российском регулировании публичного привлечения инвестиций и почему это касается не только финансовых «пирамид», но и легальных проектов.

Во-вторых, что делать, если сайт вдруг оказался заблокирован — по шагам.

И в-третьих — как из очень неприятной истории мы извлекли важные уроки и запустили еще один проект.

Небольшая ремарка для тех, кто читает меня впервые. Меня зовут Наталья Джораева, я больше 20 лет работаю в корпоративных финансах, консультирую малый и средний бизнес по стратегическому планированию, привлечению инвестиций, оценке компаний и построению финансовых моделей. Веду курсы по финансам и инвестициям в рамках стартап-акселераторов, преподаю финансовое моделирование в Академии финансов и налогов, вхожу в Экспертный совет при Ассоциации развития искусственного интеллекта и робототехники ТПП РФ, выступаю как спикер на конференциях и форумах для предпринимателей. В 2026 году в издательстве «Питер» вышла моя книга «Инвестиционный трамплин. Как привлечь деньги в бизнес».

Get-Investor появился в 2021 году как маленький авторский проект — я хотела собрать на одном ресурсе все, что должен знать основатель малого или среднего бизнеса, чтобы грамотно подготовиться к переговорам с инвестором: как посчитать оценку компании, чем долевое финансирование отличается от долгового, как устроены венчурные фонды и клубы бизнес-ангелов, как юридически оформить сделку.

За пять лет проект вырос в полноценное медиа с редакцией. Мы еженедельно выпускаем собственные статьи и материалы приглашенных экспертов — на темы финансов, юридической подготовки сделок, продаж, работы с командой. Отдельный раздел «Каталог» — это структурированный справочник профильных инвестиционных фондов, бизнес-клубов, грантовых программ, особых экономических зон, с публичными контактами и краткими описаниями. Все, что там есть, можно и самостоятельно найти в открытых источниках — мы просто избавляем предпринимателя от долгих часов поиска и обработки информации.

Мы не выдавали никаких «сигналов», «инсайдов» или «гарантированной доходности». Ключевое коммерческое направление в рамках проекта — консалтинг, а именно помощь предпринимателям в разработке финансовой модели, исследовании рынка и конкурентов, оценке бизнеса, подготовке инвестиционной презентации и «комнаты данных» с ключевыми юридическими и финансовыми документами.

Ну и, конечно, мы делали то, что делают отраслевые медиа во всем мире: писали статьи, объясняли и структурировали информацию.

И именно эта модель — медиа об инвестициях — в 2025–2026 годах оказалась в юридически чувствительной зоне. Расскажу почему.

В последние годы в геометрической прогрессии растет число псевдоинвестиционных схем и финансовых пирамид, и ущерб от них исчисляется миллиардами. Меры государственного регулирования этой сферы ужесточаются, но, чтобы честные проекты случайно не оказались в одной лодке с мошенниками, важно понимать, где именно за последнее время прошла новая граница.

Федеральный закон от 08.08.2024 № 278-ФЗ (принят при участии Банка России) дополнил Закон «О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг» (№ 46-ФЗ) новой статьей 5.1. Под инвестициями закон теперь понимает очень широкий круг объектов: денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, а также имущественные и иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в предпринимательскую деятельность ради дохода — вплоть до долей в ООО и вложений в недвижимость.

Ключевое правило. Публично привлекать инвестиции от неограниченного круга лиц — то есть по публичной оферте или через предложение делать оферту, — теперь можно только двумя способами:

• через встречное предоставление гражданину ценных бумаг (акций, облигаций, паев и т. п. по законам «О рынке ценных бумаг», «Об инвестиционных фондах», «Об ипотечных ценных бумагах»);

• либо если право привлекать инвестиции граждан прямо предусмотрено федеральными законами.

А оказывать услуги по привлечению инвестиций физлиц на условиях публичной оферты вправе только ограниченный круг лиц: кредитные организации, некредитные финансовые организации и лица, уполномоченные действовать от имени и в интересах тех, кто вправе привлекать инвестиции. Проще говоря — банки, брокеры, управляющие, ПИФ/АИФ/НПФ, лизинговые компании, потребительские общества (и то только от своих пайщиков) и подобные поднадзорные ЦБ участники рынка.

Важный вывод, который многие упускают: сам стартап или растущая компания больше не может просто разместить у себя на сайте, на сторонней площадке или в соцсетях предложение «вложитесь в наш проект под такой-то процент». Проект не имеет права публично заявлять о привлечении инвестиций — если только это не привлечение через лицензированную инвестиционную (краудфандинговую) платформу из реестра Банка России. Это принципиальное изменение по сравнению с тем, как рынок жил еще пару лет назад.

Если вы публично, на сайте или в соцсетях, предлагаете любому желающему вложиться в проект и раскрываете при этом конкретику сделки — вы нарушаете закон. Под «конкретикой», формирующей публичную оферту, понимается, в частности:

• описание самого проекта и сроков (дат) финансирования;

• порог входа (минимальную сумму вложения);

• процент доходности;

• очередность выплат;

• прямое предложение заключить инвестиционный договор.

Нарушение может повлечь такие штрафы:

• для граждан — штраф от 30 000 до 50 000 ₽;

• для должностных лиц и ИП — от 50 000 до 100 000 ₽ или приостановление деятельности до 90 суток;

• для юридических лиц — от 500 000 до 1 000 000 ₽ или приостановление деятельности до 90 суток.

Отдельно закон бьет по посредникам. Под «оказанием услуг по привлечению инвестиций» понимаются любые действия от имени или в интересах того, кто привлекает деньги. Если инвестиционная компания или медиа просто размещает у себя информацию о том, что определенный проект собирается привлекать инвестиции — это уже нарушение. Не сбор денег, не договор, не комиссия — достаточно самого факта публичного распространения такой информации о чужом проекте.

Среди 600+ страниц сайта — статей, записей вебинаров, каталога инвестиционных фондов, обучающих материалов — была одна страница-витрина: подборка стартапов, которые планируют привлечение инвестиций. И вот эта единственная страница, по действующему сегодня прочтению закона, квалифицируется как один из видов публичной оферты, адресованной неопределенному кругу лиц.

При этом — и это важно для понимания того, насколько тонкая сейчас грань:

• раздел не предполагал сбора денежных средств и не содержал платежных форм;

• на странице не было призывов «инвестируйте», не гарантировалась доходность;

• я как владелец сайта не заключала договоры инвестирования и не оказывала брокерских услуг;

• витрина носила исключительно информационно-справочный характер — «вот проекты, которые ищут инвестора».

Именно так выглядит «слепая зона», в которую попадают информационные и медийные проекты. Автоматизированный фильтр срабатывает по внешним признакам — а разбирательство по существу происходит уже постфактум, после обращения владельца ресурса.

Вот ключевые способы.

1. Краудлендинговые и краудинвестинговые платформы из реестра ЦБ. Это главное исключение из запрета: сделки, совершаемые через лицензированные инвестплатформы, под ограничения 278-ФЗ не подпадают.

2. Встречное предоставление ценных бумаг. Классический путь — эмиссия акций или облигаций, паев. Он сложнее и дороже в организации, но остается открытым.

3. Непубличное привлечение. Закон бьет именно по публичности — по офертам, адресованным неопределенному кругу лиц. Индивидуальная работа с конкретными инвесторами под запрет не подпадает.

По непубличному привлечению юристы дают конкретные практические советы: не размещать условия сделки (сумму, доходность, порог входа) в открытом доступе, а передавать их индивидуально каждому заинтересованному инвестору через обратную связь — тогда по смыслу ст. 437 ГК РФ это не будет публичной офертой. Договор инвестирования заключать с каждым инвестором отдельно, без условия «любой желающий может присоединиться».

Когда я начала разбираться в ситуации и советоваться с коллегами — юристами, финансистами, профессиональными участниками рынка, многие говорили: «Из этого списка не выходят», «Механизма исключения фактически нет».

Скажу честно: в первые недели это было самым деморализующим. Но, забегая вперед: это оказалось не так. Механизм пересмотра существует. Он не автоматический, не мгновенный и требует доказательной, спокойной работы — но он реально работает. Мой кейс этому подтверждение.

• 31 марта. Сайт включен в «Список компаний с выявленными признаками нелегальной деятельности на финансовом рынке» на сайте Банка России.
• 1 апреля. Роскомнадзор направляет уведомление о нарушении порядка распространения информации. Доступ операторами связи ограничивается в течение суток. Пояснений о том, какая именно информация на сайте послужила основанием для блокировки, в уведомлении не было.
• 2-3 апреля. Изучаю изменения в законодательстве, консультируюсь с юристами, нахожу презентацию Банка России с примерами незаконного привлечения инвестиций. Прихожу к выводу, что единственной страницей, которая могла стать причиной блокировки — это «витрина стартапов». Через админ-панель провожу ревизию сайта, удаляю страницу-витрину и фиксирую факт удаления скриншотами.
• 3 апреля. Направляю письма со скриншотами и пояснениями в Банк России и Роскомнадзор. К письмам прикладываю документы, подтверждающие мою консалтинговую деятельность, деловую репутацию и информационно-образовательный характер проекта.
• 21 апреля. Получаю ответ от Банка России, в котором он предлагает разместить скорректированную версию сайта с удаленной страницей по временной ссылке, чтобы можно было полноценно проверить контент. Получаю у хостинг-провайдера разрешение временно опубликовать сайт по служебной и направляю эту ссылку в Банк России для анализа.
• 21 мая. Получаю официальный ответ об отсутствии претензий к контенту и исключении проекта из «черного списка». Направляю уведомление об этом в Роскомнадзор.
• В течение месяца получаю официальный ответ Роскомнадзора о возобновлении доступа к ресурсу. Предоставляю официальные документы хостинг-провайдеру — и сайт снова публикуется и работает в обычном режиме.

Итог: три месяца и один день от момента блокировки до полной технической разблокировки.

Есть еще одна неприятная сторона включения в «черный список». Как только компания или предприниматель оказывается в поле зрения регулятора по признакам нелегальной деятельности на финансовом рынке, к вам автоматически начинают приходить с проверками банки — в рамках Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем».

Работает это так. Банк России доводит риск-ориентированную информацию до кредитных организаций и размещает сведения на платформе «Знай своего клиента» (ЗСК, «светофор»). Дальше срабатывает цепная реакция: банки, где у вас открыты счета — и личные, и предпринимательские, — начинают запрашивать документы, задавать вопросы о происхождении средств, характере операций, назначении платежей. В отдельных случаях могут приостанавливать операции или отказывать в их проведении до прояснения ситуации.

Это самое неприятное в истории с блокировкой: даже если вы уверены в своей правоте, финансовая инфраструктура вокруг вас начинает работать в режиме повышенной подозрительности. И это касается не абстрактного «юрлица», а вполне конкретного расчетного счета, с которого вы платите зарплату команде и подрядчикам.

Вывод, который я хочу донести: блокировка сайта — это верхушка айсберга. Реальный риск шире, он затрагивает ваши отношения с банками и не только. Поэтому действовать нужно быстро и по всем фронтам сразу — и именно поэтому так важна доказательная база о легальности вашей деятельности.

Здесь начинается самая полезная часть — то, ради чего я вообще села писать эту статью. Если вы делаете медиа об инвестициях, консультируете, обучаете или просто ведете бизнес, в который планируете привлечь инвестиции, — прочитайте внимательно мои рекомендации.

Не ждите, пока вам придет уведомление о нарушении. Проверьте свой сайт и честно ответьте на вопросы:

• Есть ли страницы, которые можно истолковать как публичное предложение вложиться в конкретный проект (даже чужой)
• Указываются ли где-либо сумма входа, доходность в процентах, сроки, очередность выплат?
• Есть ли витрины, каталоги или подборки компаний, которые ищут инвестора?

Если хоть на один пункт ответ «да» — это зона повышенного риска.

Когда пришло уведомление о блокировке, мне очень пригодилось то, что за пять лет существования проекта накопился приличный «багаж»: публикации в СМИ, ссылки на подкасты и вебинары, благодарности от организаторов конференций и акселераторов, моя тематическая книга в издательстве «Питер». Ну и конечно, абсолютная легальность деятельности и порядок в документах. Все эти подтверждения я прикладывала к обращениям — думаю, это также повлияло на положительное решение о разблокировке.

Первая реакция многих предпринимателей на блокировку — «все пропало, нас никто не услышит». Это не так. То, что под фильтр могут попасть легальные проекты, — обратная сторона любой массовой автоматизированной системы. Важно, что есть механизм разбора спорных случаев по существу. Обращения в Банк России и Роскомнадзор работают: письма регистрируются, рассматриваются, ответы на них поступают в срок, регуляторы готовы к диалогу.

Это, пожалуй, главный урок, который я вынесла как предприниматель. И ему я посвящу отдельный раздел.

За те три месяца, пока я занималась восстановлением сайта, у нас с командой был выбор. Можно было ждать и жаловаться на судьбу. Но мы решили посмотреть на ситуацию как на неожиданное окно возможностей.

Пока сайт был недоступен, мы пересмотрели то, чем вообще занимаемся. Get-Investor всегда был про начало пути — «как подготовиться к привлечению инвестиций». Но есть и другой, не менее важный вопрос: «А что делать после?» После того, как деньги привлечены. Как построить финансовый учет, чтобы не потерять контроль над бизнесом, быть прозрачным и понятным для инвесторов и с максимальной отдачей использовать полученные ресурсы.

Так родился проект «ФинРезультат» — финансовый отдел на аутсорсе для малого и среднего бизнеса по цене одного сотрудника.

Это не замена Get-Investor, а его логичное дополнение. Get-Investor остается медиа и консалтинговым сервисом для тех, кто готовится к привлечению инвестиций. «ФинРезультат» — для тех, кому необходима системность и прозрачность в управлении финансами, чтобы масштабироваться и наращивать свой доход. Два проекта закрывают жизненный цикл предпринимателя: от «мне нужны деньги» до «у меня отлаженная финансовая машина».

И вот что интересно. Если бы не блокировка — я, возможно, еще долго откладывала бы этот запуск. «Не до этого», «сначала доделаем текущие задачи», «команда занята». А тут команда как раз оказалась свободна от привычной загрузки, а я — в состоянии переоценки всего, что делаю. И оказалось, что запустить новый проект — самое разумное, что можно сделать в момент, когда находишься в подвешенном состоянии. Время на решение твоей проблемы в любом случае уйдет — вопрос в том, насколько эффективно ты его используешь.

Информационно-консалтинговая платформа снова работает. Мы продолжаем писать на тему инвестиций и масштабирования для стартапов и действующих компаний, регулярно обновляем каталог источников финансирования и готовим финансовые модели, инвестиционные презентации и оценку бизнеса для наших клиентов.

Книга «Инвестиционный трамплин: как привлечь деньги в бизнес» находит своего читателя и получает отличные отзывы.

А я продолжаю делать то, что делала все эти годы: помогать предпринимателям грамотно работать с финансами. Если после этой статьи у вас останутся вопросы про юридическую чистоту вашего проекта, подготовку к привлечению инвестиций или постановку финансового учета — обращайтесь.

Материал носит информационный характер и не является юридической консультацией. Нормативные ссылки приведены по состоянию на 2026 год; правовая оценка конкретной ситуации требует отдельного анализа.